Сердечный случай — часть 10

Грустно в этот вечер было не только Наде. В темноте своей комнаты, сидя в глубоком кресле с полупустым бокалом вина в руке, искренне плакала Маргарита Сиволап, размазывая по щекам тушь. Но это не были слёзы раскаяния или обиды. Плакала она от злости, потому что весь её тщательно выстроенный корыстный план восхождения на вершину материального благополучия, рухнул в одночасье, похоронив под своими руинами мечты о лёгкой и красивой жизни в отдельном особняке, о поездках за рубеж на отдых и путешествиях, о богатых нарядах и украшениях…
— Столько времени было потрачено на этого олуха, и всё коту под хвост! — сквозь зубы процедила Марго и залпом осушила бокал до дна.
Со стуком поставив его на журнальный столик, она вытянула ноги и, медленно проведя ладонями по животу и бёдрам, угрожающе пробормотала:
— Ничего, пока ещё в форме, время есть… найдём другого!..

В пустом и тёмном офисе рекламной фирмы «Успех» свет горел только в директорском кабинете. В отчаянии обхватив голову руками, Дмитрий Семёнович Бывший сидел за столом и с тоской смотрел на семейную фотографию в рамочке, стоявшую перед ним. Запоздалое раскаяние жгло его изнутри нестерпимым огнём. На фотографии лучезарно улыбающаяся Светлана ласково прижимала к себе сына и дочь, а он сам стоял сзади, слегка наклонившись к ним и приобняв семейство. Все выглядели счастливыми и красивыми.
— Боже мой, какой же я идиот… — прошептал он, нервно взъерошив волосы на макушке. — Потерять самое дорогое на свете…

Светлана Леонидовна тоже перебирала старые семейные фотографии, на которых она была вместе с мужем и детьми, и плакала от обиды. Она вспоминала молодость, знакомство, свадьбу, а затем рождение двойняшек. При мысли о них, она невольно улыбнулась сквозь слёзы, словно лучик солнца пробил мрачные тучи. Сегодня днём дети спрашивали, когда вернётся папа, и она ответила невнятно, на ходу сочиняя, что папе сейчас нужно по работе куда-то срочно поехать, а когда он вернётся пока не ясно. Но Светлана Леонидовна понимала, что рано или поздно всё всплывёт и придётся детям объяснять, а она очень переживала, как они это воспримут. Но, так или иначе, рано или поздно, жизнь всё расставит по своим местам.
— Поживём — увидим… — сказала она сама себе и закрыла альбом с фотографиями.

* * *

— Игорь, нам нужно серьёзно поговорить!
Олег Борисович постарался, чтобы его голос прозвучал строго и убедительно, хотя после вчерашнего разговора с Надеждой Поляковой на душе скребли кошки. Какое-то смутное чувство запоздалого раскаяния преследовало его ещё с вечера, когда он вернулся домой.
— О чём?
Сын нехотя обернулся к нему, стараясь не глядеть в глаза. Судя по всему, разговаривать он не хотел, но вежливость не позволила полностью проигнорировать слова отца.
— Я об этой женщине…
Данилов старший подставил свою чашку поближе к кофейнику, из которого Игорь наливал себе утренний бодрящий напиток, и примиряюще добавил:
— Должен признать, что я несколько… погорячился… хотя и ты должен меня понять…
— В чём?
— Ну, возможно, мне и не стоило столь резко высказываться, но… когда-нибудь, когда ты сам станешь отцом, то поймёшь, что волноваться за детей — это неотъемлемое право и обязанность родителей!
— Но ведь это моя личная жизнь, — стараясь говорить спокойно, возразил Игорь. — Я уже вполне взрослый, чтобы самому решать!
— В тебе говорит юношеская горячность и максимализм, но если хорошенько подумать и взвесить все за и против, то разница в годах не может со временем не сказаться на отношениях…
— Что ты имеешь в виду? — искренне удивился сын. — О какой разнице идёт речь?
— Только не нужно думать, что твой отец уже совсем ничего не понимает, — поморщился Олег Борисович. — Я и сам когда-то был молод и романтичен, и, признаюсь честно, мне тоже однажды понравилась… впрочем, речь сейчас не обо мне… Так вот, вчера я разговаривал с твоей избранницей…
— Где?!
Потрясённый неожиданным признанием отца, Игорь едва не выронил кофейник.
— Откуда ты узнал её адрес?
— Ну… скажем так, повезло… — ушёл от прямого ответа Олег Борисович, не желая признаваться, и решительно добавил: — Но не это главное, а то, что вы не подходите друг другу… по годам!
— О чём ты говоришь?! — удивился сын. — Мы же с ней практически одного возраста!
— Не пытайся меня обмануть, Игорь, пожалуйста! Я же видел её собственными глазами, вот так, как тебя, и даже разговаривал — скорее, это мы с ней одного возраста, а не ты!
— О ком ты говоришь?! — изумился Игорь, с недоверием уставившись на отца. — Мне кажется, мы говорим о разных людях…
— Господи, да о Поляковой! О Надежде Поляковой, — я всё знаю!
— Ты что, разговаривал с ней?!
Игорь замер на мгновение, а затем, схватившись за голову, рухнул на стул.
— Зачем?! Зачем?!. — бормотал он, раскачиваясь из стороны в сторону.
Наклонившись к сыну, Олег Борисович взял его за плечи и легонечко встряхнул.
— Я хочу, чтобы она оставила тебя в покое и не ломала тебе жизнь!
— Она?!
С горькой улыбкой юноша посмотрел на отца глазами полными слёз.
— Ты даже не понимаешь… ты не знаешь, что это я должен был уже давно оставить её в покое. Ведь это именно я преследовал её, потому что, как мне казалось… впрочем, теперь это уже не важно. Как ты мог?!
— А что я должен был делать, пустить всё на самотёк?! Ты же заявил, что влюблён, жить без неё не можешь… даже портрет этой Поляковой рисовал, я же видел…
Не говоря ни слова, Игорь выбежал из кухни и вскоре вернулся с небольшим холстом. Развернув его лицевой стороной к отцу, он поинтересовался:
— И где ты здесь видишь Надежду Михайловну?!
Олег Борисович нехотя взглянул на портрет и неожиданно настороженно замер. Это была не Полякова. С лёгкой усмешкой на него с холста глядела совершенно юная миловидная девушка.
— Кто это? — растерянно спросил он.
— Это та самая девушка, о которой я говорил, а ты не понял и всё перепутал…
— Но… а как же… эта?.. Ну…
— Надежда Михайловна?
— Да.
— Я… мне казалось, что я влюблён в неё… но она была права, когда говорила, что я это придумал, глядя на её картины…
— Какие картины? — не понял Олег Борисович.
— Надежда Михайловна пишет совершенно замечательные картины! — с жаром пояснил Игорь. — Вот я под их впечатлением, очевидно, и вообразил… но теперь я встретил девушку, которая и в самом деле перевернула всю мою жизнь!
— И как её зовут?
— Я не знаю, — беспомощно выдохнул сын. — Ни имени, ни адреса… совершенно ничего!
— Ну и дела…
— Но я обязательно найду её!
Юноша вскочил, отнёс портрет незнакомки в свою комнату, а затем решительно направился к выходу.
— Игорь, постой! — окликнул его Олег Борисович. — Куда ты? Не стоит так торопиться! Я помогу тебе отыскать эту девушку…
— Спасибо, ты уже помог… — Игорь передёрнул плечами и добавил: — Я к Надежде Михайловне, извинюсь перед ней за тебя… и за себя тоже…
Игорь распахнул дверь и едва не налетел на соседку, которая как раз собиралась звонить в дверь.
— Здравствуй, Игорёк! А папа дома?
— Проходите, Людмила Юрьевна, он на кухне…
С этими словами Игорь быстро вышел из квартиры и сбежал вниз по лестнице. Проводив его взглядом, соседка вошла в прихожую и окликнула:
— Олег Борисович! Вы где?
Данилов старший вышел навстречу и, увидев её взволнованное лицо, сразу насторожился.
— Что случилось?
— Ой, вы не поверите! — всплеснула руками Людмила Юрьевна. — Там сейчас по телевизору вашу спасительницу показывают…
— Где?
— В новостях. Идите к нам, она сейчас как раз интервью даёт из какой-то картинной галереи…
Олег торопливо последовал в соседнюю квартиру и ошарашено уставился на экран телевизора, пока Людмила Юрьевна восторженно щебетала:
— Я её сразу узнала! Это же она вас тогда привезла к нам в отделение, а потом исчезла, как сквозь землю провалилась, и никто ничего не мог о ней сказать. Это ж надо — оказывается она ещё и знаменитость!..
С экрана на Данилова смотрела Надежда Полякова и что-то рассказывала. Что именно, он не слышал, потому что смысл слов до него не доходил — лишь одна мысль безостановочно крутилась в голове: «Какой же я болван!..»

* * *

Последний раз перед уходом поправляя непослушный локон, Надежда критически рассматривала своё отражение в зеркале и беседовала по телефону с Меньшиковым.
— Ой, Лёшик, не смеши меня, пожалуйста! Какая там звезда?!
Выслушав ответ, она взмахнула рукой.
— Да видела я это интервью по телевизору — позорище полное! И зачем я только согласилась?.. Что?.. Конечно же, я помню о встрече с твоим иностранцем! Я уже практически выходила из дому, когда ты позвонил… да, взяла… Ну, всё… бегу!
Надя бросила мобилку в сумочку, подмигнула отражению и, подхватив большую художественную папку с последними акварельными работами, шагнула к двери. И в это время раздался звонок.
— Да что ж это такое?! — воскликнула Полякова открывая дверь. — Я опять могу опоздать!
На пороге стоял Игорь, смущённо тиская в руках букетик нежных полевых цветов. Не дав Надежде и рта раскрыть, он торопливо произнёс:
— Надежда Михайловна, простите, пожалуйста моего отца! Он хороший, поверьте… вот только за меня очень переживает…
— Ещё бы! — вырвалось у Нади. — Я бы тоже на его месте переживала!
— Вы и меня простите, что надоедал со своими чувствами! Я и в самом деле, как вы и говорили, встретил девушку своей мечты…
Надежда почувствовала, как у неё отлегло от сердца.
— Ну, вот и хорошо! И кто же эта счастливая избранница?
— Ох, не знаю… она возникла и исчезла, как дивное видение. Я даже не знаю её имени, но обязательно найду…
Внезапно юноша застыл с открытым ртом, изумлённо глядя куда-то вглубь прихожей. Непроизвольно оглянувшись, Надя увидела племянницу, с любопытством выглянувшую из комнаты. Следом за ней появилась Вера Ивановна.
— Тётя Надя, вы уже уходите? — полюбопытствовала девушка, пытаясь разглядеть визитёра.
— Так это же она!.. — потрясённо пробормотал Игорь.
Глянув на юношу и не менее изумлённую племянницу, Надежда мгновенно всё поняла и, взяв юношу за руку, решительно увлекла его в прихожую. Подозвав Машу, она ловко переадресовала ей букет полевых цветов и представила:
— Познакомьтесь: это — моя племянница Маша, а это — мой… хороший знакомый Игорь… Мама и Машенька, вы уж напоите, пожалуйста, гостя чаем и вареньем домашним угости, а то мне нужно бежать в галерею на важную встречу — я уже и так опаздываю!
Не дав домочадцам и гостю опомниться, Надя быстро выпорхнула из квартиры, захлопнув за собой дверь, и с довольной улыбкой спустилась вниз. На душе было легко и светло.
Свежий ветерок игриво взлохматил чёлку, когда Надя вышла из подъезда, и она невольно зажмурилась, ослеплённая солнечным лучиком, пробившимся сквозь густую листву каштана. А когда открыла глаза, с изумлением обнаружила перед собой отца Игоря, который протягивал ей букет роз.
— Надежда Михайловна, прошу простить меня за недостойное моё поведение… мне очень… я просто не знал… не понимал…
Данилов старший смутился, запутавшись в словах, но Надя великодушно пришла ему на помощь. Взяв букет роз и с удовольствием вдохнув их сладостный аромат, она улыбнулась и просто сказала:
— Я вас понимаю. Игорь мне всё объяснил. Это просто случай…
— Я бы сказал, сердечный случай… — поспешил добавить Олег Борисович. — И я бы очень хотел загладить свою вину. Могу я пригласить вас посидеть где-нибудь в уютной обстановке?
Чуть склонив голову набок, словно обдумывая предложение, Полякова чему-то усмехнулась и кивнула.
— Только не сейчас, — поспешила предупредить она. — Я опаздываю на очень важную для меня встречу!
Олег Борисович отступил в сторону и приглашающе указал на уже знакомую Наде белую «Тойоту».
— В таком случае — милости прошу! Я сам отвезу вас, куда нужно, быстрее ветра! И вообще, я готов возить вас сколько угодно — хоть всю оставшуюся жизнь…
Надя улыбнулась и села в машину.
Глядя из кухонного окошка на отъезжающую от подъезда машину, Вера Ивановна украдкой перекрестила её и шепнула:
— Ну вот, теперь, даст Бог, и у нас всё будет хорошо…

Сердечный случай — часть 10: 2 комментария

  1. Анатолий,прочла в хронологическом порядке,без тени скуки и равнодушия.Очень уравновешенное восприятие коллизий-без гнева,с надеждой-как нам бы всегда этого хотелось:-)В вашем духе-мягко,по-доброму,с приятным послевкусием…Понравилось:-)))

    1. Благодарю, Марина! Всегда стараюсь, чтобы в той или иной мере получалось по-доброму. Грубости и жестокости в этом мире и так хватает, к сожалению…

Добавить комментарий