Возвращение — часть 14

Когда мутное покрывало беспокойного сна мягко соскользнуло и сквозь полуприкрытые веки просочился утренний свет, я громко застонал, ожидая ощутить боль, разламывающую голову пополам. Ещё Бы! Ведь вчера было преизрядно выпито какого-то самогона в компании с… как же его? Кажется, Дианусом назвался. Ага, ещё и древнюю мифологию вспоминали… ну, да ладно, всё это потом, а сейчас нужно вставать и наводить порядок. Небось, грязная посуда и объедки со вчерашней пирушки уже плесенью покрываться начали. Хотя… по комнате витал свежий воздух.

Я осторожно открыл глаза и сел на кровати. Как это ни странно, однако голова была чистой и ясной, без малейших намёков на вчерашний перебор. В комнате царила идеальная чистота и порядок. На столе, застеленном белой скатёркой, возвышалась стопка листов чистой писчей бумаги, упаковка простых карандашей, точилка и ластик. Любопытно, откуда неизвестный доброжелатель узнал, что я люблю писать именно простыми карандашами, а не ручкой? Впрочем, я был ему благодарен, а особенно за наведенный порядок в моей комнатушке. Хотя, вспоминая полубомжаческий вид моего вчерашнего гостя, трудно было заподозрить его в приверженности к чистоплотности. Но, так или иначе, факт оставался фактом — комната просто лучилась чистотой, как после генеральной уборки. Это означало, что Дианус — молодец, потрудился на совесть… а кто же ещё?! Я-то уж точно вчера был не в состоянии что-либо делать, кроме как завалиться на кровать и отключиться.

Ощущая в теле неожиданную лёгкость, я быстро оделся, заправил кровать и вышел из комнаты, заперев её. Спустившись на первый этаж, подошёл к строгому вахтёру, с явным неодобрением взиравшего на меня.

— Если нужно провести уборку в жилом помещении, то можно было бы просто попросить, а не сразу жаловаться, — сердито проворчал он, принимая у меня ключи от комнаты. — Приходят, неведомо откуда и права качают. Вчера вон опять новичков подселили, небось, тоже с претензиями…

— Каких новичков? — поинтересовался я. — Откуда?

— Да кто ж их знает, вчера только прибыли.

— Кстати, а кто жаловался-то? — попытался я уточнить.

— Ну, не я же, — дедок развёл руками, выражая этим жестом всё своё отношение к данному вопросу. — Ладно уж, иди, а в другой раз, ежели чего надо, то мне говори, а не… ну, сам знаешь.

— Но ведь я не…

Но вахтёр только отмахнулся от меня, как от назойливой мухи, и занялся своими делами.

Выйдя на улицу и недоумевая по поводу странного разговора со «служителем порядка», я сразу направился в мэрию.

В коридоре второго этажа, как всегда, было тихо. Постучавшись в кабинет Гунара и не дожидаясь ответа, я открыл дверь и вошёл.

Советник по гражданскому праву стоял возле большого стола и сосредоточенно разглядывал расстеленную на нём карту. Увидев меня, он жестом подозвал к себе, словно только и ждал:

— Как хорошо, Сергей, что вы пришли! Ваша помощь будет кстати…

Не совсем понимая о чём идёт речь, я поздоровался, приблизился и взглянул на карту. На ней была изображена вытянутая, постепенно расширяющаяся долина с протекающей по ней рекой. По краям долину окаймляли скалистые горы. Посреди наиболее широкой части находился Город — это я сразу сообразил. Остальное пространство заполнял лесной массив, не считая нескольких голубоватых пятен, очевидно, озёр. А ещё кое-где красовались рисунки развалин каких-то строений. Более ничего на карте не изображалось, а за кольцом гор она и вовсе была девственно чиста.

— А что вы, собственно говоря, ищете? — полюбопытствовал я.

— Да вот рассуждаю, в какую сторону лучше всего направить нашу поисковую экспедицию.

— А разве есть разница? Мне кажется, никто не сможет предугадать исход в зависимости от направления поиска.

— Так-то он так, — нехотя согласился Гунар. — Только хотелось бы попутно ещё и выяснить места стоянок этих дикарей…

— Повстанцев, что ли? А зачем?

— Ну как же?! — явно удивился моему вопросу советник. — Чтобы в случае надобности знать точно куда нанести упреждающий удар, так сказать, превентивные меры.

— Но ведь эти повстанцы вроде бы и не нападают, — засомневался я. — Зачем же их трогать?

— Ах, Сергей, это в вас говорит душа интеллигента, простите за выражение, — поморщился Гунар. — Добрый вы… только не вздумайте повторять это при Перце, он таких слов не любит.

— Но Перец ведь ваш помощник, разве нет?

— В целом — да, но у него имеются и ещё некоторые обязанности, которые… не входят в круг моей компетенции.

Я с сомнением взглянул на замявшегося советника и, внезапно вспомнив о табличке под номером 23 на двери его кабинета, предположил:

— Как раз, судя по вашему положению, на двери должна красоваться табличка с цифрой один.

— Почему вы так решили? — удивился Гунар. — На самом деле двойка обозначает этаж, а тройка — порядковый номер кабинета. В двадцать первом находится архив мэрии, в двадцать втором — технический отдел, в двадцать третьем — ваш покорный слуга… ну и так далее. А цифра один подразумевает особый статус лидерства. Она может быть только на дверях кабинета первого лица.

— Как я понял, вы здесь, пожалуй, и есть первое лицо?

— Ну что вы, — снисходительно улыбнулся советник. — Ни в коем случае, это вам только показалось.

— Но, кроме вас, я никого больше из членов муниципалитета не видел, словно их и вовсе нет.

— Ах, это только кажется. Они заняты другими делами. А я такой же сотрудник городской власти, как и другие. Впрочем, как теперь и вы, Сергей. Кстати, вам не нужен свой кабинет в мэрии?

— Да нет… мне вполне хватает и комнатушки в общежитии, — пробормотал я. — Для занятий музыкой и сочинительства вполне достаточно. К тому же там довольно тихо, так что никто не мешает и не отвлекает…

— Да, там у нас полный порядок, — самодовольно подхватил Гунар. — Но на всякий случай я всё же распоряжусь выделить для вас отдельный кабинет и обставить его всем необходимым.

— Для чего?

— Мало ли… на всякий случай.

— Какой, например? — продолжал допытываться я.

— Ну, допустим, к вам придёт делегация… где вы её будете принимать? У себя в общежитии?

— Да какая делегация?! — изумился я. — Кому я тут нужен?

— Э, не скажите, — расплылся в улыбке советник. — Говорят, вы пользуетесь всё возрастающей популярностью среди горожан, чего до вас не удавалось достичь ни одному гм… музыканту. Даже сверху поступило негласное указание содействовать вам.

— Откуда? — недоумённо переспросил я.

Советник укоризненно покачал головой, словно осуждая меня за чрезмерную непонятливость, и поднял палец над головой, молча указывая в потолок.

— Неужели есть ещё кто-то выше вас по положению? — засомневался я. — Никогда бы не подумал… а кто это?

— Сергей, вы ещё у нас толком не обжились, поэтому не знаете специфики, — неожиданно серьёзным тоном ответил Гунар, озабоченно сдвинув брови. — Поэтому советую таких вопросов больше не задавать. Это здесь не приветствуется!

— Но…

— Никаких «но»! И вообще, вы здесь совершенно по другому вопросу. Нужно обсудить будущую экспедицию за сумеречную стену и уточнить детали карты. Вы же недавно путешествовали через лес, может что и вспомните.

— Хочу заметить, что по поводу готовящейся экспедиции я вообще не в курсе дела, а о своём путешествии через лес много не вспомню.

— Что-то вспомните вы, что-то новички, которые прибыли в Город только вчера. Между прочим, так по крупицам мы и составляем карту долины… а вот, кстати, и они!

В дверь постучали. Тотчас на лице советника по гражданскому праву расцвела дежурная приветливая улыбка и он воскликнул:

— Входите, не заперто.

Дверь распахнулась, и в кабинет вошли двое. Первый, ладно скроенный парень в армейском камуфляже, сразу направился к столу. За ним подошёл второй, хоть и не такой крепкий на вид, но в его движениях ощущалась какая-то чуть хищная ловкость. И ещё глаза — внимательные, изучающие, но не такие пугающие, как у Перца.

— Знакомьтесь: это наша гордость — Сергей, советник по культуре, — с пафосом произнёс Гунар, указывая на меня. — Кстати, тоже новичок, но уже пользуется большой популярностью в народе.

Ощутив, как щёки начинают краснеть, я смущённо опустил глаза.

— А это наши вновь прибывшие горожане — как ни странно, тоже Сергей и Влад… хотя предпочитает, чтобы его звали Серым.

Я с изумлением взглянул на новичков и воскликнул:

— Но ведь это…

— Да, необычно, — спокойно перебил меня тот, который выглядел стройнее. — Но мне так больше нравится, если вас не затруднит…

Я хотел сказать, что Серый это практически тоже Сергей, но поймав пристальный настороженный взгляд новичка, решил не уточнять. Вместо этого я протянул руку и поздоровался.

— Ну вот, раз уж все познакомились, не пора ли нам перейти к делу? — провозгласил советник по гражданскому праву, указывая на стол с картой. — Неплохо было бы внести свежие данные…

Так же, как и Серый, я внёс свою посильную лепту в обновление карты, а именно, указал несколько малозначительных деталей, которые остались у меня в памяти за время путешествия с Леоном. Зато солдат говорил долго, отмечая что-то на карте и отвечая на уточняющие вопросы Гунара. Чувствовалось, что он в этом деле спец. Правда у меня сложилось впечатление, что вопросы о местонахождении повстанцев Сергей старался мягко обходить стороной.

Когда вопросы у советника закончились, он несколько разочарованно вздохнул и развёл руками:

— Кое-что мы смогли прояснить и уточнить. Но, к сожалению, ничего нового о повстанцах и местах их обитания, хотя вам пришлось вплотную столкнуться с этой шайкой.

— Мы ведь не в гости к ним ходили, а наоборот — спасались бегством, — пожал плечами Воронин. — Это ещё хорошо, что они напали на нас в чаще, а не на открытом пространстве.

— Это ещё почему? — поинтересовался Гунар.

— Легче уходить от погони, используя естественные прикрытия.

— Мой друг хотел сказать, что, если бы мы каким-то образом случайно оказались в поселении повстанцев, то вряд ли сейчас разговаривали бы с вами, — вставил. Серый. — Скорее всего, нас бы убили, а может, и съели…

— Да-да, — с готовностью подхватил Гунар. — От них всего можно ожидать, не зря же они дикари и уроды! Впрочем, сейчас у нас есть более важные дела…

Он окинул пытливым взглядом новичков и поинтересовался:

— А вы случайно не обладаете способностью к левитации?

— В смысле, умеем ли мы летать? — уточнил Серый.

— Вот именно.

— К сожалению, нет, хотя очень бы хотелось.

— Что ж, это я так, на всякий случай, — понимающе улыбнулся советник. — Ещё ни разу не было, чтобы пришедшие из Лабиринта обладали левитацией, но, а вдруг…

— Но я в… прошлой жизни состоял в клубе авиалюбителей, — неожиданно признался Серый. — Так что с процессом знаком и даже несколько раз летал на лёгких моделях самолётов.

— Это же замечательно! — воскликнул Гунар. — А вы?

— Нет, я только с парашютом прыгал в армии, — ответил Воронин.

— А что это такое?

— Приспособление из ткани и канатов, помогающее долететь до земли и не разбиться.

— Да вы просто как нельзя вовремя к нам прибыли! — искренне обрадовался советник. — Мы как раз готовим экспедицию за сумеречную стену, и ваш опыт может очень здорово пригодиться.

— А откуда вы берёте всё необходимое оборудование? — полюбопытствовал Серый. — Ведь для его изготовления нужны настоящие фабрики и заводы, а здесь в долине, как мне кажется, ничего подобного не существует…

Гунар неуверенно почесал в затылке и виновато развел руками:

— Не знаю, что и ответить. Мы тут уже давно ничему не удивляемся. Просто, когда нам что-нибудь становится нужно, то через некоторое время это появляется, а как и откуда — никто не знает.

— Прямо коммунизм какой-то… — буркнул солдат.

Что вы говорите? — озадаченно переспросил советник.

— Полное обеспечение, так сказать — от каждого по способностям и каждому по потребностям, — пояснил Серый.

— А, ну да, — согласился Гунар. — Хотя не совсем, многое нам приходится делать собственными силами: строить, выращивать и так далее. Но в принципе, да.

— Скажите, советник, а мне можно будет полететь с экспедицией? — не удержался я. — Хотелось бы принести какую-то пользу.

— Вы принесёте больше пользы здесь, в Городе. Людям нужна ваша музыка и… мы ещё об этом поговорим позже.

Гунар повернулся к новичкам и серьёзно продолжил:

— А вас, если не возражаете, мы включим в состав экипажа исследовательского корабля, который через несколько дней должен быть готов к путешествию. Надеюсь, ваш опыт пригодится.

Переглянувшись, новички кивнули, подтверждая согласие.

— А чем нам сейчас заняться? — поинтересовался Воронин. — Не хотелось бы бездельничать.

— Отправляйтесь на корабль и отдайте старшему эту записку…

С этими словами Гунар подошёл к своему столу и выдернув из кипы бумаги листок, быстро что-то написал на нём и тиснул печать. Вернувшись к столу с картой, он вручил бумажку солдату и добавил:

— Там на месте вам всё покажут и объяснят, а вы в свою очередь поделитесь теми знаниями, которыми обладаете. Договорились?

— Так точно, — ответил солдат.

Когда они вышли из кабинета советника по гражданскому праву, Серый криво ухмыльнулся:

— Ты бы ещё каблуками щёлкнул.

Солдат смущённо пожал плечами.

— Это я по привычке…

— Ну, ясно, армейские замашки так просто из души не вытравишь…

— Да ладно уже, хватит насмехаться. Кстати, а как тебе понравился этот музыкант?

— Ну, как он играет я пока ещё не слышал, а так… трудно сказать. Время покажет.

— Это уж точно, — согласился Воронин. — Пошли, взглянем на этот летучий корабль вблизи…

Выходя из мэрии, они столкнулись в дверях с нагловатым типом, который окинул их изучающим взглядом и, загородив выход, грубо спросил:

— Кто такие?

Солдат уж собрался ответить в подобной же грубой форме, но Серый, словно почувствовав угрозу, поспешил ответить.

— Новенькие мы, только вчера прибыли.

— А куда направляетесь?

— Вот, направление от советника по гражданскому праву…

С этими словами Серый выхватил из пальцев Воронина листок и подал его громиле.

Пробежав глазами по строчкам записки, он вернул её Серому и, ни слова больше не сказав, вошёл внутрь здания, словно потеряв интерес к вновь прибывшим.

Проведя его взглядами, Воронин и Серый переглянулись.

— Довольно-таки неприятный тип, — нахмурился солдат.

— Я бы даже сказал, что хам ещё тот…

— А чего ж это ты так поспешил бумагу ему показывать? Нужно было потребовать, чтобы он сам представился.

— Эх, простая ты душа, — усмехнулся Серый. — Мы же пока ещё не знаем, кто он такой, поэтому не стоит обострять.

Понизив голос, он тихонько добавил:

— Как знать, может это кто-нибудь из окружения того самого Перца, о котором Хрящ говорил? Зачем же нам с ним ссориться?

На этот довод возразить было нечего, поэтому Воронин и Серый молча направились в сторону строительства летучего корабля, не зная, что именно с тем самым коварным Перцем они только что и столкнулись.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *