Сердечный случай — часть 09

Утро нового рабочего дня в рекламном агентстве «Успех» ознаменовалось суматохой, вызванной неожиданным приездом супруги директора. Светлана Леонидовна появилась в дверях офиса с лучезарной улыбкой на устах. Настроение у неё было прекрасное, погода чудесная. Оставив детей на попечение матери, Светлана решила сделать приятный сюрприз мужу. Предварительно наведавшись в кондитерскую восточных сладостей и купив пахлаву, которую Дмитрий просто обожал, она заехала к нему на работу.
Проходя мимо столов работников, Светлана Леонидовна доброжелательно кивала знакомым, улыбалась. Держа в поднятой руке коробочку с угощением, она без стука открыла дверь в кабинет и вошла с шутливым возгласом:
— Кто заказывал восточные сладости?
Дмитрий Семёнович расслабленно развалившись в кресле, наблюдал за накрашенной девицей, восседавшей на краешке директорского стола, вульгарно закинув ногу на ногу. Обернувшись на звук открываемой двери, девица окинула вошедшую высокомерным взглядом и пренебрежительным тоном ответила:
— Мы ничего не заказывали.
Она явно собиралась ещё что-то добавить, но изменившийся в лице Бывший проворно вскочил на ноги и, суетливо обогнув стол, чмокнул вошедшую в щёку.
— Знакомьтесь, — несколько натянутым голосом торопливо произнёс он. — Моя супруга, Бывшая Светлана Леонидовна. А это — Маргарита Трофимовна Сиволап, одна из ведущих сотрудниц нашего агентства…
Он грозно сдвинул брови, глазами указав Марго на пол, после чего та нехотя спрыгнула со стола и, явно поколебавшись, протянула руку для приветствия.
— Настолько ведущая, что даже свободно восседает на директорском столе?! — не удержавшись, с сарказмом заметила Светлана, но руку всё же подала в ответ.
И тут она заметила блеснувшее изумрудным отблеском знакомое колечко на безымянном пальце сотрудницы. Задержав её ладонь в своей, Светлана Леонидовна мгновенно охрипшим от волнения голосом поинтересовалась:
— Откуда у вас эта прелестная вещица?
— Какая? — не поняла Марго.
— Вот это знакомое колечко…
Марго невольно метнула быстрый взгляд в сторону начальника. Светлана тоже быстро посмотрела на мужа, который в этот момент начал бледнеть буквально на глазах, и всё поняла. Словно ледяная игла вошла в её сердце. Она брезгливо отступила на шаг, затем ещё на один, будто опасаясь соприкоснуться с ним.
Раздался стук в дверь, и в кабинет, держа в руках какие-то чертежи, вошла улыбающаяся Надежда Полякова.
— Что, ещё один ведущий специалист?! — насмешливо спросила Светлана Леонидовна, быстро обведя взглядом присутствующих.
Не понимая, что происходит, Надя растерянно застыла у дверей, переводя беспомощный взгляд с подруги на директора и обратно. А супруга Дмитрия Семёновича, как-то сразу чуть ссутулившись, словно на её плечи навалился тяжёлый груз, устало вздохнула.
— Что ж, можете ничего не отвечать… и так всё ясно.
Она медленно опустила на стол коробочку с пахлавой, затем задумчиво потёрла лоб, сосредоточенно о чём-то размышляя. Всё это время её муж и Марго стояли, словно окаменев, и не знали, что предпринять. Надя тоже растерянно перекладывала чертежи из руки в руку, тщетно силясь что-нибудь понять.
— Сколько верёвочке ни виться… — еле слышно пробормотала Светлана Леонидовна и пристально посмотрела на мужа.
Под её прямым взглядом Дмитрий Семёнович как-то съёжился и попытался выдавить жалкую улыбку.
— Светочка, ты неправильно поняла, — сделал он слабую попытку оправдаться. — Я тебе сейчас всё объясню…
— Не нужно, Митя, — холодным голосом возразила супруга. — Мне всё ясно, хотя, к сожалению… дошло не сразу. Поздравляю! Ты весьма талантливый актёр, Бывший… кстати, с этого момента фамилия полностью соответствует твоему нынешнему семейному статусу — ты и в самом деле теперь бывший!
Обернувшись к Марго, которая враждебно смотрела на неё исподлобья, Светлана Леонидовна печально усмехнулась.
— А вам… девушка, советую в следующий раз «пастись» в холостяцких угодьях, а то ведь всяко может статься… я-то миролюбива, а за других не ручаюсь…
Гордо развернувшись, она решительно направилась к выходу, бросив через плечо:
— Домой не возвращайся и не звони! Твои вещи я приготовлю и сообщу, когда сможешь их забрать…
Когда Светлана Леонидовна проходила мимо, Надя заметила в её глазах искорки слёз и с ужасом поняла, что так же, как и жена директора, стала жертвой обмана его и лучшей, как она наивно считала, подруги. Мама оказалась права — её действительно «использовали».
Смерив съёжившуюся парочку презрительным взглядом, Полякова неожиданно почувствовала облегчение, словно сбросила с плеч тягостный груз и вырвалась на долгожданную свободу.
— Оказывается, у тебя симпатичная жена… бывший…
Бросив чертежи на стол, она тоже направилась к выходу.
— Надя… Полякова, ты куда?! Постой!
Дмитрий Семёнович протянул руку вдогонку, словно намереваясь остановить Надежду, но она, не останавливаясь, добавила:
— Мне тоже не звони… никогда! Я увольняюсь!
Напоследок демонстративно хлопнув дверью, Надя вышла из кабинета, а Бывший в ужасе схватился за голову, рухнул в кресло и обречённо забормотал:
— Всё пропало… всё пропало…
Марго подошла к нему и успокаивающе погладила по голове.
— Ну что ты так переживаешь?! Наконец-то всё стало на свои места: теперь ты стал полностью свободен, и мы наконец-то заживём как люди…
— Что-что?!
Дмитрий Семёнович посмотрел на Марго каким-то таким странным, полубезумным взглядом, что та даже отшатнулась и поспешила разъяснить:
— Ну, я имею в виду нормальную жизнь… съездим наконец-то на Карибы или Фиджи…
— Какие Карибы?! За какие средства?! — простонал Бывший.
— Ты что забыл?! — Марго игриво щёлкнула Бывшего по кончику носа. — У тебя же… а вернее, теперь у нас такая процветающая рекламная фирма, приносящая постоянный доход…
— Дура! — в отчаянии вскричал Дмитрий Семёнович. — Эта фирма принадлежит Светлане! Собственно говоря, как квартира и вообще всё остальное…
Он опустил голову на руки и глухо застонал, а потрясённая неожиданным открытием Марго с отвисшей челюстью уставилась на него.

* * *

— Да где же это, в конце-то концов?! — раздражённо бормотал Олег Борисович.
Он медленно ехал по улице, внимательно вглядываясь в таблички на домах. Наконец, обнаружив искомый номер, Данилов старший решительно въехал под арку и, оказавшись внутри двора, остановился у подъезда, возле которого худощавая дворничиха сметала листья. Увидев новоприбывшего, она тотчас прислонила метлу к стене дома, скрестила руки на груди и бесцеремонно уставилась на визитёра.
— Скажите, пожалуйста, пятая квартира в этом подъезде? — обратился к ней Олег.
— А вы, собственно говоря, к кому? — вопросом на вопрос ответила Гарпия, решительно загораживая вход в подъезд.
— Мне нужна Полякова… Надежда Михайловна.
— А, так вы к Надюше…
Дворничиха сразу подобрела и, отступив на шаг, указала на дверь.
— На втором этаже, направо от лестницы…
Кивком поблагодарив служительницу чистоты и порядка, Олег Борисович вошёл в подъезд и начал подниматься по лестнице.
Проводив его пристальным взглядом, Гарпия почесала от любопытства нос и направилась следом, бормоча:
— А вот мы сейчас проверим, туда ли?..

* * *

Цветы получались настолько воздушные и хрупкие, что, казалось, если бы подул лёгкий ветерок, они оторвались бы от бумаги и поплыли по комнате, мечтательно кружась в романтическом вальсе.
Надя уже почти час корпела над акварельным натюрмортом в мокрой технике. Она едва уловимо касалась кистью поверхности бумаги, едва не плавающей на мокром полотне, щедро пропитанном водой, и краска причудливо расплывалась, послушно образуя полупрозрачные лепестки. С таким увлечением и упоением Надежда уже давно не работала над рисунком, поэтому, когда в коридоре раздался звонок, она не поднимая головы, позвала:
— Мама!.. Машуня!.. кто-нибудь, посмотрите, кто там пришёл!
Но из дальней комнаты доносилась лишь музыка и голоса персонажей из какого-то сериала, который с увлечением смотрели Вера Ивановна и Маша. Наверняка они не слышали ни звонка, ни её призывов.
— Вот ведь сериальные фанатки, — пробормотала Надя, нехотя отрываясь от рисунка. — И на минуту не могут оторваться от своего любимого зомбоящика…
Она положила кисть на подставку, вытерла насухо руки стареньким полотенцем и направилась к двери. Вновь нетерпеливо прозвенел звонок.
— Иду! Иду… — отозвалась Надежда.
Она распахнула дверь и с изумлением обнаружила за ней того самого симпатичного мужчину, которого спасла, отвезя в больницу. Правда, тогда он был без сознания и выглядел несколько иначе. Из-за его плеча с любопытством выглядывала Гарпия.
— Надежда Полякова? — неожиданно сухо спросил он.
— Да, это я… — ответила Надя, растерянно улыбаясь.
С каким-то странным выражением лица мужчина смерил её пристальным взглядом с головы до ног.
— Так вот вы какая…
— В каком смысле?
Со смущённой улыбкой ожидая каких-то приятных слов благодарности, Надя даже не успела удивиться странному поведению гостя, как на неё неожиданно обрушился настоящий шквал обвинений. Мужчина говорил быстро, гневно, даже не давая возможности ей хоть что-нибудь ответить, а она лишь беспомощно хлопала глазами.
— Как не стыдно морочить голову людям?! Вы думаете, что вам всё позволено?! Ошибаетесь! И я не допущу… я не позволю вам играть чужими судьбами и ломать их в своих грязных целях!
— Но…
— Можете выбросить из головы ваши грязные планы!
— Да в чём дело?! — не выдержав, вскричала Надя. — В чём вы меня обвиняете и почему?!
Гарпия в недоумении вертела головой, не понимая, что происходит и в чём незнакомец обвиняет соседку
— Ах, только не нужно строить из себя невинную овечку… вы опытная хищница! Вертихвостка не первой свежести… хотя и довольно симпатичная, нужно признать… — Олег Борисович на мгновение запнулся, сконфузившись от вырвавшегося признания.
— Спасибо, — невольно поблагодарила Надежда.
Данилов нервно дёрнул плечом и быстро мотнул головой, словно отгоняя ненужные мысли.
— Со мной эти номера не пройдут! Я вижу вас насквозь!
— Погодите, я ничего не понимаю! — взмолилась Надежда.
— Вам не удастся задурить мне голову, как доверчивому и наивному мальчику, верящему в большую любовь!
И тут к своему ужасу Надя наконец-то догадалась, что перед ней стоит отец Игоря — её юного непрошенного ухажёра. Она попыталась сказать что-то в своё оправдание, объяснить, что ни в чём не виновата, но Олег не дал ей произнести и слова.
— Вы бессовестная, безнравственная и распутная!..
Но тут уже не вытерпела Гарпия. Грозно подбоченившись, она решительно отодвинула плечом не в меру расходившегося визитёра от двери и насмешливо произнесла:
— Ты погляди только на этого героя! Явился, не знамо откуда, кричит, угрожает… ишь какой выискался!
— А вы не влезайте не в своё дело! — огрызнулся Олег Борисович. — Вас никто не приглашал!
Но не тут-то было. Если уж дворничиха брала слово, то остановить её не смогла бы, наверное, и катастрофа планетарного масштаба. Хоть она была щуплей и ниже ростом Данилова старшего, но каким-то образом ухитрилась смотреть на него свысока и уверенно теснить в сторону лестницы.
— Ну-ка, давай, двигай отсюда, хулиган интеллигентный! — угрожающе надвинулась она на визитёра. — А то я не посмотрю, что при галстуке! Давай-давай…
Такому мощному натиску Олег Борисович противостоять был не в силах. Шаг за шагом он отступал к лестнице и наконец, не выдержав напора, взмахнул рукой и в отчаянии воскликнул:
— Да пропадите пропадом! Все вы тут одним миром мазаны!
С этими словами Данилов сбежал по лестнице. Внизу хлопнула входная дверь, затем донёсся звук мотора быстро отъезжающего автомобиля, и вслед за этим наступила тишина.
Надежда и Галина Романовна тревожно переглянулись.
В коридор из комнаты выглянули встревоженные шумом Маша и Вера Ивановна.
— Тётя Надя, что случилось?
Молча кивнув на прощание разочарованной соседке, которая явно хотела бы продолжить обсуждение произошедшего инцидента, Надежда закрыла дверь и опустив голову, чтобы родные не увидели слёз обиды, направилась в свою комнату.
— Кто это был, Надюша?
— Никто…
Вера Ивановна попыталась задержать дочь, но та мягко увернулась и плотно прикрыла за собой дверь. Непонимающе переглянувшись и пожав плечами, Маша и Вера Ивановна отправились досматривать свой любимый сериал, резонно решив пока не докучать Надежде излишними расспросами — придёт время, сама расскажет, если сочтёт нужным.
В комнате было настолько тихо, что Надя слышала, как монотонно гудит за окном последняя задержавшаяся пчела, собирая сладостную дань с цветущей акации. Незаметно подкравшиеся вечерние сумерки беззвучно скрадывали постепенно угасающий день. А в близлежащих домах, подобно тёплым фонарикам, начали вспыхивать уютными огнями окна квартир. Из-за потемневшей кроны высокого старого тополя робко выглянула луна. На её бледном фоне стремительным росчерком промелькнул дёрганый силуэт быстрокрылой летучей мыши, нетерпеливо вылетевшей поохотиться на ночных мотыльков. Несмело, будто проверяя свои силы, подали голос первые сверчки. Ночь постепенно вступала в свои права.
Стоя у окна, Надежда с грустью смотрела на такую же одинокую, как и она сама, небесную странницу, безмолвно плывущую над затихающим городом, и чувствовала, как непрошенные слёзы пытаются прорвать плотину самоуспокоения.
Словно откликаясь на её настроение, из дальнего конца двора, скрытого раскидистыми каштанами, где на детской площадке днём резвилась малышня, а по вечерам собиралась молодёжь, долетели вкрадчивые звуки гитарного перебора. А затем хрупкий девичий голос запел:

Нежна
Плывёт над городом луна.
Она
Печали трепетной полна.
Темна
Из одиночества стена.
Одна
Стою я молча у окна.
Одна… всегда одна,
А ночь длинна и холодна…
Как лёд.
Но разве кто-нибудь поймёт
Полёт
Души, которая зовёт
И ждёт,
Когда единственный войдёт,
Возьмёт
И бережно к себе прижмёт…
Но я… всегда одна,
А ночь длинна и холодна…
Мой Бог!
Ну, неужели мой порог
Не смог
Переступить тот, кто продрог
В пути,
Чтоб обогреться и найти
Любовь —
Его с надеждой жду, но вновь
Одна… всегда одна,
А ночь длинна и холодна…
Как лёд…

Голос умолк. Раздались разрозненные хлопки, затем весёлые голоса, девичий смех.
«Юная и счастливая… — подумала Надежда, грустно улыбнувшись — Что она знает об одиночестве?..»
Впрочем, не смотря на явно подростковый возраст (судя по голосу), исполнено было с душой, красиво.
— Что ж, хватит распускать нюни!
Надежда решительно тряхнула головой, отгоняя грустные мысли, и вернулась к акварели.

Добавить комментарий