Возвращение — часть 24

В открывшемся помещении царила абсолютная темнота. Скорее инстинктивно, чем по логическому рассуждению, Воронин пошарил с боков дверей по стене и нащупал с левой стороны тумблер выключателя. Раздался сухой щелчок. Холодный безжизненный свет залил всё вокруг.

— Ну и ну, — присвистнул от удивления Серый, озираясь по сторонам. — Да это же самый настоящий склад!

— И не просто склад, а арсенал, — уточнил солдат, разглядывая на одной из полок длинных стеллажей аккуратно разложенные совершенно новые полуавтоматические винтовки неизвестного образца.

— Мда… — задумчиво протянул он. — Кажется, не всё так просто в этом городе… Ты только погляди: тут хватит, пожалуй, не на одну роту солдат. Сдаётся мне, что взаимную ненависть друг к другу горожан и повстанцев кто-то специально и умело подогревает, чтобы всегда иметь предлог для осуществления геноцида или, допустим, военного переворота.

— Ну, ты и стратег, — с сомнением покосился на него Серый. — Возможно, это всего лишь тайный склад оружия какой-нибудь местной бандитской группировки?

— Ага, ты гляделки разуй пошире: сколько здесь винтовок, гранат, патронов… а вон и автономная ракетная установочка. Неужели всё это предназначено для обычной уличной банды? А не многовато ли будет?! Кстати, похоже, именно этот тайник и имел ввиду Перец, когда говорил, что у него есть сюрприз для Хряща…

За стопкой ящиков открылся вид на дальние стеллажи, сплошь уставленные всевозможным образцами оружия, среди которых виднелись даже пулемёты, а в проходе стояла распакованная ракетная установка, которую можно было легко разместить на крыше легкового автомобиля или даже на обычной тележке.

При виде всего этого «богатства» Серый только тихо ругнулся. Тут и в самом деле нечего было возразить.

— То-то, — изрёк Воронин. — А теперь давай-ка вооружимся, раз уж такой случай выпал, и заодно поищем схемы подземелий, о которых музыкант говорил. Отсюда нужно быстренько уматывать, а то, не ровён час, хозяева заявятся. Что мы им будем объяснять?

Спорить с логикой солдата было бессмысленно, поэтому Серый просто последовал за ним к стеллажам.

Воронин быстро и ловко проверил винтовки — почти обычные и ничем не примечательные, если не считать того, что приклады у них оказались несколько короче, чем обычно, и все они были снабжены глушителями. Нигде не виднелось ни одного заводского клейма.

«Явно предназначены для уличных боёв… любопытно, где их изготовили?» — подумал Воронин.

Он вставил обойму и передёрнул затвор. Всё как обычно, только патроны длиннее раза в полтора и заканчивались тяжёлой пулей — такая любую дверь навылет прошьёт. Быстро сложив десяток полных обойм и аккумуляторный фонарь в лежавший рядом подсумок, Воронин протянул его и винтовку Серому, а потом собрал такой же комплект для себя, добавил несколько гранат и тяжёлый штык-нож. Мгновение подумал и прихватил еще одну винтовку для музыканта.

— Всё, теперь ищем схему или потайные двери и уходим, — решил он.

— Может, ещё чего прихватим? — предложил Серый.

— Нет, силёнок не хватит…

Воронин повернулся в сторону двери и громко позвал:

— Ребята, идите-ка сюда…

Инга и музыкант робко вошли в помещение арсенала и с изумлением огляделись вокруг. Кажется, увлечённые своей беседой, они даже не заметили того, что Воронин с Серым отсутствовали.

— Держи, — Воронин протянул винтовку с подсумком.

— Что это? Зачем?

Музыкант был явно обескуражен, неловко обхватив винтовку обеими руками и глядя на неё обалдевшими глазами. Он явно никогда оружия в руках не держал — это солдат сразу понял, поэтому, наклонившись к нему, ткнул пальцем в чёрную защёлку чуть впереди курка.

— Это предохранитель. Если понадобится стрелять, переведёшь его вниз до щелчка.

— Зачем стрелять? В кого?

— Жить захочешь — разберёшься. А теперь — поищем что-нибудь, что поможет нам отсюда выбраться. Нечего тут долго рассиживать.

Разойдясь в разные стороны, беглецы внимательно осматривали полки. На одной из них стоял небольшой ящик, закрытый на защёлку. Открыв его, Серый обнаружил внутри несколько сшитых скрепками листов с описью оружия, очевидно, хранящегося в тайнике, а снизу лежали две аккуратно сложенные карты.

— Эй, идите все сюда, — позвал Серый остальных. — Кажется, я нашёл то, что мы искали.

Развернув карты, беглецы обнаружили, что на одной из них изображён подробный план города, с обозначением всех улиц, переулков и даже каждого дома. Карта выглядела настолько точной, словно её делали при помощи аэрофотосъёмки. На другой карте был тот же самый план, только улицы и дома обозначались бледными серыми линиями, зато появились новые многочисленные и хорошо видимые широкие линии, опутывавшие весь город наподобие паутины. Среди них выделялась одна красного цвета, уходящая куда-то за пределы ограждающей стены.

— Мне кажется, что такую же схему я видел в кабинете советника по гражданскому праву, — предположил музыкант. — Только он её сразу же спрятал, едва я вошёл.

— Значит, ему доподлинно известно о существовании этого тайника, — решил Воронин. — Интересно, а Перцу тоже?

— Да это и к бабке гадалке ходить не нужно, — вздохнул Серый. — Но меня сейчас больше интересует, как нам отсюда выбраться и куда ведут эти тоннели, ведь нигде ничего не написано…

Все склонились над схемой, внимательно изучая её.

— Кажется, мы находимся здесь, — подала голос Инга, дотронувшись пальцем до карты. — Ведь это дом, в котором ты жил?

— Точно, — подтвердил музыкант.

— Смотрите, отсюда идёт линия подземного хода в сторону центра города… до самой мэрии, а на полпути от неё ответвляется ещё один ход, который заканчивается вот здесь…

— Любопытно, что там находится? — оживился Серый. — И самое главное, из этой же точки начинается ход, обозначенный красной линией, которая ведёт далеко за пределы охранной стены. Это как раз то, что нам сейчас нужно — побыстрее убраться из города!

— А почему эта линия единственная обозначена красным цветом? — спросил музыкант. — Зачем её так выделили? Может быть, это означает какую-то опасность?

— Мы этого не знаем, — пожал плечами Воронин. — И не узнаем, если будем топтаться на месте. Нужно торопиться, пока нас не опередили и не отрезали путь к спасению. Ответвление находится на полпути к мэрии, а Перец может послать своих бандитов по этому тоннелю нам навстречу…

— Куда идти? Где вход в тоннель? — спросила девушка.

— Там, — Серый указал на невзрачную металлическую дверь с обычной поворотной ручкой.

Она располагалась в проёме между двух стеллажей с винтовками.

— Вот так, на видном месте?.. — засомневался было музыкант.

— А зачем её прятать?! Ведь это сам по себе тайник, нет смысла.

Серый подошёл к проёму и, повернув ручку вниз, открыл дверь.

— Милости прошу, — с шутливым полупоклоном пригласил он. — Только не забудьте фонари включить, в тоннеле темно.

Достав из подсумка свой фонарь, он включил его и вошёл в подземный ход, освещая путь. Воронин решительно последовал за ним, затем Инга и музыкант.

Здесь было на удивление сухо и чисто. Воздух оказался не спёртым. Наверное, присутствовала некая скрытая вентиляция. Ровные стены тоннеля, по плавной дуге загибаясь влево, прорезали плотный жёлтый камень, шероховатый на ощупь. Под потолком через равные промежутки виднелись лампочки, но сейчас они не светились. Впрочем, идти было легко, так как ровный пол не препятствовал движению.

Где-то сверху что-то глухо ухнуло, пол содрогнулся, и с потолка осыпалась мелкая крошка.

— Что это, землетрясение? — Инга испуганно съёжилась.

— Нет, скорее всего, наверху граната взорвалась, — успокоил Воронин.

Прошло ещё несколько минут, как вдруг, идущий впереди Серый, внезапно замер, вскинул руку в предостерегающем жесте и быстро выключил свой фонарь.

— Замрите!

Беглецы остановились, как вкопанные. Солдат тоже погасил свет и выглянул из-за плеча товарища. Далеко впереди в непроглядной темноте мелькнула какая-то искорка, через мгновение опять.

— Это уже за нами, — выдохнул Серый. — Жаль, не успели…

— Не паникуй. Они ещё далеко и, как мне кажется, нас пока не заметили, — возразил Воронин. — Фонари не включайте, будем двигаться в темноте, чтобы не выдать себя. Ощупывайте стену слева, там должно быть нужное нам ответвление. Вперёд…

Водя руками по стене, беглецы ускорили шаг. А навстречу им неумолимо приближались качающиеся отсветы фонарей

— Где же этот проклятый ход?! — нетерпеливо пробормотал Серый. — Давно уже должен быть…

И в этот момент его рука не нашла привычной опоры, провалившись в пустоту. От неожиданности Серый неловко споткнулся и упал в боковой ход. При этом винтовка слетела с его плеча и покатилась по полу. Стук от её падения эхом раскатился по тоннелям. Впереди послышались встревоженные голоса, а затем раздалось несколько выстрелов. Пули, подобно рассерженным пчёлам, промчались совсем рядом, срикошетив от каменных стен.

— Быстро сюда! — приказал Воронин, пропуская музыканта и Ингу в боковой ход.

Сам же он, припав на одно колено и не целясь, выстрелил в сторону приближающихся огней. В ответ преследователи открыли беспорядочную стрельбу, и тоннель заполнился грохотом и взвизгиванием. Солдат едва успел юркнуть в темноту следом за друзьями.

Присев у стены и прижавшись к ней спиной, он перевёл дыхание и быстро распределил обязанности:

— Серый, уводи всех по этому тоннелю. И фонари можете включить, чтобы не попасть в какую-нибудь яму или ещё чего.

— А ты?

— Я задержу бандитов.

— Но…

— Не спорь! Я не собираюсь тут геройски погибать. Для того чтобы меня достать, преследователям нужно добраться до угла, а вот этого я им, конечно же не позволю. Всё. Уходите. Я вас позже догоню…

Серый молча кивнул и, снова включив фонарь, побежал по боковому ответвлению, увлекая за собой спутников и удаляясь всё дальше и дальше. Через некоторое время их догнали звуки выстрелов — это Воронин занял оборону.

— Он им не по зубам, — крикнул Серый на бегу. — Не на того напали!

Этот тоннель тоже оказался ровным, поэтому бежать было легко. Вскоре впереди замаячило размытое серое пятно, постепенно превращаясь в арку входа, и через несколько мгновений беглецы выскочили в огромный круглый зал со стенами, сходящимися где-то высоко вверху под куполом. Бледный свет, струящийся из косых щелей, расположенных по кругу на высоте нескольких человеческих ростов, заливал зал, позволяя рассмотреть его во всех подробностях. Впрочем времени на это не было.

Из оставленного тоннеля донёсся глухой звук отдалённого взрыва.

Все напряжённо прислушались, затаив дыхание и в наступившей тишине услышали приближающийся топот. Бежал один человек, и когда Воронин выскочил из тоннеля, все уже радостно улыбались ему. Но улыбки мгновенно увяли, когда взвизгнула пуля ударившись об угол арки. Из оставленного тоннеля по солдату стреляли.

На противоположной стороне зала в стене виднелся большой пролом, в котором что-то мерцало. Перед ним возвышалась беспорядочная груда камней, как от обвала. Других выходов не было видно.

— Бегите туда! — крикнул Воронин, указывая на пролом. — Укроемся за камнями.

Все бросились к укрытию и едва успели перебраться через завал, как пули преследователей стали впиваться в камни. Бандиты высунулись из тоннеля, но несколько удачных выстрелов солдата охладили их пыл. Скрываясь в темноте, преследователи затеяли методичный обстрел укрытия беглецов, но постепенно он затих. Наверное бандиты совещались, как быть дальше.

За камнями шла неширокая каменная площадка, которая резко обрывалась в быструю подземную реку, вытекающую из-под этой самой площадки и уносящуюся куда-то в неведомую тьму прямоугольной пещеры, показавшейся Воронину чем-то очень знакомой. Внимательно вглядевшись, он неуверенно улыбнулся.

— Так ведь это же лабиринт! Вернее, его продолжение.

— С чего ты решил? — засомневался Серый.

— А ты посмотри повнимательнее… видишь, эта пещера по форме точно такая же, как лабиринт — ты же сам вместе со мной по нему шёл, ну?! А на стенах видишь параллельные волнистые линии, словно след от гигантской пилы?!

— Ну…

— Так ведь в точности, как и там были.

— О чём это вы? — спросил музыкант недоумённо переводя взгляд с одного на другого.

Инга вообще молчала и только испуганно вздрагивала, когда пули бандитов выбивали из камней фонтанчики пыли.

— Это выход из лабиринта, — уверенно произнёс Воронин, указывая на подземную реку. — Только его затопила река, но она течёт в нужном направлении, и я уверен, что это путь возвращения в свой мир!

— А как мы вернёмся? Ведь неизвестно, сколько плыть, да и вода, наверное, холодная… ещё и неизвестно, какая глубина…

— Ты вон туда посмотри.

Воронин ткнул пальцем в ту сторону, где у правой стены почти на самом краю плиты лежала маленькая лодочка, рассчитанная максимум на двоих, к тому же не крупных пассажиров.

— Но как мы в ней все уместимся? Она же утонет под нашей тяжестью…

Музыкант в отчаянии развёл руками.

— А мы все и не поплывём, — неожиданно спокойно заявил Серый. — Кто-то должен остаться, чтобы прикрывать отход. И не смотри ты на меня такими глазами, тут двух мнений быть не может. Так, солдат?

Воронин кивнул, не отрывая взгляда от противоположного края зала.

— Ну вот, — подытожил Серый. — Вы с Ингой поплывёте, а мы останемся здесь.

— Но… нет, я так не могу!

Музыкант в отчаянии схватился за голову.

— А что ты предлагаешь? — криво усмехнулся Серый. — Чтобы мы, два здоровых мужика уплыли, а ты с девушкой здесь остался? Нет, это даже не обсуждается. К тому же в той жизни мне не место… да и никто меня там не ждёт…

— Как и меня, — хмуро добавил Воронин. — А вот здесь стоит остаться, чтобы навести порядок. Честно признаться — надоел мне Перец со своими бандитами, да и Хрящ тоже. Нужно очистить город от этого мусора…

— Но вы не знаете…

— То, что все мы являемся вариантами одной и той же личности? — продолжил за музыканта Серый. — Представь себе, что догадались, только молчали. Так что давай, не будем зря сотрясать воздух. Ты из нас самый достойный… и не спорь! Твоя музыка преображает людей, заставляет их думать, чувствовать… короче, пробуждает человечность. Ты нужен там, а мы постараемся навести порядок здесь.

— Серый всё точно сказал, — поддержал Воронин. — А теперь — быстро в лодку, пока наступило небольшое затишье.

Инга заплакала и, подобравшись к солдату, крепко обняла и поцеловала его без слов, а затем Серого. Вернувшись к музыканту, сидевшему опустив голову, она взяла его за руку, что-то шепнула на ухо и повела к лодке, которую Серый ловко спустил на воду и теперь удерживал, чтобы её не унесло течением.

Музыкант первым забрался в утлое судёнышко, помог спуститься Инге и включил свой фонарь. Едва они уселись, как Серый отпустил лодочку, и она начала удаляться в темноту, быстро набирая ход. Последнее, что запомнили девушка и музыкант перед тем как поворот скрыл от них каменную насыпь, — две молчаливые фигуры с поднятыми в прощальном жесте руками.

Луч фонаря беспорядочно метался по исполосованным стенам, кое-где поросшим пучками тёмных водорослей. Под потолком металось грохочущее эхо. Лодку раскачивало бурным течением, швыряло из стороны в сторону, разгоняя всё быстрее и быстрее. Крепко обнявшись, Инга и Сергей с надеждой вглядывались в темноту.

Внезапно страшный удар потряс хрупкое судёнышко. Оно беспомощно подпрыгнуло, взлетело в воздух и раскололось на части. Стремительное течение подхватило беглецов, оторвало друг от друга и, безжалостно швырнув в клокочущую пучину, повлекло во мрак…

 

*        *        *

 

Грохочущий гул постепенно стихал. Безмолвный мрак, окутывал сознание спасительным одеялом бездумного забвения, из которого не хотелось выбираться. Что-то дрогнуло в этой тьме, и на меня снова внимательно глянул огромный, налитый багровым пламенем, глаз, с которого всё и началось много дней назад. Какое-то время он, не мигая, изучающе вглядывался в меня, а затем, словно удовлетворившись увиденным, медленно погас. И тогда мрак начал постепенно рассеиваться. Где-то на самом краешке слуха возникло оживлённое щебетанье. Сквозь плотно сжатые веки просочился яркий свет, и тогда я открыл глаза.

Лёгкий ветерок колыхал тонкую занавеску на открытом окне, за которым вовсю горлопанили неугомонные воробьи.

— С возвращением вас, Сергей!

Мягкий мужской голос раздался совсем рядом. Я повернул голову влево и с изумлением увидел улыбающегося Диануса, вырядившегося врачом. На нём красовался белоснежный халат, а голову венчала докторская шапочка.

Я огляделся по сторонам и обнаружил, что лежу на кровати в комнате, похожей на больничную палату. Рядом стояла стойка с аппаратурой, откуда ко мне тянулись какие-то трубочки и провода.

— Что со мной? Где я?

— Не волнуйтесь, уже всё хорошо. Кризис миновал…

Дианус что-то пометил в журнале на тумбочке и ободряюще подмигнул.

— Вы находились в коме больше месяца, но сегодня неожиданно пришли в себя. Это большая удача…

— Погодите, Дианус, — остановил его я. — Вы опять какие-то эксперименты надо мной проводите?! Что это всё значит?!

Мой визави удивлённо вскинул брови.

— Какие эксперименты?! О чём это вы, Сергей? Вы находитесь в больнице. Я ваш лечащий врач и зовут меня Дмитрий Янович. Да вы не волнуйтесь… всё самое плохое уже позади.

— А что со мной произошло? Как я здесь оказался?

— О, это совершенно нелепейшая и странная случайность! Вас сбил экскурсионный автобус… Особых повреждений не было, но, очевидно от потрясения, вы впали в кому.

— И что же в этом странного?

— Да понимаете… — врач растерянно потёр лоб, словно собираясь с мыслями. — Странность в том, что одна из пассажирок автобуса во время аварии тоже впала в кому… и что совсем уж невероятно — она пришла в сознание буквально за несколько часов перед вами…

Врач растерянно смотрел на меня, а я улыбался.

— Скажите э… Дмитрий Янович, если вы не Дианус, то откуда узнали моё имя?

— Так ведь очнувшаяся девушка сообщила. Она назвала ваше имя и сказала, что вы хорошо знакомы. Долгое время вместе жили в каком-то странном городе, я не совсем понял…

— Инга… — пробормотал я и счастливо закрыл глаза.

И в этот миг почудилось мне, что увидел Серого и солдата, стоящих в обнимку на далёком туманном берегу и ободряюще машущих мне оттуда. А за ними возвышался прекрасный город, но уже не серый, а яркий, с разноцветными домами, увитыми цветами, над которыми парили мужчины, женщины… и дети.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *