Сердечный случай — часть 04

А в это время Надежда, сидя за свои столом, изо всех сил пыталась сосредоточиться над работой, но её мысли витали далеко. Они всё время возвращались к утреннему происшествию.
— «Любопытно, кто этот симпатичный незнакомец, которого я отвезла в больницу? — думала девушка. — И что с ним? Может быть, заехать вечером в больницу и узнать?..»
Она бездумно переложила папки на столе, включила компьютер и стала дожидаться, пока тот загрузится.
— О чём ты думаешь?
Голос подруги внезапно раздался совсем рядом, и Надежда вздрогнула от неожиданности. Марго стояла за её спиной и внимательно вглядывалась в монитор, на котором высветились последние задачи.
— Да так, ни о чём…
— Что-то ты не слишком уверенно отвечаешь, — недоверчиво усмехнулась Марго
Она села на стул и придвинулась ближе.
— Ну-ка, выкладывай, подруга, что это с тобой сегодня происходит?
— Ничего особенного.
— Я же вижу: упёрлась пустым взглядом в экран монитора, а у самой губы шевелятся, словно с кем разговариваешь. С тобой всё в порядке?
— Да всё нормально, просто не выходит из головы сегодняшнее происшествие, — призналась Надя. — Нужно на что-нибудь переключиться…
— Прекрасно! — воскликнула Марго. — С этим я тебе могу легко помочь. Переключись на мой проект дизайна нового микрорайона для строительной фирмы. Говорят, заказчик, очень придирчивый, сроки трещат по всем швам, а у меня, как назло, застопорилось…
— Я же пообещала, что через пару дней займусь твоим проектом, вот только со своим разберусь.
— Пока ты будешь пару дней разбираться, твой Бывший меня с работы вышвырнет!
— Ой, Риточка, не будь такой пессимисткой!
— Во-первых, тебе известно, как я не люблю, когда меня кличут Ритой! Рита — чита… фу! ты меня ещё Марусей назови…
— Ладно, не сердись… а хочешь, я поговорю с Митей, чтобы не трогал тебя несколько дней?! Надеюсь, ради меня он тебя пощадит.
— Ты в этом уверена?
Марго с сомнением посмотрела на подругу и криво усмехнулась.
— Впрочем, в любом случае — это не вариант, — отказалась она. — Нет, ни за что! Я не хочу вмешиваться и нарушать идиллию ваших взаимоотношений — это непорядочно! К тому же ты моя лучшая подруга… нет, уж лучше пусть меня выгонят или… я могу сама уйти!
Маргарита решительно тряхнула копной чёрных волос и горделиво задрала подбородок. Схватив подругу за руку, Надя поспешила её успокоить:
— Ну ладно, ладно… не горячись. Помогу я тебе, и никто знать об этом не будет. А ты, вот что… приходи ко мне завтра в гости! Как раз Маша — племянница моя приезжает, наверняка, привезёт настоящее брусничное варенье. Посидим, почаёвничаем…
— Я бы с удовольствием, Наденька, только, как назло, завтра я обещала своей тётке с ремонтом помочь.
— Ты?! — невольно изумилась Надя, бросив быстрый взгляд на холёные пальцы подруги с дорогими накладными ногтями.
— А что в этом удивительного?! — подбоченилась Марго. — Я ведь тоже чья-то племянница! Так что, к моему величайшему сожалению, завтра никак!
— Жаль, — искренне вздохнула Полякова. — Что ж, как-нибудь в следующий раз…
— Обязательно!
Маргарита быстро оглянулась по сторонам и, заговорщически понизив голос, добавила:
— Только своему Мите ничего не говори!
— Договорились…

* * *

Светлана Леонидовна заканчивала кормить малышей, перед тем как отправить их в детскую, и чему-то тихо улыбалась. Да, в принципе, жизнь удалась. Конечно, это были не райские кущи с совершенно безоблачным небом, как мечталось в девичестве, но всё же она была довольна, особенно, глядя на своих детишек. Леночка и Дима, названный так в честь отца, росли смышлёными, весёлыми, и, что самое главное в наше время — здоровыми. И хоть были они проказливыми непоседами и всё норовили куда-то забраться и что-нибудь разобрать на мелкие части, мать в них души не чаяла. Мужа тоже любила искренне, хотя когда они познакомились, то и мысли в голове не держала о том, чтобы выйти за него замуж. Как-то не глянулся он ей поначалу. Но Митя был настойчив, обходителен, ухаживал красиво (это он умел), и Светлана постепенно отошла сердцем, привыкла к тому, что он всегда был рядом и полюбила. А там, как обычно бывает, и детишки подоспели. В свои тридцать лет родила двойняшек она довольно легко и очень этим гордилось. Хорошо развивающийся бизнес пришлось передать в управление мужу, так как даже в мыслях не могла себе представить, что отдаст малышей на попечение какой-нибудь посторонней няне. Но Митя с работой справлялся, рекламное агентство было востребовано, так что всё шло своим чередом.
— Ну что, проказники, поели? — наклонилась она к малышам, принявшимся стучать ложками по опустевшим тарелкам. — Давайте оботрёмся и — марш в игровую, а я пока тут уберу.
С весёлым визгом двойняшки спрыгнули со стульев и наперегонки помчались в игровую, хохоча и что-то весело выкрикивая.
— Вот сорванцы, — добродушно погрозила им вслед мать. — А спасибо кто должен говорить?!
Она убрала с кухонного стола, перемыла посуду и направилась в гардеробную, чтобы навести порядок и там.
Отутюжив несколько Митиных рубашек, Светлана распределила их по плечикам и повесила на платяную штангу. Не удержавшись, скорее по привычке во всём придерживаться порядка, она заботливо огладила ладонями мужнин пиджак, который слегка топорщился и выбивался из общего ряда. Внезапно, ощутив что-то небольшое и твёрдое во внутреннем кармане, она недоумённо замерла, затем, лукаво улыбнувшись (ох, уж это женское любопытство!), запустила руку в карман и вынула маленькую бархатную коробочку в форме сердечка. Осторожно открыв его, Светлана Леонидовна увидела аккуратное золотое колечко, на вершине которого в оправе из золотых паутинок переливался мягкими искорками изумруд. Быстро оглянувшись, словно кто-то мог наблюдать за ней в собственной квартире, она примерила колечко на безымянный палец — оно пришлось впору. Прижав руку с кольцом к груди, Светлана со счастливой улыбкой на губах закружилась по гардеробной. В это время из детской донёсся какой-то грохот — наверное, опять Лена с Митей что-нибудь перевернули. Быстро положив коробочку с кольцом на место, она ещё раз заботливо огладила пиджак и направилась к детям.

* * *

Утро следующего дня принесло новые заботы. Выторговав накануне у начальства выходной, Надежда первым делом занялась пересмотром своих студенческих работ, которые пообещала Алексею для выставки в его галерее. Она придирчиво разглядывала их то поворачивая к свету, то наоборот — затеняя ладонью, вертела и так и этак, затем некоторые с сомнением откладывала в сторону, а другие бережно упаковывала в художественную сумку для акварелей, перекладывая их листами кальки. Совершенно неожиданно перед глазами всплыло видение спасённого незнакомца. На мгновение Надя замерла, но затем усмехнулась и махнула рукой, словно отгоняя видение.
В коридоре раздался звонок.
Глянув в глазок, девушка распахнула дверь.
— Привет, Надюша! — поздоровалась Гарпия и уверенно вошла, не дожидаясь приглашения. — Чего это ты дома сегодня?
В руках она держала две хозяйственных сумки и сразу же направилась в кухню к холодильнику. Открыв его, принялась деловито переправлять содержимое сумок на полки холодильника.
— Так я выходной взяла, — пояснила Надежда.
— А Вера где? — не оборачиваясь, поинтересовалась соседка.
— Мама пошла в парикмахерскую причёску делать… сегодня же Маша приезжает, — ответила Надя, растерянно наблюдая за уверенными действиями дворничихи.
— А… я завтра тоже гостей жду. Вот по этому случаю прикупила на рынке домашнюю колбаску, брынзочку там… грибочки и прочие вкусняшки… что ж мы, хуже других что ли?! А тут, как на грех, холодильник сломался, чтоб ему пусто было! Так что, можно чтобы мои продукты в вашем холодильнике «погостили» до завтра?
— Так вы ж, тётя Галя, их уже все в холодильник и положили, невольно улыбнулась Надежда.
— Ну, это я так, для порядку спросила, — подмигнула ей Гарпия.
Основательно устроившись на табуретку, она сцепила пальцы замком и принялась расспрашивать о племяннице:
— Слышь, Надюша, а Машка-то, небось, вымахала уже ого-го?!
— Конечно. Школу уже закончила.
— Ну, время летит… — вздохнула Гарпия. — Как сказал один древний китаец: «В бесконечности вселенной жизнь человеческая мимолетна, как прыжок скакуна через расщелину…» кажись так.
— Эти слова приписывают древнему философу Чжуан-цзы, — изумилась Надя. — Откуда вы их знаете?!
— Нешто мы книг не читаем, — пренебрежительно отмахнулась Галина Романовна. — У меня их в дворницкой завались! В прошлом году, когда библиотеку районную закрывали, я парочку связок книг, что на макулатуру приготовили, себе забрала — теперь вот почитываю на досуге. А что, нельзя?!
— Да нет, — развела руками Надежда. — Просто не ожидала… очень мало людей знают об этом философе, а что б ещё и процитировать…
— Да чего там, — довольно улыбнулась дворничиха. — Дело не хитрое… к тому же и мысль правильная! Поддерживаю.
— Кого?
— Ну, этого твоего… Джу… Чжу… ох, не могу я их имён запомнить. Из-за этого даже «Речные заводи» не смогла осилить, совсем запуталась с их именами…
— Ну, тётя Галя, вы меня удивили! Вы и до «Речных заводей» добрались?! Это же древняя китайская классика!
— Да ладно. Ты лучше мне про Машу расскажи: сколько ей нынче? Хорошенькая ли и чем заниматься собирается?
— А вы вечером приходите — сами увидите, да и услышите, я думаю. Посидим, почаёвничаем… а мне уж пора бежать.
— Куда это ты так навострилась, вроде ж выходной у тебя сегодня, сама говорила?
— Нужно ещё по пути на вокзал заскочить в художественную галерею и передать эти картины.
— Твои что ли?
— Да. Мои старые работы.
— Я тоже в детстве рисованием увлекалась, — вздохнула Гарпия, вставая. — Даже стены в доме сажей как-то размалевала, за что получила ремнём по полной. С тех пор тяга к искусству у меня чего-то поостыла… ну ладно, пошли, тебе уж, небось, пора бежать.
Подхватив сумку с акварелями, Надя направилась к выходу вслед за соседкой. Уже закрывая дверь на замок, она услышала насмешливый голос дворничихи:
— Наш пострел везде поспел… и как это ты ухитрился в подъезд просочиться, у нас ведь замок кодовый?!
Обернувшись, Надя увидела смущённого юношу с букетом, который стоял чуть ниже на площадке между этажами и неуверенно переминался с ноги на ногу.
— Вот ведь пронырливый какой! — не унималась Гарпия. — Ухажёр неполовозрелый! Я вот сейчас…
Надежда мягко взяла её за плечи и тихонько попросила:
— Тётя Галя, дайте я сама с ним поговорю, пожалуйста…
— Ох, и добрая ты, Надюша, — проворчала дворничиха. — Я б его, паршивца, метлой!..
Решительно махнув рукой, она зашла в свою квартиру и демонстративно хлопнула дверью.
Спустившись на площадку к юноше, девушка взяла его под руку и повела вниз, уговаривая:
— Игорь, я ведь уже неоднократно просила, чтобы ты не приходил и вообще выкинул из головы эти чувственные фантазии.
— Никакие это не фантазии! — горячо возразил юноша. — Я люблю вас! Да! Не смейтесь… я влюбился ещё там, в художественной галерее, когда любовался вашими картинами!
— Вот-вот! Именно картинами… ты придумал для себя, что влюбился, а на самом деле тебе просто нравятся мои картины. Но это совсем другое…
— Нет, я люблю именно Вас! — заупрямился Игорь. — И мне больше никто не нужен!
— Послушай, это просто юношеская увлечённость, поверь… у нас с тобой огромная разница в годах, я почти гожусь тебе в матери…
— Ну и что?! Чувству не прикажешь!
— Глупости. Ты ещё встретишь замечательную девушку своей мечты…
— А я не хочу никого больше встречать! — гордо заявил Игорь. — Потому что… потому…
Юноша сбился и никак не мог подыскать правильные и убедительные, как ему казалось, слова. Так они и вышли из подъезда. Огорчённо покачав головой, Надя села в свой автомобиль и, приспустив окошко, с сочувствием посмотрела на Игоря, растерянно топчущегося около дверцы. Он беспомощно теребил в руках ни в чём не повинный букет, едва не плача.
— А родителям известно о твоём увлечении? И как они, любопытно было бы знать, к нему относятся?
— Это моё личное дело и никого не касается, потому что я уже давно взрослый и вправе всё решать сам! — тотчас упрямо заявил юноша, гордо выпрямляясь.
Надежда лишь огорчённо вздохнула и нажала на педаль газа.
Юноша с тоской беспомощно смотрел ей вслед, а затем с недоумением перевёл взгляд на букет, так и оставшийся в его руках.
— Что, милок, упорхнула твоя жар-птица?! — съехидничала Гарпия, появляясь из подъезда и подходя ближе. — А ты бы…
Что она собиралась сказать, так и осталось загадкой, потому что Игорь быстро ткнул ей в руки букет, а сам опрометью бросился к выходу из двора.
Дворничиха провела его растерянным взглядом, затем посмотрела на цветы, вдохнула их аромат и, зажмурив от удовольствия глаза, прижала букет к груди и неожиданно по-доброму улыбнулась.

Добавить комментарий