Остров неизведанный

1

Две недели прошло с той поры как он вернулся из своей последней, и довольно-таки продолжительной поездки. Да, две недели, две недели… Ну что-же, а здесь совершенно ничего не изменилось, — подумал Александр и прислонившись к краю их смотровой площадки посмотрел вдаль, где примерно почти в километре от их резиденции начиналась гладь океана, имевшая в этот вечер спокойный и немного зеленоватый отсвет. Да, две недели… И эти два письма, от брата и племянника, — и он потрогал свой нагрудный карман, в котором они лежали. Да, они были на месте, да и надо будет обязательно их ещё раз перечитать и сегодня вечером написать им ответы… И он обернулся обратно и осмотрев ещё раз их круглую и совершенно незаметную снизу смотровую площадку обложенную мраморной плиткой постоял, потом решил посмотреть ещё в водостоках, — может быть это чего-нибудь там… Да, верно — и подойдя к одному из них и немного нагнувшись он вытащил из тонкого желоба по которому стекала вниз почти вся собиравшаяся на этой площадке вода, — да, а вот и то что он искал, — и он вытащил из этого водостока довольно плотно закупоривавший этот сток небольшой и довольно плоский камень. Да, а это то что и просил его осмотреть Мастер. Ну что-же, а в остальном эта площадка в совершенном порядке и время уже седьмой час, — пора пожалуй что и возвращаться обратно, — и он посмотрел на гордо возвышающуюся слева их высокую и большую Башню, высоко возвышавшейся над видневшимся гораздо ниже и немного дальше городом и на почти неприметную на этом горном склоне дорожку, соединявшую эту площадку с самой Башней, проходящей примерно около километра по одному из обрывистых склонов этой горной гряды и выводящую прямо на большую и ровную площадку, на которой стояла и сама эта Башня. Да, пора возвращаться, — ведь когда он вернётся, Мастер будет ждать его уже в гостиной, где уже будет накрыт их вечерний стол.
Ну что-же, пора возвращаться, — и он обойдя ещё раз по краю эту площадку и иногда поглядывая вниз, на пологий и примерно 700 — метровый склон, внизу которого уже начиналась ровная, сначала каменистая, а ближе к воде — и песчаная полоска берега, чуть меньше чем в километре переходящая в линию прибоя подошёл к выходу и выбрался прямо на эту террасу, ведущую прямо к их резиденции и пошёл иногда придерживаясь за перила по этой не очень-то широкой и уложенной цветной плиткой тропинке, ведущей вдоль возвышающегося слева горного склона и выводящей прямо на эту широкую площадку перед Башней, и примерно минут через 30 выйдя на неё подошёл к матово поблёскивающей и весьма довольно широкой двери бокового входа, которая очень плавно и очень легко отворилась перед ним. И он ещё раз обернувшись и посмотрев на пройденный маршрут зашёл внутрь и стал подниматься по освещённой мягким зеленоватым светом витой лестнице и поднявшись до уровня 4 этажа (где кстати и находилась их гостиная) он открыл такую-же матово отсвечивающую дверь и вошёл в широкую залу, большую половину которой занимала их гостиная, а дальше к ней примыкали ещё два помещения, — их библиотека и видеозал, и только дверь за ним мягко и плавно закрылась, как он сразу-же услышал голос Мастера, — Проходи и присаживайся, вечерний ланч уже на столе. Ну, и как прошла твоя прогулка, Бэрол?
— Отлично. Да, и наша площадка в самом полном порядке. Да, вот только вытащил один небольшой камень из одного из водостоков, а в остальном — всё в полном порядке.
— Ну что-же, ну что-же, — присаживайся, — и пока Александр усаживался в широкое и мягкое кресло сидящий напротив него Мастер взял один из высоких стаканов, сделал несколько глотков и поставив его обратно продолжил: — Ну что-же, раз всё в порядке, так в порядке, я этому рад. Ну что-же, да и тебе полезны подобные небольшие прогулки, — я знаю, ты их очень любишь. Ну что-же, давай уже приступим и к этому ужину, — а то за то время пока ты поднимался, это мясо успело уже и немного остыть.
— Ну что-же, ну что-же, — давай.
— Да, кстати, а ответ твоим родственникам ты решил наверно написать сегодня-же вечером?
— Да, как только поднимусь к себе.
— Да, а давненько-же ты с ними не виделся.
— Ну, уже 2 года пошло со времени моей последней поездки к ним.
— Ну ладно, — а это уже моя вина, — сначала ты был моим учеником, а теперь уже несколько лет ты уже и мой Первый Помощник и Первый мой Доверенный. А с твоими братом и племянником… А пожалуй, а давай-ка мы сделаем следующее, и ты знаешь, — а давай-ка мы их пригласим к нам на остров, на Новый Год в гости? А, ну как ты на это смотришь?
— Ну, уж раз ты сам это предложил, то уж с моей то стороны какие вообще могут быть возражения!
— Ну что-же, прекрасно, и давай на этот Новый Год ждать твоих гостей в этих стенах.
— Ну, знаешь… Вот за что спасибо так спасибо…
И под вечер, уже поднявшись в свою комнату и немного постояв у приоткрытого окна он подошёл к своему письменному столу, достал два недавно пришедших письма, немного посмотрел на них и вытащив два чистых листа немного подумал, и стал писать ответы, и в каждом из них приглашения уже в скорые гости. Да, вот уж когда они обрадуются, да ведь раньше они знали об этом месте только по его небольшим и довольно-таки осторожным рассказам, и не секрет что тот остров, откуда к ним приезжал в гости их родственник им представлялся далеко не совсем простым, а хранящим какую-то, и может быть и очень большую тайну… В чём они вообще-то и не ошиблись.
И примерно через час с небольшим, уже устроившись в своей кровати и погасив неяркий ночник он закрыл глаза, и минут через пять… И минут через пять он вдруг очень и очень ясно вспомнил небольшой и немного треугольный отрезок из своего ещё самого-самого раннего детства…
Сначала — стол в их старой и большой квартире, за которым сидели и улыбались ещё молодые тогда его отец и мать, маленький ещё тогда его брат возился с чем-то в самом дальнем углу комнаты…
И потом уже и широкая площадь под ярким солнцем, посередине которой стояли он и его немного уже подросший брат, который крепко держался за его руку и иногда подёргивая его за рукав поднимал к нему голову с ясными и немного недоумевающими глазами и уже в который раз спрашивал: — Александр, а где-же наши мать и отец, ведь мы не видели их уже почти две недели… Они сюда за нами придут?
Ну что-же он мог тогда ему на это ответить… — А почему мы здесь стоим, не лучше ли нам вернуться домой?
— Да нет, не лучше, — у нас больше нет дома.
— А как-же наши отец и мать? Они сюда за нами придут?
— Да, да, конечно-же, конечно-же. И он ещё раз посмотрел на часы, — сколько ещё осталось времени до приезда автобуса, на котором они доберутся до Белграда, где по крайней мере они уже будут в безопасности. И он ещё раз посмотрел в ту сторону, откуда должен был появиться автобус…
Но тут всё это воспоминание куда-то улетучилось, свежий ветер из немного приоткрытого окна его комнаты слегка шевелил на письменном столе лежавшие на нём листы и два недавно написанных им письма, и он уже минут пять как крепко спал…

2

На утро проснувшись, немного потянувшись и минуты три ещё понежившись в своей кровати он поднялся, оделся и выйдя из умывальной комнаты подошёл к столу, на котором как всегда здесь было принято уже стоял незаметно принесённый одним из служителей весьма изысканный и тонкий лёгкий завтрак. Он поудобнее подвинул своё кресло и сел поближе к своей утренней трапезе, немного встряхнул головой чтобы прогнать остатки сна и сделал несколько глотков холодного чая, поставил его обратно и несколько минут просто посидел ни о чём не думая, и только после этого принялся за это аккуратно поставленное утреннее угощение.
И уже допивая последний высокий бокал холодного чая он протянул руку, вытащил сигарету и откинувшись в кресле посмотрел на свой письменный стол, на два письма и два ответа к ним, взгляд его на них немного задержался, и вот тут он и вспомнил и своё вечернее сновидение… Да, вспомнил его, немного грустно усмехнулся, глядя на эти письма… Да, Алексей, его брат, которого он тогда, во время распада Югославии на несколько республик оставил под присмотром их тётки в Белграде, а сам погостив у них около трёх месяцев решил всё-таки съездить к своему двоюродному дяде, — может он хоть что-нибудь сможет ему сказать об их отце и матери (а может, и скорее всего они давно уже живут у него, немного вдали от этих беспокойных областей)… Что кстати так и было.
Да, но до тех мест он тогда так просто и не добрался, и встретившийся тогда с ним и чем-то особо приметивший его Мастер просто вырвал тогда его из рук группы не очень-то миролюбиво настроенных и вооружённых людей на самой границе с Косово… Да, всё это было ещё в «той жизни»…
А после этого уже были и этот остров, и эта Башня… Они находились в южной части Тихого океана, на одном из довольно-таки не очень больших и довольно-таки малозаметных островов, так изобильно и часто встречавшихся в этих водах. Да, не очень уж больших. Их остров имел примерно около 70 километров в диаметре, и до небольшой группы ближайших и почти не заселённых островков его отделяло примерно 450 километров.
Но однако на их острове, почти что у самого подножия их Башни располагался и довольно большой, современный и весьма цивилизованный город, а так-же ещё и в глубине острова находилось ещё и 5 поселений, в которых находились небольшие заводы по производству различной мелкой электроники (телевизоры, радиоприёмники, мобильные телефоны и небольшие ПК), а также и некоторые приборы для судовой навигации. И ещё в этих поселениях изготавливались и различные сувениры и поделки из кораллов, различные деревянные статуэтки и изображения различных животных, которые они довольно незаметно переправляли на Тайвань и на Суматру, и которые пользовались там весьма-таки большим спросом.
Александр затушил свою сигарету в большой стеклянной пепельнице, достал другую, прикурил. Да, а в этой башне он живёт уже с 16 лет, с той самой поры как Мастер совершенно случайно встретился с ним, возвращаясь из одной из своих поездок в один из городов Западной Европы, не приметил его, и помог ему выпутаться из одной и весьма неприятной и опасной ситуации, и после немного переговорив с ним отвёз его в совершенно безопасное место, ещё немного с ним побеседовал, и потом уже не раздумывая просто взял с собой, на этот Остров.
Да, и уже 20 лет как он уже живёт в этой Башне… Александр ещё раз затянулся уже почти догоревшей сигаретой, затушил её в пепельнице и откинувшись в кресле посмотрел на приоткрытое окно, а потом на свой стол, на котором лежали письма от его брата и племянника, и немного улыбнулся: да, а племяннику скоро будет уже 11 лет… Он за всё это время 7 раз ездил на свою бывшую родину, и встречался там с матерью и отцом, с братом, а после — и с его женой, и в последние 3 раза и с молодым, но не смотря на его ещё ранние годы очень неглупым, эрудированным и подающим большие надежды племянником. Ну что-же, ну что-же, и вот на Новый Год они снова встретятся, но на этот раз уже на этом острове и в этой Башне… Да, Большое спасибо за это Мастеру, — вход в эту Башню практически всем и для всех просто-напросто строго и категорически был воспрещён…
Александр поднялся, подошёл к окну, и приоткрыв его сразу впустил в комнату свежий морской воздух и минут 15 посмотрел на немного пенящуюся линию прибоя, — да, сейчас ведь прилив. Потом так и оставив окно приоткрытым он подошёл к двери, вышел на площадку с двух сторон которой находились две двери, и подойдя к правой стал потихоньку подниматься на их смотровую Галерею. И поднявшись метров на 25 и открыв высокую блестящую дверь он вошёл в их круговую и полностью застеклённую галерею, ведущую по кругу вокруг всей Башни и частенько заставленную всякими и всевозможными диванами, креслами и журнальными столиками, стоявшими частенько рядом с её высокими (высотой почти во всю стену) и застеклёнными очень прочным и небьющимся стеклом окнами, открывавшими весьма и весьма интересные и живописные виды на остров и на море.
Александр подошёл к одному не очень широкому дивану, стоявшему примерно в 40 метрах от входа и расположившись на нём просидел минут 20, потом поднялся, подошёл к окну и открыв небольшое ветровое окошко и облокотившись об раму глубоко вздохнул и посмотрел на видневшиеся окраины города, потом на широкую и ровную гладь океана, потом ещё раз вздохнул, — морской бриз был очень чистым и свежим…
Да, почти месяц продолжалась его последняя поездка, в которую он отправился по указанию и просьбе Мастера и во время которой он сначала 2 недели пробыл в Вечном Городе перерывая архивы нескольких библиотек и разыскивая некоторые весьма старинные документы, потом его путь лежал в Кёльн, где в одной из библиотек после того как он вручил её Главному Смотрителю запечатанный конверт, в котором лежало письмо от Мастера, то он прочитав его попросил немного подождать, куда-то вышел а когда вернулся то очень вежливо попросил его подняться вместе с ним на 4 этаж и попросив его подождать в зале зашёл в помещение, где хранились разнообразные очень ценные и древние архивы и задержался там около 40 минут, и уже выйдя оттуда вручил ожидавшему его Александру три толстых и плотно запечатанных пакета, и поклонившись вручил ему, — Да, здесь те самые карты и несколько судовых отчётов о проведённых плаваниях, датируемых серединой 16 века. Всё, как он просил. И ещё раз поклонившись он проводил его до выхода.
А после этого у него была поездка уже и в Священные Земли, где он разыскал по адресу, данному ему Мастером одного и очень как ему вначале показалось странного человека. Да, сначала Александр очень долго гадал, — какой-же всё-таки у него может быть возраст, — да, вроде он был из породы таких-же «нестареющих людей», как и Мастер, но всё же… Но всё же во время общения с ним в первые дни он сначала только удивлялся, — вот они только что вместе с ним пили чай в гостиной, он куда-то вышел и когда Александр минут через 40 снова увидел его, то на него смотрел молодой и весёлый человек лет 40… А вечером, там-же в гостиной, когда они садились за стол, перед ним сидел весьма серьёзный человек лет 60 — 65… Да, и ещё было несколько таких-же наблюдений, которые даже его ставили в небольшой тупик.
И только под вечер второго дня, когда он спускался по высокой лестнице своего особняка Александр увидел и узнал такое-же, как и у Мастера серьёзное и совершенно не имеющее возраста загоревшее лицо он наконец-то со вздохом успокоился.
И на вечер этого дня он передал ему письмо для Мастера, а потом развернув на столе карту точно показал те места, которые Мастер просил его посетить.
И он всё сделал так, как и просил его ещё на острове Наставник. Сначала это были несколько камней и мешочек песка с глубины примерно в полтора метра с берегов Иордана, потом несколько таких-же камней и песка с одной из окраин Иерусалима, и уже в самом конце, — небольшая поездка к берегам Мёртвого моря, где он остановился в небольшом городе в 20 километрах от берега, и где он так-же по большой просьбе Мастера отыскал довольно скалистое и чем-то очень достопримечательное местечко примерно в 15 километрах от этого городка и так-же отобрал несколько камней и такой-же мешочек с песком с такой-же глубины.
Ну, уже после этого было и само его возвращение на их остров.

Мастер лично встречал их быстроходный океанский катер на берегу Гавани, и когда они поднялись в Башню, и там он передал всё привезённое Мастеру на губах его заиграла спокойная и лёгкая улыбка, и он ещё раз поблагодарил его за совершённое путешествие, посидел с ним около часа за столом с кофе и вопросами об проведённой поездке и после этого поднялся в свой кабинет, а наш путешественник отправился к себе отсыпаться.
Да, месяц длилось это его путешествие, — ещё раз подумал он, стоя у приоткрытого окна их Галереи, и минут 20 ещё посмотрев на широкую океанскую гладь отошёл от окна, присел на диван и взяв пачку сигарет, лежавшую на журнальном столике закурил и выпустив три больших и ровных дымчатых кольца положил ног на ногу, и поудобнее уселся на диване. Да, месяц, месяц его здесь не было…

3

И вечером, стоя у своего приоткрытого окна и глядя как солнце потихоньку приближается к линии горизонта, а слева уже начали зажигаться вечерние огни в окраинах их города он опять поглядел на этот пейзаж, и в который раз опять подумал: — Да, Мастер, Мастер, сколько же тебе всё-таки лет? Или тысяч лет… Тогда, 15 лет назад на его вопрос об этом он только рассмеялся и рассказал ему что на этот, тогда ещё необитаемый остров он когда-то попросил его высадить моряков одного из фрегатов Испанской флотилии, проплывавшей тогда мимо этих островов в этих водах. И было это в 1724 году. Остров этот был необитаем. И уже потом, в ходе их традиционных вечерних бесед он ему рассказал, что и эта Башня… Что к концу 1880 года эта Башня была уже почти построена и что к 1910 году, когда и внутри, и вокруг этой Башни всё уже было почти как сейчас, то он вместе с не очень-то и большой группой людей, помогавших ему в строительстве Башни и их уже взрослых детей потихоньку начал и подготовку к постройке и самого этого города… Да, и весь этот город, — всё это тоже и детище и творение его рук… А как он смог это сделать, — на самом деле такая-же тайна, как и построение и самой этой Башни…
Да, и в одной из более поздних вечерних бесед, в один из вечеров, когда он снова стал спрашивать его об этой Башне Мастер с небольшим вздохом сначала немного промолчал, но немного подумав и довольно пристально и с небольшой улыбкой посмотрев на него немного улыбнулся и сказал ему, — Ты знаешь… Да, как тебе это лучше сказать… Да, то что я тебе сейчас скажу, — относится и к немного другому миру, и к немного совсем другой жизни, сейчас для всех вас почти не понятной… Но, — я думаю что ты уже провёл вполне достаточно времени на этом острове, и… И пожалуй ты сейчас уже вполне можешь понять и принять и эту информацию, да и всё то, что я сейчас тебе скажу…. Да, всё это было очень и очень давно. Да, ты спрашивал меня об этой Башне… Ну что-же, знаешь, примерно так когда-то, и в очень давние времена выглядели очень многие строения в тех очень древних, и скрытых уже много тысяч лет под океанскими водами странах, в которых когда-то жил и я, и многие и многие такие-же, или почти такие-же как я… Да, а теперь эти земли находятся глубоко под водой, а одна из них — под очень большим и толстым ледниковым слоем. Да, была когда-то и очень большая страна могущественных Атлантов Атлантида, была так же и такая-же земля Гипербореев, и ещё были и не только они, находящиеся сейчас под глубокими водами на океанском дне… А ещё одна страна тех времён сейчас полностью покрыта и скованна большими и суровыми ледниковыми полями. Да, Антарктида, и не так уж и давно, как это принято считать в ваших научных кругах также была когда-то таким-же цивилизованным и очень тёплым материком, где были и большие и отлично развитые города, морской флот, да и далеко не только это… Да, а на совершенно противоположной ей стороне планеты, там где сейчас находится северный полюс, и там также находилась такая-же солнечная и тёплая страна гипербореев, которая… Которая во время последней, и для многих весьма неожиданной смены полюсов на этой планете ушла глубоко под воду, а цветущую и теплолюбивую Антарктиду довольно быстро и неумолимо покрыли эти большие и прочные слои ледников… Да, ты как-то спрашивал меня об этой Башне. Ну что-же, — почти во всех этих странах, и очень часто можно было встретить и такие-же Башни, как и эта, и другие очень на неё похожие и пожалуй для всех вас очень и очень странные построения…
Да, и ещё в ходе их таких-же тихих вечерних бесед он также поведал ему и о том, что ещё задолго до появления стран Атлантов и Гипербореев на территории Тихого океана также была очень большая и очень древняя цивилизация, находившаяся на одном из давно уже не существующих материков, — Пацифида, жители которой так-же как и несколько позже и Гипербореи и Атланты обладали и очень сложными и высокими технологиями, и многими и многими секретами и знаниями, почти совсем неизвестными сейчас этой, нынешней современной цивилизации. Да, эти тайны и знания так и погрузились под воду сначала вместе с Пацифидой, а через какое-то время после неё — и с Гипербореем и Атлантидой, а также и скрылись под километрами ледникового покроя на самом южном континенте этой планеты…
Да, а это было, когда на земле в последний раз сменились полюса холода. Но знаешь, Александр, ты не забывай что ведь всё в вашей истории идёт по кругу, а если немного поточней, — то по спирали, и знаешь, что я хочу тебе сказать… Да, есть и не очень-то приятная для всех, сейчас живущих на этой планете тема из немного обозримого будущего… И Мастер взял со стола их глобус, и сказал: — Хочешь, я покажу тебе где будут находиться в следующий раз эти полюса?
— В следующий раз?
— Да, в следующий раз. И могу тебе ещё сказать, что это будет и не так-то уж и не скоро… И он поднял глобус, и показав на одну точку в северной части Соединённых Штатов сказал: — Вот сюда, на это место сместится Северный полюс… А Южный, — и он перевернул глобус на 180 градусов и показал на точку, соответствующую этой координате.
— Да Бэрол, на самом деле история вашей Земли, — это история смены ряда нескольких, и очень больших и достаточно хорошо развитых цивилизаций. Да, и каждой такой смене предшествовал ряд больших и очень серьёзных катастроф и катаклизмов… Да, и могу тебе ещё только сказать что и об этой, и об предшествовавшей ей смене полюсов и о всех грядущих катастрофах и катаклизмах, и об последующих за ними переменах было известно и очень далёким жителям Пацифиды, а также и довольно многим и из Гипербореев и Атлантов. Да, а когда-же это будет? Знаешь, я надеюсь, что ещё довольно-таки нескоро. Да, если только населяющие сейчас землю люди случайно как-нибудь не убыстрят и не приблизят этот, роковой почти для всех них процесс своими действиями и многими уже вполне имеющимися у них для этого усовершенствованиями и средствами… Ну ладно, — давай уж пожалуй не будем об грустном. — И он поставил глобус обратно на стол, пододвинул к себе блюдо с обжаренным куском мяса и стакан с лёгким холодным напитком, и кивнув своему ученику сказал, — Давай-ка мы пока немного прервёмся, и пожалуй немного перекусим. И Александр также придвинул к себе своё ещё не тронутое блюдо.
— Ну, а насчёт остального, — несколько утешил его Мастер, — ты знаешь, но у нас с тобой впереди ещё будет очень много времени для таких-же тихих вечеров и бесед, так что и ещё кое о чём мы с тобой поговорим, и я тебе и кое о чём ещё расскажу. И он принялся разрезать лежащий на серебряной тарелке кусок мяса.

4

И такие вечера действительно, ещё были. И было их, вообще-то много. И в один из них, в один из таких вечеров Мастер и рассказал ему, что-же такое когда-то, и очень и очень давно было на этой Земле ещё в самом-самом начале. Или, если точнее, — то в самом-самом начале начал… Да и ещё и откуда берёт своё начало и самая древняя из легенд, — легенда об Эдеме…
Это были очень и очень давние времена. Да, Земля тогда имела совершенно другой вид земли и моря, и повсюду стоял практически везде одинаковый тёплый климат, сохраняемый и большим и обильным содержанием влажности в атмосфере и ещё некоторыми подобными факторами, совершенно не пропускающими ни ультра-фиолетовые лучи, ни другие такие-же негативные нейтроны, потихоньку разрушающие атмосферу, которыми вы все сейчас облагодетельствованы просто уже очень обильно… Да, но тогда, в стоявшем повсюду благоприятном и ласкающим климате все живые существа на этой планете достигали очень и очень больших, а по нынешним меркам, — то и просто гигантских размеров. Да, да. Кстати, например историю о динозаврах вы почти все и довольно неплохо знаете… Но, — вот только не всё, нет, далеко не всё… Да, ведь тогда, вместе с этими гигантскими животными на этой планете также жили вместе с ними и первые люди… Да, люди. И эти люди, как и все тогда живущие могли и так-же спокойно достигать и 20, а иногда и 30 метрового роста, и так как все условия, атмосфера и ещё некоторые факторы тогда были просто крайне благоприятны, то эта, первая цивилизация была… Да, ты не удивляйся, но эта первая цивилизация была цивилизацией просто бессмертных людей… Да, я вижу твою реакцию, но всё равно говорю, — действительно, всё так и было, и на земле тогда жили просто бессмертные и мудрые, прекрасно уживавшиеся и гармонирующие со всем тогда их окружающем миром люди. Да, и тогда, в те времена им незачем было даже просто стареть… И не смотри так пожалуйста, — да, это действительно всё так и было. Да, и так продолжалось долго, очень долго, — до первых серьёзных катаклизмов и очень сильных вулканический извержений и встрясок, последствием которых были первые сдвиги, изменения и передвижения материков, передвижения очень больших пластов земной коры, а так-же и все последовавшие за ними сильнейшие извержения вулканов, очень повлиявшие и на всю атмосферу планеты. Да, и в результате большая часть уцелевших тогда людей стала селиться на местах, где сохранились более пригодные для них условия, и большая часть уцелевших тогда людей поселилась тогда на большом материке, находившемся примерно посередине теперешнего Тихого океана, где стояли ещё более благоприятные для них условия, и назвали они эту землю Пацифидой. Да, а спустя довольно большой отрезок времени так-же заселены были и Гиперборей и Атлантида, да а спустя какое-то время после этого и Пацифида, к сожалению точно так-же как довольно позже и они в результате одного из больших катаклизмов и сотрясений погрузилась на дно этого океана…
Да, и об многих этих событиях или об упоминаниях о них можно кое-что найти и в древнейших дошедших до вас книгах, и первые из них, — это конечно-же книги Библии. И кстати, я считаю очень нужным отметить, что в ней записано что с самого Сотворения совершенно все люди жили просто очень-очень долго, и ко временам Великого Потопа, то есть до времён Ноя все люди совершенно спокойно доживали до 900 летнего, а иногда даже и большего возраста, да и ещё и то, что в Библии так-же и очень хорошо рассказано и об живших тогда в те времена людях-великанах.
Да, и кстати и в мифах и преданиях многих народов так-же очень хорошо сохранились и предания и рассказы об многих людях-великанах, чаще всего дошли рассказы об многочисленных великанах-богатырях, — да, это и Библейские Давид и Голиаф, это и многие персонажи и из Европейского фольклора (да тут можно припомнить и легенды и об загадочных Троллях, и даже и Эллинские рассказы о живших когда-то Циклопах, да и сами обитатели Олимпа — это тоже далеко не просто сказочные персонажи), а так-же и многие и многие предания Американских, и чаще всего — Южно-Американских народов об живших когда-то вместе с ними на ихних землях людях-великанах, это и Российские былины об Илье Муромце и Добрыне Никитиче, да и ещё многие и многие персонажи.
Да, это и описанная в книгах Платона история об очень могущественном когда-то народе Атлантов, а также и о той катастрофе, в результате которой Атлантиду поглотили глубокие морские воды…
Ну ладно, вернёмся-ка мы лучше к началу, с которого мы сегодня и начали наш разговор, да, к тем первым людям, которые сначала в результате резкой перемены климата в большинстве перебрались на облюбованные ими земли Пацифиды, а немногим позднее — в Атлантиду и Гиперборею. Да, но что сейчас известно всем вашим людям? Да, об оставшимися такими-же большими животными представителями тех времён, или просто, — об динозаврах, — да рассказами об них уже лет 70 пестрят почти все студенческие и школьные учебники. Да, об них — что угодно, и в какой период примерно жили такие-то и такие, и в какой период им на смену стали приходить уже и такие и такие… Что-же, это даже похвально, но, но… Но вот об том, что в те же времена вместе с ними также жили и люди, — об этом пока нет ни слова. Да, и кстати, ты не зря сейчас так покосился на эту древнейшую из дошедших до вас книгу, — и он слегка протянулся и положил руку на лежавшую с краю стола Библию, — да, а книга-то эта далеко и не совсем простая, — да, это ведь самый древнейший дошедший до ваших времён исторический документ, который как-то, но содержит в себе и как-бы и немного своеобразную и условную, но информацию… Да, но вот пожалуй для многих и многих людей есть небольшая загвоздка в том, что язык, которым написана эта книга — он крайне своеобразен, — он символичен и образен, и в нём очень много довольно часто повторяющихся метафор. Да, и то что дошло до вас, со многими пробелами и искажениями при многократных её переписках различными переписчиками… Да, и такое понятие как время в ней отображено как весьма своеобразная, весьма условная символическая и образная величина, и многие там указанные даты и временные понятия… Но вот довольно точными там сохранились указания и ссылки на многие, и на мой взгляд очень важные вехи, — это и начальная продолжительность жизни, — ведь Ной дожил до 900 — летнего возраста, а так-же и частые рассказы и об людях — великанах, которые когда-то своим поведением и «вызвали на себя», или (и как это более возможно и самих сотворивших тот гигантский катаклизм, обрушившийся на них и описанный как Великий Потоп)… Но — ладно, не будем сейчас лучше трогать того, что написано в этой древнейшей книге, — ведь для очень и очень многих это — один из древнейших и ценнейших документов, дошедший до этих времён, а то что многие переписчики многократно переписывали эти страницы «в меру своего образования и понимания», а так-же и то, что некоторые и кстати немаловажные книги, так-же составлявшие когда-то Библию когда-то были просто утеряны, и не дошли до ваших времён… Но знаешь, — давай мы не будем её трогать, — ведь и в последние времена, да и теперь эта книга, — это «Святое Святых»…
Ну что-же, а что касается теперешних научных теориях и представлениях о появлении жизни на этой планете и об её эволюции, — то ты знаешь, но у кого у кого, а у меня иногда возникает желание просто рассмеяться, смотря какие-нибудь очередные научные труды, — да, всё очень и очень хорошо, — да но вот края — то с краями далеко не всегда сходятся, да, и исходя из того что знаем мы, и что написано во многих этих трудах…
Да, об динозаврах — что угодно, и примерно где и когда жили, и когда и как тогда выглядели, когда и даже от чего вымерли, и какие пришли им на смену, и прочее, прочие… Да, но вот пока что ещё ни одного упоминания о живших также вместе с ними когда-то и людях, — да, и ни о Пацифиде, ни об Атлантах и Гипербореях, — совершенно ничего. Да, были какие-то первобытные люди, неандертальцы, а потом… Нет, если серьёзно, — то всё это просто смешно. Да, и если в некоторых научных кругах и ходят предположения об живших когда-то Гипербореях и Атлантах, — то всё это пока только лишь одни разговоры. Да, и хотя это и немного грустно, но мне иногда, когда я читаю какие-нибудь очередные «научные гипотезы», порою становится просто смешно.
Так и закончили они тогда этот вечер, и поднявшись к себе Александр вспомнив весь их разговор, немного усмехнулся: — Да, Мастер, сколько-же тебе всё-таки лет… Или тысяч лет… И ещё немного посмотрев на вечерний пейзаж он немного прикрыл на ночь окно и пошёл к своей кровати ложиться.

5

Проснувшись утром Бэрол потянулся, минут 15 полежал глядя в немного приоткрытое окно, потом поднялся, накинув халат подошёл к окну и достав сигарету прикурил, положил зажигалку обратно на стол и опять вернулся к приоткрытому окну. И минут 10 посмотрев на ровную, немного зеленоватую равнину океана он вздохнул и сказал: — Да, сегодня 20 лет как я уже живу в этой Башне… Да, 20 лет, — сначала первые полгода он только привыкал к Мастеру, и этому острову. А потом он уже стал и учеником Мастера, да и вот уже 6 лет как он стал его Помощником… Да, в то утро, когда ему исполнилось 30 лет Мастер сам поднялся в его спальню, и сначала поздравил его с днём рождения, а когда они уселись за стол в их гостиной, то тогда он встал, и объявил так-же поднявшемуся «новорожденному»: — Ну что-же, Александр Бэрол, поздравляю тебя с твоим 30 — летием, а так-же и с тем, что с сегодняшнего дня я решил, что хватит тебе уже ходить в моих учениках, и с сегодняшнего дня ты уже будешь моим Помощником. Да, тем человеком, которому я могу и довериться, и давать самые различные, и порою самые неожиданные задания, и который умеет всегда когда надо и придержать язык за зубами. Итак, с сегодняшнего дня…
Да, и вот уже 20 лет… Да, и если Мастер — просто бессмертный, то и он… Да, и он ведь тоже очень многое смог подчерпнуть из той совершенно бесценной, и приоткрытой для него кладези знаний, которые Мастер открыл для него, — и знания эти просто бесценны…
И он ещё раз посмотрел в левую сторону, где примерно в полутора километрах от них начинались и крайние постройки этого Города. Да, их Города, который также как и всё на этом острове имел свою Тайну.
…Да, Город, этот Город… Да, а ведь дело было в том, что город этот был не совсем простым, этот город был творением Мастера… И иногда, на какое-то время он мог совершенно неузнаваемо меняться… Менялись улицы и площади, менялись дома и некоторые архитектурные комплексы, и почти каждый раз — немного по разному, но во всех случаях вместо обыкновенного и совершенно Европейского города, которым был этот город обычно он превращался как-бы в какой-то художественно-архитектурный коллаж, чаще всего носящий настроение и краски Испанских и Латиноамериканских городов во время проведения в них фиест, карнавалов и больших народных праздников и гуляний. Да, в это время в городе менялось просто всё, — меняли свой вид и окраску почти все дома, на площадях и улицах вдруг и совершенно неожиданно появлялись разнообразные скульптуры и скульптурные группы, каждая из которых содержала довольно хорошую порцию совершенно безукоризненного юмора, которым были очень хорошо наделены все эти фантасмагорические и неожиданные «украшения», и точно так-же вместе с ними на улицах и площадях так-же появлялись то тут, то там высокие, и состоящие как-бы из многочисленных пластин такие своеобразные «ёлочки», широкие внизу и сужавшиеся к верху, и в самом верху обычно имеющие какую-нибудь небольшую и смешную скульптурку, или просто цветной и праздничный наконечник. Да, и такие «разнообразные конструкции» также появлялись в самых разнообразных и неожиданных местах, и очень хорошо поддерживали это настроение Латиноамериканского карнавала и праздника, которое в это время витало над всем этим гордом, превращавшимся на это время в большой и пёстро раскрашенный праздничный коллаж.
И Мастер менял расписание этих изменений каждые 20 лет, в один и тот-же день, в первый день лета, и своеобразный «график» всех этих изменений хранился у них в галереи в одной специальной застеклённой нише недалеко от входа.
Да, город, город… И что-же, ведь чуть больше чем через две недели этот Город опять поменяет свой вид… И Александр ещё раз вздохнул и посмотрел ещё раз на город, потом на ровную океанскую поверхность, и ещё раз подумал: — Да, 20 лет как он уже живёт здесь, 20 лет… Ну что-же, и ведь скоро, — через 3 месяца к ним пожалуют и его, и столь долгожданные гости, — да, ведь Мастер разрешил пригласить сюда на Новый год его брата и племянника… Ну что-же, довольно давно он с ними уже не виделся, — в последний раз он был у них гостях 2 года назад.
Ну что-же, — и он сел за свой стол, вытащил ещё одну сигарету и выпустив большой клубок дыма потянулся и ещё раз зевнул, — ну что-же, а это ведь и правда, просто прекрасно. Да, и кстати и Мастер уже скоро будет ждать его в галереи, да и вообще-то надо ещё и слегка позавтракать.
И он загасив свою сигарету и ещё раз потянувшись и оглядев свой утренний завтрак сначала поднял бокал с холодным чаем, сделал два глотка, и только после этого приступил к остальному, стоявшему на его столе.
И через 40 минут, когда он затворил за собой дверь галереи и сделал два шага по направлению к своему обычному небольшому дивану довольно громкий, и немного улыбающийся голос Мастера, раздавшийся сзади и немного левее заставил его остановиться, улыбнуться и повернуться к стоявшему с другой стороны от входа перед большим и празднично накрытым столом Мастеру, который ещё раз кивнул ему и улыбнувшись проговорил: — Ну что-же, Александр Бэрол, поздравляю тебя с 20 годом твоего пребывания на этом острове, и уж пожалуйста, прошу тебя пожаловать к этому накрытому столу. Да, и я очень рад, что шесть лет назад я получил себе в подмогу такого хорошего и надёжного помощника. Ну, что-же мы всё стоим, — давай уж и присядем.
И опустившись в своё кресло наш «юбиляр» просто не смог немного не улыбнуться, и благодарно кивнув также усевшемуся напротив Мастеру сказать: — Да, Мастер, большое спасибо за эту заботу, за этот стол, и за то, что всё было уже заранее подготовлено…
— Не стоит, Бэрол, не стоит. Ведь этот остров за эти годы уже стал и твоим домом, а твоя помощь в некоторых делах, а особенно во всевозможных поездках для меня просто очень и очень существенна.
— Ну что вы, я же…
— Не стоит, Бэрол, не стоит. Ведь сегодня-же — юбилей твоего появления на этом острове, да, сегодня исполнилось уже 20 лет. Да, и все эти 20 лет ты всё время был рядом со мной. И ты меня извини, но хоть такое понятие как «скука» для меня, да и для тех очень немногих, доживших так-же вместе со мной до ваших дней просто непонятно, — для нас её просто не существует, и если она иногда и как-то присутствует, — то только как понятие о каком-то пространстве времени, которое или не полностью, или не до конца было чем-то заполнено, да, но не смотря на это… Да, но не смотря на это твоё присутствие рядом со мной всё-таки очень и очень существенно скрасило все эти мои последние годы, да, это присутствие ещё кого-то, за кого ты несёшь ответственность, а в нашем случае, — ещё и очень большую ответственность, это и то, что выйдя утром на эту галерею или на террасу я каждый раз встречал там тебя, и каждый день это были и разнообразные вопросы, походы и беседы, да, и за всё это время я пожалуй вполне достаточно смог приоткрыть перед тобой эту дверь, совершенно неприступную для всех прочих смертных, и дал тебе возможность и самому её частенько приоткрывать, и заглядывать внутрь, — да, ту самую дверь, которая сейчас так прочно отделяет нас от всех прочих, живущих на этой планете.
Да, Александр Бэрол и тебя это уже тоже касается, — ведь ты уже 10 с лишним лет как причислен мною к тем таинствам и знаниям, которые ставят тебя в ту область бытия, которая когда-то и очень давно была доступна только нам, и это уже давно и очень существенно переменило как кое-что и в твоей природе, так и в твоём представлении об этом мире, да и не только об нём одном…
Да, это и наши тихие беседы за столом в нашей гостиной, во время которых я постепенно и периодически раскрывал перед тобой многие и многие загадки и страницы из той Большой Книги Знаний, ключи к которой были всеми вами когда-то просто утеряны, да, эти тихие вечера и наши беседы, когда ты испытывал радость познанья и познаний, а я уже готовил для себя Помощника, да, и такого, на которого можно будет и положиться в не очень-то и лёгкие часы, и которому можно будет и доверить и ту часть моих дел и забот, которые я никому кроме него доверить бы просто не смог… Да, и не секрет и то, что оба мы друг к другу за всё это время и очень привыкли, и ты… Извини, но я не стесняясь уже могу сказать то, что ты за это время уже стал как-бы и моим сыном, а я для тебя, — твоим вторым отцом… И всё это время, проведённое вместе с тобой, и то что ты теперь ведь точно так-же как и я — совсем не простой человек, и ты… И ты теперь так-же и наследник очень и очень больших знаний и способностей, которые я тебе передал… Да, это и то, что шесть лет назад ты уже стал моим Помощником, и то что за это время у меня к тебе не было просто ни одного замечания, ни одной претензии…
Итак, Александр Бэрол, — я торжественно поздравляю тебя с твоим 20 летним юбилеем пребывания на этом, и не совсем обычном острове, — и Мастер взял со стола высокий бокал с очень прохладным и очень чистым напитком, Александр поднял точно такой-же, стоявший рядом с ним и протянув их друг другу и слегка чокнувшись они сделали по несколько глотков этого прохладного и тоже не совсем простого питья, после чего поставив бокалы на заставленный всевозможным изобилием, достойного самой высшей пробы стол они минуту промолчали и первым прервал это молчание Мастер, — Ну что-же, а теперь давай пожалуй потихоньку приступим и попробуем, чем это таким особым и вкусным решили нас сегодня поздравить служители нашей кухни. И посмотрев на сидящего напротив него Помощника придвинул к себе тарелку с куском большого и аппетитного мяса сказал: — Ну что-же, я предлагаю начать нашу трапезу с этого, а уже после…
Да, а после этого их ждал ещё целый стол, заставленный всякими и всяческими, и самыми отборнейшими деликатесами, и через 3 часа когда они наконец-то управились со всеми угощениями, и трое одетых в серебристые одежды служителя очень быстро и очень ловко очистили стол, оставив на нём только то, что было ими ещё не тронуто и поставив на свободное место большой поднос с разнообразными напитками и чистыми пепельницами они так-же слегка поклонившись удалились в одну из открывшихся в блестящей на солнце стене галереи и вроде-бы совершенно незаметных дверей, и оставив их за продолжением лёгкой и непринуждённой беседы, которая завязалась у них минут за 20 до их прихода, и Мастер отпив несколько глотков из своего бокала и опять немного кивнув стряхнувшему пепел со своей сигареты Помощнику ещё раз улыбнулся и продолжил: — Да, а в третьем пакете, который ты привёз сюда чуть больше 2 недель назад, как я тебе уже тогда и говорил, находилась весьма точная и подробная карта самого Южного материка, Антарктиды. Да, и такая, каким он был до той поры, пока… Пока его не покрыли эти толстые и довольно внезапные ледяные пласты и поля… Да, кстати сегодня вечером можно будет взглянуть на неё, да я предполагаю что тебе и самому будет весьма таки не без интересно посмотреть на неё, — и на расположение всех этих древних городов, на сети дорог, соединявших их, и на очень когда-то живописные и многочисленные реки и озёра, которые когда-то в изобилии покрывали эти южные земли… Да, но это лучше часа через 2, когда мы переберёмся уже в нашу гостиную. Да, а пока, ты знаешь… Да, вот это питьё, которое сейчас нам принесли, — я тебе очень рекомендую вон те два бокала, да, с твоей стороны, — да, да, вон те, так ты знаешь, это питьё, — это небольшой сюрприз. Ты знаешь, я к сегодняшнему дню…
Ну что-же, и питьё это было и правда весьма превосходным, и время пробегало в этот день весьма и весьма незаметно и легко, сопровождаясь неспешными диалогами, некоторыми и довольно-таки забавными воспоминаниями и шутками, и когда в начале шестого они вышли на ту площадку на которой находилась их широкая и просторная гостиная (остальные две комнаты, занимавшие довольно-таки немаленькое помещение этой залы, и находящиеся совершенно рядом с самой гостиной представляли из себя первая — очень хорошо подобранную, и очень тонко и изысканно составленную библиотеку, в которой хранились такие книжные, картографические и документальные редкости, аналогов которым во всех других книгохранилищах можно было даже и не пробовать искать, а что касается третей залы, — то её занимал очень просторный удобный видеозал, в котором можно было посмотреть любые, самые редкие и самые уникальные и разнообразные видеозаписи).
И войдя в гостиную и взяв у с поклоном подошедшего служителя с подноса по чашке кофе они опустились в свои кресла, а второй такой-же служитель вошедший следом поставил на стол большой и широкий поднос с полным чайным и кофейным набором, и точно также поклонившись сидящим исчез за дверью.
И выпив сначала по чашке кофе они сначала минут пять посидели молча и Александр приподнялся, прикурил одну из своих любимых сигарет и пододвинул к себе пепельницу, и когда он уже пуская довольно приличные табачные кольца поставил так и стоявшую на широкой ручке кресла тонкую кофейную чашку на стол, сидевший напротив него Мастер немного зевнув и немного потянувшись сказал, указывая на остальные кофейные и чайные сервизы, — Ну что-же, а может продолжим?
— А это пожалуй, пожалуй.
— Ну что, ещё по кофе?
— Конечно.
И налив себе ещё по чашке очень тонкого и мелкого кофе они откинулись в своих креслах, и молодой юбиляр закурив ещё одну сигарету и сделав два небольших глотка поставил чашку, и выпустив густой клубок дыма посмотрел на сидящего напротив него Наставника ещё раз затянулся сигаретой, и тут то как раз и припомнив один из эпизодов их ещё дневного разговора немного улыбнулся, и сказал:
— Да, а кстати, ты ведь обещал что когда мы поднимемся в гостиную, то тогда пожалуй можно будет пройтись и до нашей библиотеки, и посмотреть там более подробно и с твоими комментариями также и несколько интересных записей и карт, и кстати и те последние судовые дневники, которые я привёз недавно, а так-же и ту карту, на которой изображён наш самый южный материк, но только ещё в его цветущем и цивилизованном виде, ещё до постигшей его катастрофы…
— Ну что-же, если ты это вспомнил, — то пошли, пошли. Пойдём, и заглянем в наш соседний кабинет. Да и кстати я бы посоветовал начать прямо сразу-же с этой уникальной карты, — говорю тебе сразу, там очень хорошо и отчётливо указаны все города и все бывшие там поселения, очень отчётливо проведены все границы, на которые была разделена эта земля, да и ещё кое-что об этих землях я смогу вообще-то рассказать тебе и сам, — ответил ему Мастер. — Ну что-же, идём?
— Конечно, конечно!
И они поднялись, и пошли к выходу из их гостиной.
— Да кстати, и ещё, — сказал уже подходя к выходу и оборачиваясь к своему Помощнику Мастер, — да, и ещё одно замечание, — эта карта сохранилась просто очень уникально для своего возраста и на ней очень отчётливо видна вся рельефная разметка, так что там можно без труда разглядеть и все горные хребты, плоскогорья, и бывшие когда-то там широкие долины больших рек. Но — впрочем пойдём, посмотришь лучше на это уже сам.
И действительно, когда они развернули эту карту, отпечатанную на широком полотне из тонкой и мягкой ткани, очень напоминавшей шёлк, Мастер немного отодвинувшись дал осмотреть её своему Помощнику. — Да, что тут прибавить, — чёткость и ясность линий, просто на удивление сохранившаяся яркость и ясность красок, на которых были изображены все возвышения и низины, все горные хребты и долины рек…
— Да, а сейчас из всего этого вашими современниками более и менее исследованы пока только пожалуй вот эти горные хребты, — и он показал на выходящую на берег часть большого горного хребта, — да и известны они сейчас у вас под названием… Да, Земли Королевы Мод, — да, точно. Да, и ещё пожалуй… Да, и ещё пожалуй и одно, и достойное должного уважения открытие, которое было сделано в 70 годы 20 столетия, — да это то, что группе Российских и Американских учёных удалось нащупать и вот это озеро, — и он показал почти на середину карты, — но пока они смогли пробурить только одну скважину в полуторакилометровой ледяной поверхности, скрывающей сейчас это озеро. Да, пока они пробурили только одну скважину, и убедились что вода в этом озере и достаточно тёплая и очень чистая, что озеро это, как ты видишь, — довольно большое да и ещё и то, что в этом озере до сих пор сохранились различные формы жизни, что собственно и ставит их в довольно-таки приличное затруднение… Да ну что-же, а мы над этим сейчас пожалуй можем только улыбнуться. Ну что-же, ладно, а пока — давай-ка лучше мы посмотрим дальше. Вот, смотри-ка, вот тут, и вот тут… И они оба низко склонились над этой расстеленной картой.
И когда они вышли из библиотеки и снова сели на свои места в гостиной, часы показывали где-то около девяти часов.
— Ну что-же, а мы сегодня пожалуй немного припозднились, — сказал обращаясь к своему молодому Помощнику Мастер. — Но всё же сегодня ведь исполнилось 20 лет твоего пребывания на этом острове, и я надеюсь что скучать тебе сегодня не пришлось. Да кстати, и мне тоже.
— Да, Мастер, большое тебе спасибо за сегодняшний день.
— Не стоит, — ведь 20 лет, — это для тебя не так уж и мало, и к тому-же за это время ты стал и моим Помощником, и доверенным лицом, и если мне иногда бывает нужна какая-нибудь помощь или мне бывает нужно к кому-то обратиться, то тогда… То тогда ведь конечно, я зову тебя. И большое спасибо за то, что когда-то, когда я предоставил перед тобой возможный выбор всех твоих дальнейших действий, то ты тогда решил всё-таки остаться со мной на этом острове.
— Ну что вы, Мастер, стоит ли…
— Да нет, и ведь сегодня твоя дата, и тогда, 11 лет назад, когда ты был вправе делать свой выбор, ты всё-таки остался.
— И ни капли об этом не сожалею.
— Ну что-же, и я тоже. Итак, с двадцатилетием тебя.
— Но… Вообще-то, Мастер, и вам также от меня такое-же спасибо. Ведь все эти 20 лет прошли под вашим чутким руководством и присмотром, и всего того, что я от вас узнал, и… И все те грани, которые стали мне теперь возможны… От вас, и из ваших Книг Мудрости, которые благодаря вам мне стали открыты… Так что извините меня, Мастер, но сегодня ведь не только мой, но и в полной мере и ваш день…
— Ну что-же, благодарю тебя, но ты был достойным моим учеником. Ну что-же, спасибо и тебе на добром слове, но поверь мне что сегодня я старался для тебя, и поверь мне… Да, хотя, — какие-же у нас друг от друга могут быть тайны. Так что, — давай-ка лучше… Ну что, ещё по чашке чая?
— Да, пожалуй.
И закончили они этот вечер, и разошлись по своим комнатам только где-то около половины 12.

6

Проснувшись на утро 2 дня после немного нами описанного небольшого юбилея Александр как всегда немного понежился в своей кровати, потом потянулся и приподнявшись осмотрел свою комнату с уже накрытым утренним столом и накинув халат пошёл в умывалку, выйдя из неё и остановившись перед столом с утренним завтраком немного посмотрел на него, потом на всё так-же немного приоткрытое окно и немного озадаченно припомнил: — Да, а ведь сегодня Мастер просил уже с утра зайти к прямо к нему в гостиную… Да, и зайти по одному и очень интересному вопросу. Ну что-же…
И он сел за свой стол и быстро позавтракав поднялся, оделся в нормальную одежду и снова подойдя к столу и вытащив сигарету прикурил и подошёл к окну. Да, а вопрос, по которому ожидал его сегодня Мастер был и правда интересный.
И через сорок минут зайдя в гостиную и кивнув как обычно сидевшему там Наставнику он подошёл к столу, сел на своё место и взяв одну из чашек кофе немного подул, чтобы несколько остудить его, и после этого сделав несколько глотков всё равно поставил чашку обратно на стол, — пусть немного остынет, и облокотившись об ручки кресла откинулся к спинке и немного вопросительно посмотрел на сидевшего пока молча Мастера.
Мастер молча кивнул ему, также взял со стола такую-же чашку с кофе, и немного отпив посмотрел на своего Помощника, и поставив её на стол наконец-то сказал:
— Ну что-же, с добрым утром, с добрым утром.
— И вас точно с тем-же.
— Да, а что касается нашей вчерашней беседы… Да, я вчера немного подумал и решил поговорить с тобой об этом, и лучше с утра. Да, дело в этой предстоящей нам поездки на наш второй остров, на нашу вторую, запасную Базу. Да, я хочу ещё немного побродить по этому острову, по тем пещерам с подземными озёрами, которые мы с тобой решили оставить нетронутыми. Да, и естественно конечно-же и посмотреть на уже готовые подземные помещения, и на те, которые пока ещё только подготовлены. Да уж, что что, а не отдать дань должного тем группам наших людей которые заняты проведением этих подземных работ просто нельзя. Ведь уже большая половина этих наших подземных помещений уже готова полностью, а остальные постройки будут закончены уже примерно через полтора года. Да, обязательно надо будет сделать существенные прибавки и для них, и для всех их семей. Да, как ты помнишь, когда мы в последний раз были на этом острове, то есть 7 месяцев назад — тогда готовы были только 4 первые помещения. Сейчас-же — уже 26, а остальные 24 подземных комнаты ждут своей очереди, и всё должно быть уже завершено примерно через полтора года.
Так что когда мы туда приедем, то мы эти места просто не узнаем. Вот почему я и хочу немного побродить по этому острову, и по той сети пещер, гротов и подземных озёр и переходов между ними, которые мы решили не трогать, — ведь этот остров просто уникален, и как ты прекрасно помнишь, когда мы приплыли туда и убедились что он практически весь состоит из большой системы подземных пещер, соединённых друг с другом многочисленными проходами, то мы сразу же решили отметить его как основной для постройки нашей второй, запасной Базы, которая почти вся будет находиться под землёй, что кстати и избавит нас и от непрошенных гостей, и останется так-же в полной тайне… Ну что-же, я предполагаю отправиться туда уже через неделю. Ты, я надеюсь, не против?
— ?
— Да, ну вот и прекрасно. Итак, через неделю. Ну что-же, а пока… И он допил остатки своего кофе, и кивнув своему соседу сказал, — Да, кстати, а кофе уже совсем остыл. И его Помощник кивнул и также допил свои остатки кофе.
— Ну, а что касается этой недели… Ты, я надеюсь помнишь, что через 2 дня тебя будет ждать в городе один из наших бывших старых смотрителей, — как его… Да, Алби, и у него к тебе есть пожалуй небольшой ряд вопросов, и я надеюсь что со всеми ими ты легко справишься, — в принципе ничего такого особо серьёзного там не будет, и через 2 дня сходи в город и проведай нашего старого и верного служителя.
— Обязательно.
— Ну что, ещё по кофе?
— Да, пожалуй можно.
И Мастер нажал на совершенно незаметную кнопку в ручке своего кресла, и через минуту в гостиную вошли двое также немного по-восточному одетых в серебристые одежды служителей, убрали со стола пустые чашки и поставили на стол с широкого подноса чашки с кофе, кофейник и несколько бокалов с традиционными и привычными холодными напитками, и также молча удалились.
— Да, итак через неделю утром нас будет уже ждать наш катер, да и задержимся мы на этом острове недели на две, — пожалуй этого времени будет вполне достаточно чтобы посмотреть и на готовые уже помещения, и просто побродить по остальным пещерным сводам и лабиринтам, а также и по самому острову.
Да, и ещё я хотел бы подняться и на эту километровую гору посередине острова — вид оттуда, как ты помнишь очень живописен и красочен. Да, это наша будущая База… И кто знает, может быть через полтора — два десятка лет нам уже и предстоит и полностью перебираться туда… Да, эта Башня очень неплохая, и я её очень люблю, но то что твориться сейчас… Да, сколько ещё лет она будет всё так-же оставаться незаметной и невидимой для всех других… Да, и для всех других, и для каких-нибудь гостей и туристов… Ну что-же, а тебе через 2 дня надо будет сходить в город и проведать там нашего Алби. Да, я думаю что со всем что ты там встретишь ты разберёшься даже за несколько часов. Да, итак… Что, ещё по чаю? Да, пожалуй, пожалуй. Да, и ещё, — ты знаешь…

7

И через два дня Александр уже спускался по довольно узкой и извилистой, и также уложенной цветной плиткой дорожке, ведущей к большому и залитому утренним солнцем Городу. Дорожка эта также проходила с боку большого горного массива, на одном из выступов которого возвышалась их Башня и наклонно изгибаясь и понижаясь в самом её конце доходила до высоты около 20 метров, после чего переходила уже в плавно спускавшийся каменистый склон, которых поблизости было весьма немало, так что оказавшемуся поблизости какому-нибудь случайному и праздному гуляке было бы просто очень трудно даже догадаться об её существовании. Ну, а если бы такое вдруг случайно и случилось, то и тогда бы он не смог бы пройти по ней дальше 2 -3 метров, — чужих здесь не пускали, и как и у многого на этом острове, и у этой дорожки тоже был свой секрет.
Город начинался примерно в 500 метрах от этого спуска, и на его окраинах уже вовсю мелькали и высокие и разноцветные крыши автобусов, и довольно здесь частые и вполне привычные простые авто.
Уже спустившись с этого склона, и пройдя примерно половину расстояния между этим спуском и первыми, стоявшими уже невдалеке 14 и 16 этажными зданиями этой окраины, почти сразу-же за которыми на довольно широкой площади находилась и вполне ему знакомая стоянка такси он ещё раз припомнил: — Да, Алби… Он 35 лет проработал одним из старших смотрителей в их Башне, и через 20 дней ему должно уже исполниться 60 лет… Да, и его просьба, — это вопрос о его сыне и его жене. Да, и его сыну кстати может потребоваться и кое-какая лечебная помощь. Да, сын Алби получил какую-то небольшую травму, какое-то растяжение и вывих суставов, и Алби очень просил… Да, ну что-же, это в моих силах. Да, а с женой у него просто случилась какая-то размолвка, и Алби не смог самостоятельно урегулировать этот вопрос… Да, и что там ещё? А да, ещё и вопрос об его внуке, — парнишке уже исполнилось 18 лет, и Алби очень хочет чтобы он так-же как и его дед пошёл бы в служители их башни. Да, то есть, — и тут Александр немного споткнулся об один из небольших и вроде бы почти плоских камней, — да, то есть Алби просто хочет чтобы его внук пошёл по стопам своего деда… Ну что-же, это мы можем. Да, и что там ещё… Да, это вроде почти всё, — остальное просто небольшие мелочи. Ну ладно, что же, посмотрим на Алби, — он ушёл из башни 5 лет назад, — да, как он там сейчас живёт, а заодно и взглянем и на его внука…
Так, ну вот и первая высотка, за ней — вторая, почти такая-же, а уже сразу за ней, — и прямой проход прямо на площадь… Да, знакомые места…
Да, и такси ему искать просто не пришлось, — только выйдя на площадь он сразу-же увидел группку стоявших в ожидании машин с жёлтыми шашечками наверху. И подойдя к одной из них и назвав нужный адрес он кивнул водителю, открыл дверцу и сел на соседнее кресло.
Шофёр закурил сигарету, очень плавно вырулил к выезду с этой площади и меньше чем через минуту они уже ехали по большой и широкой, обсаженной по краям пальмами улице, ведущей к центру города. И минут через 25, притормозив около 16 этажного и весьма широкого здания он сказал:
— А вот и ваш дом.
— Да, спасибо, сколько я вам должен? И вытащив три банкноты из своего бокового кармана он отошёл к середине широкого тротуара, ещё раз посмотрел на записанный адрес, и оглядев это здание направился к 3 парадной.
Слегка кивнув сидевшему внизу смотрителю он подошёл к площадке лифта, нажал на кнопку и когда блестящие двери перед ним растворились, зашёл внутрь. Поднявшись на 3 этаж и немного осмотревшись на площадке он подошёл к нужной двери, чуть-чуть подумал и позвонил.
Дверь ему открыли сразу, — высокий, крепко сложенный молодой человек в спортивном костюме (это был внук Алби), который низко ему поклонившись показал где находится комната, в которой его уже ждали, и войдя и кивнув поднявшемуся при его входе довольно высокому и крепкому темнокожему и с украшенной небольшими пробелками седины головой человеку, который в ответ на его кивок низко склонил голову и указывая столь долгожданному и уже довольно хорошо знакомому ему гостю на стоящее рядом с его диваном свободное кресло немного волнуясь проговорил: — А вот наконец-то и вы! Проходите, проходите, присаживайтесь, Альберт сейчас принесёт нам чего-нибудь попить, да, эй, Альберт!
— Сейчас, сейчас, уже несу, — послышался молодой и высокий голос того самого молодого человека, который уже где-то через минуту вошёл в комнату, неся перед собой поднос с чашками кофе, горячим чайником, вторым заварочным чайником поменьше и чашками для чая, а также и с несколькими уже знакомыми нам высокими бокалами с традиционным холодным питьём.
— Да, а это мой внук, Альберт.
— Очень приятно, но я вообще-то уже успел об этом догадаться. И обернувшись к стоявшему «на вытяжку» молодому человеку он мягко сказал:
— Да, а меня ты можешь называть и в возможных наших дальнейших встречах просто, — Александр. Молодой человек немного покраснел, посмотрел на своего деда и спросив, не нужен ли он будет больше, и услышав что пока ещё нет опять поклонился сидящим и вышел из комнаты.
Когда дверь за молодым человеком закрылась, Алби несколько сокрушённо вздохнул, и немного робко посмотрев на сидящего рядом с ним гостя немного помолчал, и попытался начать.
— Да, я очень сильно извиняюсь, что мне пришлось вас потревожить, но вопросы…
— Ну уж ладно, что это за вопросы, — это нам в общем уже известно. Да, это травма твоего сына, и какие-то вопросы между ним и его женой, и ещё один вопрос насчёт дальнейшего будущего твоего внука, — Альберта, так кажется?
— Да, да.
— Ну что-же, и где сейчас твой сын?
— В задней комнате.
— Ну уж пошли, проводишь меня к нему, я хочу посмотреть его повреждения а заодно и немного побеседовать с ним.
— О да, пожалуйста, пожалуйста, прошу за мной, прошу, — небольшой скороговоркой проговорил Алби, вставая и подходя к выходу из комнаты, — да, нам сюда, сюда.
И пройдя через небольшой коридор они подошли к последней двери, и Алби растворил её перед гостем, и войдя они увидели лежавшего на широком диване, немного приподнявшись на подложенных ему под спину и под голову подушках довольно молодого человека лет 40 с небольшим, на левом бедре которого была наложена забинтованная шина, и за его спиной по линии поясницы также было приложено что-то вроде широкого пояса, застёгивавшегося на животе.
Александр знаком попросил Алби ничего не говорить и не рассказывать, и подойдя и немного склонившись над ожидающе-испугано, и с небольшой надеждой смотревшего на него больного минуты 3 помолчал, осматривая эти перевязи, потом протянул свои руки, подержал их около 2 минут над приблизительными местами повреждений, потом опустив их присел на край дивана и спросил: — Как и когда это произошло?
— 5 дней назад, когда мы уже собирались уходить с работы, подъехала внеурочная машина с каким-то особенным грузом, и мы стараясь побыстрее её разгрузить конечно-же спешили. Да, и я принял один из этих тюков с грузом, отступил назад, оступился и…
— Какого веса был этот груз, который вы разгружали?
— Это были запакованные в полиэтилен рулоны весом где-то около 40 с чем-то килограмм…
— Да, надо будет сделать выговор тем, кто у вас тогда работал, — больше 40 килограмм, — это вообще-то многовато. Ну ладно, итак у тебя это бедро и поясница?
— Да, и немного поближе к колену тоже.
— Так, теперь подожди и полежи минут 10 молча. Ты понял, — что бы ты не чувствовал, — молчи. И отвечай только на мои вопросы, — «да», или «нет».
— Всё, я молчу, — ответил больной, а Александр снял свою куртку, засучил рукава рубашки, немного поводил своими ладонями и протянул свои руки над молча и немного удивлённо смотревшего на него больным.
И через 10 минут, опустив наконец-то руки и присев на стуле Александр вздохнул, немного промолчал, потом поднялся и спросил у лежавшего: — Ну, как самочувствие?
— Вы знаете… Вы знаете… Не…
— Так, кажется всё понятно. И он протянул руку, и легонько похлопал его по бедру, и спросил:
— Так болит?
— Нет.
— А вот так? — И он похлопал его по ноге посильнее.
— И так нет.
— Так, а теперь постарайся-ка подняться и сесть.
— То есть…
— Да не то есть, а просто поднимайся, да, да, вот так, и садись.
Но больной (или точнее, — уже бывший больной) уже приподнялся, и немного недоумённо оглядывая всё вокруг уже усаживался на своём диване.
— Ну вот и всё, а эти повязки и пояс ты совершенно спокойно можешь уже снимать, — тебе они больше не понадобятся. Да кстати, можешь потрогать свою ногу, можешь даже и похлопать по ней, — разрешаю. Да, и когда тебя разбинтуют и снимут всё это уже не нужное, то можешь уже спокойно и ходить, и прыгать. Да, хотя пожалуй прыгать ты пока что подожди, — для начала ты три дня перед сном попринимай эти таблетки, которые я сейчас тебе оставлю, — и он вытащил из кармана своей куртки небольшую коробочку с несколькими пилюлями, — да, а после этого ты уже сможешь и прыгать, и бегать сколько тебе вздумается.
— Спа… Спас… Спасибо…
— Да уж не за что, а лучше уж ты потихоньку расскажи нам, что там такое случилось у тебя с твоей женой. Да, и вообще-то можешь пока расстегнуть и снять то, что у тебя прикреплено к пояснице и что тебе уже явно не пригодится.
— Да? Вот спасибо. Да, а началось всё это 4 месяца назад, когда у меня начались сначала небольшие, но после всё более и более серьёзные затруднения и трения в моём конструкторском бюро, где я работал старшим консультантом по вопросам…
— Так, подожди, но разве в конструкторских бюро работают грузчиками?
— Да нет, конечно. Просто из-за этих недоразумений, которых становилось всё больше и больше мне всё-таки пришлось уволиться из этого бюро…
— Подожди, подожди, — а сколько ты там проработал?
— 20 лет.
— А из-за чего были эти трудности?
— Из-за нового начальника нашего бюро, и из-за…
— И из-за того, что он поглядывал на твою жену?
— Ну… Ну в общем — да…
— Извините нас пожалуйста, но это уже можно рассматривать и как непорядки на Острове… Хотя и небольшие, — но непорядки. Так что извини, но через неделю ты уже можешь возвращаться к своей работе в своём бюро. Да, а об новом начальнике мы позаботимся. Да, Алби за этим пронаблюдает, а потом пришлёт нам в Башню небольшой отчёт об этом инциденте. Да, а заодно и о том, что это была за машина с таким тяжёлым грузом. Ты понял, Алби?
— Всё в точности.
— Ну что-же, дорогу к Башне ты знаешь, и тебя она пропускает. Да, а что касается твоей избранницы… Ты уж извини, но жди её прихода и возвращения с извинениями уже завтра днём или вечером. Алби за этим тоже пронаблюдает.
— Слушаюсь.
— Ну, я надеюсь что в этом вопросе возражений не имеется?
— Спасибо вам, никаких.
— Ну что-же, мира вам тогда и счастья.
— Спасибо, а…
— Да, а что касается твоего внука, Алби… Знаешь, — давай мы лучше сначала выйдем отсюда, да и пока ваш сын опять привыкает сидеть и ходить пройдём в твои покои, и обговорим-ка этот, и довольно немаловажный для вас вопрос. Да, и присутствие, и возможное согласие твоего внука нам тоже вообще-то понадобятся.
— Да что вы, что вы, — конечно, пойдёмте, пойдёмте, — говорил, уже закрывая дверь задней комнаты верный служитель, — Да что вы, да, прямо, прямо, как мы и шли, да что вы, помилуйте, ведь это-же для нас…
И уже усевшись в те же кресла и взяв по бокалу с прохладным питьём они немного помолчали, и первым прервал это молчание Александр.
— Ну как ты думаешь, твой внук сможет это? Ты за него ручаешься? Ведь ты же прекрасно всё знаешь, и… Как по твоему, сможет ли он в будущем заменить тебя?
— Извините… Но если бы я этого не знал и не был бы в нём уверен, я бы вас ни за что об этом бы не попросил… Но, — я прошу.
— Ну что-же, ну что-же, твоя просьба услышана. И сделав ещё три глотка и поставив стакан на стол он немного помолчал, потом немного вздохнул и сказал:
— Ну что-же, тогда следует пригласить сюда и твоего внука, и выслушать, будет ли согласен он…
— Сейчас, сейчас… Альберт, Альберт!
И дверь почти сразу же открылась, и в комнату зашёл Альберт, и на его лице без особого труда можно было прочитать довольно большие и отчётливые ноты волнения. Александр молча жестом пригласил его подойти поближе, и когда взволнованный юноша остановился около журнального столика он немного выждал, и осторожно спросил его:
— Альберт, а ты часто ходил около Башни?
Юноша молчал. Тогда Александр продолжил:
— Ну ладно. А ты знаешь, что твой дед 35 лет проработал Смотрителем в этой Башне?
— Знаю.
— И он ничего тебе не рассказывал?
Альберт с немым вопросом посмотрел на своего деда, и он кивнув ответил за него.
— Сначала ничего. Но в последние месяцы, и уже перед самой этой нашей встречей, — то не стану скрывать, — что да.
— Так, Альберт, значит ты уже знаешь, и что такое Башня, и что тебя может ожидать внутри. Так, так… Ну что-же, молодой человек, пожалуй остался последний момент этой нашей сегодняшней беседы: согласен ли ты, как и твой дед стать сначала учеником служителя, а после этого, — и самим служителем в этой, и очень и очень непростой Башне? Условия проживания тебе известны?
— Известны.
— Итак, — твой ответ?
— Согласен, конечно-же согласен!
— Ну что-же, ну что-же… Тогда через три дня, в 12 часов мы с Мастером будем ждать тебя у главного входа. Возьми с собой только самое необходимое. Ну ладно, с этим вопросом вроде бы всё. Да, ты извини, но мне с твоим дедом надо будет ещё и кое о чём побеседовать наедине. И сияющий Альберт поклонился, сказав им обоим «большое спасибо» и скрылся за дверью.
Александр пробыл в этом доме ещё где-то около часа, и когда он вышел из парадной, то дверь уже давно поджидавшего его такси приоткрылась, и когда он сел рядом с водителем и захлопнул дверцу машина отъехала от тротуара и плавно и весьма быстро набирая скорость покатилась по направлению к той самой площади на окраине по той же широкой и обсаженной по краям пальмами улице.

8

И через 3 дня, когда молодой человек поднялся по тянувшейся вдоль горного склона дорожке к широкой и ровной площадке перед входом в Башню, то его там уже встречали, — Мастер, Помощник и один из Старших Смотрителей, и когда они после примерно 15 минутной беседы вошли внутрь, то Альберта сначала провели в помещение галереи, и уже там, после примерно часовой беседы с необходимыми разъяснениями они позвали Старшего Смотрителя, и когда он зашёл, то они представили ему его нового ученика и поручив ему попечительство над ним отпустили их осматривать апартаменты нового служителя, и совершенно новые и немного неожиданные для него некоторые помещения и немного необычные устройства, с которыми ему уже очень скоро предстояло бы познакомиться и немного поближе.
Ну что-же, а Мастер и его Помощник перебрались в гостиную, и за чаем и кофе немного переговорили об их очень скорой поездке, — да, ведь послезавтра утром их уже будет ждать их большой морской катер, на котором они быстро доплывут до находящегося примерно в 700 километрах от них острова, на котором, и на который… На котором они собирались задержаться на две недели, и на который они хотели взглянуть ещё раз, и чуть — чуть повнимательней, и по которому они вообще-то собирались и просто немного побродить и прогуляться.
И через день, поднявшись на борт этого катера они сначала заглянули в рубку, сказали капитану и его помощнику что они спустятся к себе в кубрик, и что уже можно и отчаливать. И стоявший на корме матрос ловко вытравил швартовый, и катер довольно быстро набирая вполне приличную скорость уже очень скоро скрылся из вида на ровной океанской глади.
Всё плавание заняло примерно около 5 часов, океан был совершенно спокоен, и подойдя к острову катер взял курс на ту бухту, в которой располагалась их небольшая гавань. Подойдя к берегу они встали около недавно достроенного бетонного причала, около которого их встречало где-то около 20 человек в таких же, как и у служителей в Башне светло серебристых одеждах (но это конечно-же были ещё не все, — всего на острове постоянно проживали и работали несколько рабочих групп, регулярно сменявших друг друга). Так что кроме этих встречающих их человек 5 ожидало их появления в небольшом посёлке, расположенном не очень далеко от этой бухты, а остальные 25 человек находились в это время на каких-то работах.
И выйдя на берег и поздоровавшись с тремя вышедшими им навстречу и немного склонившими головы Старостами Мастер и его Помощник немного с ними переговорили, потом поздоровались также и со всеми остальными, стоявшими в почтительном ожидании неподалёку. И после этого все они направились по довольно широкой дорожке, проложенной между пальмами к небольшому посёлку, где их уже ждал и большой накрытый стол, и стоящие в тени шезлонги и находящийся в тени между домами прохладный и широкий бассейн.
И зайдя в свои покои они немного переговорили с тремя Старейшинами, отвечающими за всё проведение работ на этом острове, и отпустив их и немного посоветовавшись решили что в первый день они не будут никуда ходить и ничего не осматривать, а просто погуляют немного по берегу этого острова, а вечером просто посидят в тени этих шезлонгов. Что они, собственно и сделали.
А утром проснувшись, и устроившись в своей маленькой гостиной они немного переговорили, и решили что сперва они пожалуй немного прогуляются по берегу лагуны, а после этого пригласят одного из Старейшин и пожалуй начнут первый осмотр проведённых уже на острове работ.
Ну что-же, прогулка по берегу была весьма и весьма неплохой, вода была очень чистой, и они без особого труда могли рассмотреть и небольшие группки кораллов и весьма причудливых донных камней, очень хорошо видных и в 20 -30 метрах от берега. И когда они вернулись и после небольшого ланча пригласили Старейшину, ведавшему ходом работ на этой части острова настроение у них было весьма неплохим.
И пришедший почти сразу-же вызванный ими Старейшина очень вежливо им поклонился, и отойдя на шаг назад застыл в ожидании вопросов.
Да, мы пожалуй здесь вернёмся чуть-чуть назад, и пожалуй припомним чтобы и читателю было бы легче ориентироваться, и просто для порядка о том, что как немного раньше уже упоминалось, этот остров практически полностью состоял из большого лабиринта больших и глубоких пещер, почти везде соединённых друг с другом многочисленными ходами и переходами, и на тот момент, когда состоялся этот, описываемый нами визит на остров Мастера и его Помощника большая половина из отведённых под постройку подземной базы была… Была уже приведена в тщательно отделанный, очень комфортный и совершенно жилой вид. Да, все работы на этом острове проводились очень быстро и очень старательно.
Итак, пришедший Старший Смотритель поклонившись отошёл на шаг назад и склонился в ожидании последующих вопросов. Мастер и его Помощник немного помолчали, переглянулись, и первым прервал это молчание сам Мастер.
— Ну, как мы уже вчера узнали беседуя с вами, а также и по той карте — схеме, которую нам вчера днём принёс ваш товарищ, все работы были проведены согласно с моим планом, и не могу просто вас не похвалить, — вы сделали даже больше того, что мы планировали и предполагали.
Смотритель почтительно промолчал, и только ещё раз также почтительно поклонился.
— Ну что-же, это очень похвально, да и мы об этом не забудем. Ну а пока… Ну а пока, или даже — сегодня мы бы хотели осмотреть первые, самые ближние к нам три или четыре помещения. Да, сегодня мы пожалуй больше просто не успеем.
— Ну, это можно сделать почти прямо сейчас, — вход в первые подземные помещения находится в 100 метрах от этого поселения, и…
— Да, спасибо, и мы пожалуй уже минут через 20 -25 выйдем, и вы нас туда проводите.
— Слушаюсь, всё как вам будет угодно, и я, и мои люди, — все в вашем распоряжении.
— Ну что-же, можете идти, и минут через 20 -25 ждите нас с наружи.
— Слушаюсь, — и староста развернувшись исчез за дверью.
И когда они через 20 минут вышли из своего домика, то их ждали 4 человека, одетых всё в те-же блестящие серебристые одежды, а так-же и сам Смотритель и его старший помощник, и показав рукой в уже знакомую им обоим сторону слегка поклонился, и они прошли метров сто по такой-же широкой дорожке к возвышавшемуся примерно метров на 60 массивному скалистому кряжу (которых кстати на этом острове было очень много), да и когда шедший впереди Смотритель, а за ним и все остальные остановились около небольшого, и вроде-бы почти неприметного небольшого углубления в этой скалистой стене Смотритель слегка нагнулся и отодвинул лежавший слева от него небольшой камень, нажал на немного выступающий за ним снизу небольшой скалистый выступ и немного отошёл, и вот вся эта каменная ниша, а если точнее, — то её стенка очень мягко и плавно скользнула куда-то в глубь этой скалы и перед стоявшими открылся ровный и освещённый мягким матовым светом проход вглубь этих каменных пещер, и зайдя по очереди внутрь и пройдя по этому внезапно открывшемуся коридору метров 80 они вошли в первую, не очень-то большую, — примерно 40 — на 70, но довольно высокую залу, гладкие стены, пол и потолок которой были обработаны просто безукоризненно, и проследовав жесту Смотрителя, указывавшего на стоявший посередине довольно большой стол, обставленный мягкими креслами, а также и на стоявшие вдоль стен диваны все вошедшие расселись, — Смотритель и его помощник вместе с гостями уселись за этим столом, остальные присели на стоявшие по краям диваны. Мастер довольно удовлетворённо оглядел это хорошо освещённое помещение, и немного вздохнув сказал: — Ну что-же, молодцы, молодцы… Да, в прошлый наш визит здесь всё ещё было немного по другому. Да, а как со средствами осмотра поверхности?
— Да как-же, как-же, последние монтажные работы были закончены 4 месяца назад, вот, прошу посмотреть, — и Смотритель выдвинул один из совсем незаметных ящиков этого стола, вынул из него довольно небольшой многокнопочный пульт и нажал на одну из нижних кнопок. Тот час вся стена перед ними засветилась, и примерно секунд через 20 на ней появилось изображение гавани в которой мягко покачивался на лёгкой волне их катер, низко над водой как обычно кружила стайка чаек а по берегу прогуливались 2 служителя, также одетые в такие же форменные серебристые одежды.
— Да, это вид на нашу гавань, вот так сейчас настроен вид на наш посёлок, — и картинка на стене тут-же сменилась видом на их жилища, — и вот также можно осмотреть и любую из точек и на поверхности нашего острова, и если вам сейчас это интересно, — и любой из подземных залов, где…
— Да нет пожалуй, дай-ка лучше вид на этот остров сверху, — сказал ему Мастер.
— Да, вот пожалуйста, вид с вершины горы, — ответил Смотритель, и на экране на стене появилась картинка этого скалистого и очень зелёного острова, и далёкая и уходящая до линии горизонта чуть зеленоватая океанская гладь.
— Да, оставь лучше этот вид, — сказал Мастер, и минут 10 молча посмотрел на вид острова, о чём-то размышляя, потом он немного приподнялся в своём кресле, повернулся к Помощнику и сказал: — Ну что, может посмотрим, что дальше?
— Ну что-же, давайте пройдём.
И Смотритель молча всё поняв щёлкнул пультом, после чего всё изображение на стене пропало, положил его обратно в ящик стола, и поднявшись и подойдя к противоположной от входа стене нажал на какой-то выступ сбоку, и тут-же с краю недалеко от угла вроде-бы каменная с виду панель точно так-же и очень плавно отъехала в сторону, и дальше открылся точно такой-же проход коридора, по которому они пройдя так-же метров 90 вошли в другую, точно такую-же залу (только размером она была раза в полтора побольше первой), и точно так-же обставленную мягкими диванами и креслами вдоль стен, и с точно таким-же столом и несколькими креслами посередине. Да, и с точно таким-же вмонтированным в одну из стен, и совершенно сначала незаметным видеоэкраном, на котором точно также отчётливо и ясно можно было посмотреть любые виды этого острова, любые телепрограммы и различные телехроники любых стран и различных времён, а также и составить в появляющемся поисковике совершенно любые вопросы на совершенно любые темы, — ответы на них появлялись сразу-же…
Да, компьютерная система, которой были оборудованы все эти залы, была самой совершенной и самой последней разработки…
И точно такая-же картина ждала их и в следующих двух залах, которые они в этот день посетили, и перед выходом из этих подземных залов они немного задержались в той, самой первой, с которой они и начали свой осмотр, и усевшись также как и в начале немного помолчали, ожидая каких-нибудь слов от Мастера, и когда он наконец-то поднял свою голову и посмотрев на них немного улыбнулся и сказал:
— Ну что-же, а вы молодцы. Вы здесь просто отлично поработали, всё — как я просил. И он ещё раз улыбнулся.
Да, и на лицах сидящих также появилась небольшая, и немного радостная улыбка, — да, ведь они же здесь старались…
— Ну что-же, большое вам спасибо. Да, итак сейчас на острове готовы 26 таких комнат, — я правильно вспомнил?
— Ну конечно, конечно, и вы в любое время можете осмотреть любую из них.
— Да на сегодня пожалуй уже хватит. А остальные мы осмотрим уже где-то в ближайшие дни. Да, это чуть больше половины тех подземных коммуникаций, запланированных нами под застройку. Да, и как вы считаете, за сколько времени вы управитесь с отделкой оставшихся помещений?
— Там… Да вы это сможете посмотреть и сами, — почти все основные подготовительные работы уже проведены, и почти все они имеют уже выровненные формы таких-же комнат и залов, ну а на остальное… Ну, ещё примерно 1,5 года, примерно так.
— Ну что-же, вы и правда постарались. Да, я позабочусь чтобы количество людей, занятых этими работами было побольше, — так вам будет и легче, и больше свободного времени… Ну что-же, а сейчас мы пожалуй уже засиделись, — да, на острове уже стемнело. Что-же, пойдёмте пожалуй обратно.
— Как вам угодно.
— Да пойдёмте, пойдёмте. И они поднялись и пошли к выходу из этих подземных коммуникаций. Когда они вышли на поверхность, и Смотритель точно также нажатием на незаметный выступ в этой скале закрыл этот, замаскированный от всех посторонних вход они пару минут простояли молча, прислушиваясь к громкому и мелодичному стрекотанию больших и светящихся во тьме сверчков, и после этого в том-же порядке направились к светящимся недалеко от них ярким огням поселения.
Дойдя до своего домика и поблагодарив сопровождавшего их сегодня Старейшину они немного постояли у двери, и молодой Помощник сказал Мастеру: — Ну что, а сейчас может быть по вечернему чаю?
— Ну что-же, согласен, и кстати, — он должен быть уже на столе.
— Да? Ну и прекрасно.
— Да, а ночь-то сегодня какая спокойная…
— Ты тоже так считаешь?
И они ещё минут 15 постояли, посматривая на усеянное большими и яркими звёздами небо, и прислушиваясь к успокаивающему стрекотанию больших и светящихся в темноте сверчков. Потом Мастер вздохнул, тронул за плечо своего молодого Помощника, засмотревшегося на точки Млечного Пути, и они постояв ещё минуту зашли внутрь. И действительно, в их небольшой гостиной на столе стояли и вечерний чай, и лёгкий ужин, и традиционные бокалы с прохладным питьём.

——————— ——————————— ———————— ————————————
———————— ——————————— ———————— ——————————
———————— ——————————— ———————- ———————————

Они провели ещё две недели на этом уединённом острове, осмотрев за это время и все уже готовые жилые и технические блоки, а так-же и все уже подготовленные под предстоящую застройку участки, и четыре дня они просто побродили по тем живописным и весьма уникальным пещерам с очень частыми большими подземными озёрами, которые они решили не трогать, и так и оставить этот участок этих пещер, очень часто весьма обильно украшенных гирляндами свисающих сверху и очень звонких сталактитов в их ни кем не потревоженном и прекрасно сохранившемся виде.
А последние три дня были полностью посвящены пешим прогулкам по этому острову. В первый день они провели большую экскурсию к центру этого острова и забрались на самую высокую точку этого острова, на самую верхнюю площадку того горного массива, возвышавшегося в самом центре острова, на второй день они прошлись вместе с тремя Старейшинами по самым живописным и интересным местам этого острова. А на третий день они даже совершили небольшую водную прогулку вокруг острова, заглядывая во все большие и небольшие бухты и лагуны, и на утро следующего дня в 10 часов выйдя на площадь посёлка, куда провожать их пришли все жители этой их колонии, и с час с небольшим поговорив с собравшимися на этой площади они прошли с тремя Старейшинами в свои покои и поговорив с ними минут 20 и дав им последние указания они в сопровождении всех жителей дошли до бухты где на лёгкой волне покачивался их катер, зашли на борт и под прощальные крики провожающих легко оттолкнулись от пирса, вышли из бухты и довольно быстро набирая скорость очень скоро скрылись из вида.

9

Когда они подошли к своему острову и вошли в гавань, было около 3 часов дня. Как только они обогнули длинный мол гавани, то сразу же увидели группу из 7 человек в привычных светло-серебристых одеждах, пришедших сюда встретить их и когда они закрепили швартовые, перекинули трап и поднялись на берег, то трое более старших сначала традиционно им поклонились, и сказав что во время их отсутствия всё прошло без каких либо происшествий немного отошли в сторону и один из них протянув свою руку пригласил их жестом «проследовать в свои земли», и Мастер а следом за ним и Александр прошли вперёд, а когда они немного отошли, то и вся группа встречающих направилась за ними следом, стараясь держаться примерно в 10 -15 метрах за ними.
Да, то что в городе всё это время их отсутствия прошло без каких-либо происшествий, это правда было так, — да если только не считать того, что за это время опять изменился весь город. Да, сам Город за это время в очередной раз поменял своё лицо и своё облик, и сделал он это примерно неделю назад…
Да, мы как-то уже упоминали, что этот город имел такое несколько необычное свойство, — он иногда и почти совершенно до неузнаваемости мог совершенно спокойно меняться, и каждый раз, — в разноцветно-карнавальные, весёлые и пёстрые обличия. Да, и теперь неделю назад этот город опять изменил свой облик, и теперь это был пёстро украшенный с сильно изменившими свой цвет домами и улицами город, на площадях и улицах которого откуда-то вдруг снова появились многочисленные скульптуры, скульптурные группы и высокие скульптурные украшения, то есть тем, что сейчас обычно называют арт-хаос, стоящими на улицах, на площадях, — почти повсюду, и очень часто в самых неожиданных местах.
Дома точно также поменяли свой обычный будничный цвет на более праздничную и пёструю окраску, почти на всех на них с крыш свисали вниз многочисленные разнообразные цветные гирлянды и разноцветные ленты, придававшие какое-то особое и праздничное настроение, и сейчас… Да, и сейчас этот город походил больше всего на какие-нибудь Испанские или Латиноамериканские города, украшенные по случаю прохождения в них фиесты, карнавала или других больших народных праздников и гуляний. Во всяком случае это лёгкое и весёлое настроение так и витало над каждым домом, над каждой улицей. Да, и хотя пока они шли к своей Башне, то почти никого на улицах они не встретили, — все или отсыпались после весёлого вечернего и ночного времени, а если и проснулись, то зная что сейчас по этим улицам должно будет пройти их начальство из Башни просто пока не вылезало на улицы, а иногда только наблюдало за идущими по городу из своих окон, дожидаясь более позднего времени когда откроются разные кабачки и лавочки, полетят в воздух конфетти и петарды, да до тех пор, пока…
Да, и наша небольшая делегация, возвращавшаяся к себе в Башню встретила на своём пути только довольно большую группу что-то весело кричавших мальчишек, кативших перед собой где-то ими найденное большое колесо, да ещё и группу женщин, возвращавшихся с покупками домой из магазинов. Больше пока наши путники никого на пути к Башне не повстречали.
Выйдя из города (который ещё 3 недели должен был носить этот водевильно-карнавальный настрой и облик) они не спеша поднялись по той-же ведущей по склону дорожке до самой, гордо стоявшей в возвышении и в стороне от всего этого Башне, и перед входом сказали следовавшим за ними служителям что они уже могут быть свободны, а сами договорившись об встрече через 2 часа в гостиной поднялись каждый по своим покоям.
Александр зайдя в свою комнату сначала посмотрел на аккуратно поставленное рядом с накрытым уже для ужина столом кресло, немного постоял, и подойдя к окну немного приоткрыл его и немного задумчиво взглянул на начинающее уже вечереть небо.
А Мастер поднялся на крыло галереи, немного походил между стоявшими там креслами столиками и диванами, и также подошёл к окну и задержавшись около него довольно долго и задумчиво смотрел на простирающийся за начинавшим уже включать свои вечерние огни городом широкий и спокойный океан, украшенный в этот вечер довольно яркими, длинными и довольно причудливыми красками уже близкого заката.
Какие мысли и какие планы посещали их в это время… Возможно, немного и разные, хотя в чём-то одном они были весьма и весьма похожи…
И через два часа собравшись в гостиной, где на столе стоял поднос с кофе, несколько видов отборнейших деликатесов и такие-же высокие бокалы с прохладительными напитками они кивнули друг другу, взяли по чашке кофе и Александр наконец закурил, Мастер с небольшой улыбкой и немного прищурившись посмотрел на него, немного помолчал, и всё-таки сказал: — Да, а кстати, а от этой твоей довольно милой привычки я всё-таки советовал бы тебе отказаться.
Александр посмотрел на свою сигарету, немного улыбнулся, и ответил.
— Вообще-то мы уже не один раз говорили об этом. Да, и ты знаешь… Я… Я пожалуй уже согласен. Только не сразу, я немного подумал и решил: лучше я оставлю пока эту мою милую привычку до Нового года, ну а после… Ну а после я вообще-то послушаюсь этого твоего, и довольно давнего совета. Да, уже пора, уже и какой-то срок подходит, и…
— Да если я и сначала, и после, то есть всё это время смотрел на это твоё пристрастие немного, но закрыв глаза, прекрасно зная что пока оно тебе не очень-то мешает, а так-же и то, что отказаться от него, когда подойдёт какое-то время у тебя не составит никакого труда. Ну что-же, если ты решил что после Нового года, — то что-же, то что-же… А ведь это время для тебя уже подходит. Ну что-же, раз после Нового года, так после Нового года, — я тебя уже заранее поздравляю, поздравляю…
— Ну что-же, а пока я буду просто курить немного поменьше, так, по мере убывания…
— Ну ладно, вот и прекрасно. Ну что-же, давай ещё по чаю, — и Мастер поднял один из высоких бокалов, а потом посмотрев на разложенные на столе деликатесы указал на них, и прибавил:
— Да, и кстати очень рекомендую сейчас вон этот шербет и немного вон из того, что стоит совсем справа. Да, с этим чаем это просто замечательно.
— Да, а в этом ты пожалуй прав.
Минут пять они провели молча, потом Александр вытащил ещё одну сигарету, немного подержал её, и несколько задумчиво всё же положил её обратно. Мастер улыбнулся, отпил ещё немного чая, после чего немного зевнул и продолжил их разговор.
— Ну что-же, а этим посещением нашего второго острова я остался вполне доволен. Да, ещё 1,5 -2 года, и наша вторая, запасная База будет уже полностью готова. Да, и там по крайней мере, в случае, в случае… Да, потом, если наше пребывание на этом острове станет или заметным, или… То там, на втором нашем острове нас уже просто никто не сможет потревожить. Хотя, конечно же просто очень хотелось бы что бы этот остров если нам пока как-то и пригодился, то только как прогулочная база, база для отдыха… Но, — увы, ты и сам совершенно прекрасно видишь и всё то, что творится сейчас на этой земле, да и во всех ближайших с нами странах кстати тоже… И сейчас наша Башня, и наш город пока совершенно незаметны… Но тут — ты знаешь, даже и я не могу сейчас посмотреть куда-то дальше, и как-то более и менее точно сказать, что-же здесь может быть лет через 15 -20.
Да, что касается нас, — то на нас это время просто никак не отразится, оно просто пролетит мимо как несколько песчинок… А вот обо всём другом, окружающем, — вот в этом я совсем не уверен, и вполне возможно что одной из той «пролетевших песчинок» может стать и судьба этого острова… Вот почему я и решил когда-то сделать и эту вторую запасную базу. Да, я надеюсь это объяснять тебе не надо.
— Да, пожалуй. И наша Башня сейчас возвышается достаточно высоко, что бы…
— Да, что бы, что бы… Что бы не заметить и того, что мы и так прекрасно видим… И — увы, что бы кто-нибудь когда-нибудь её всё-таки тоже не заметил, хотя ты знаешь, — это не очень-то и легко… Ну что-же, ладно, — времена, вода, вода, вода… И когда они разошлись по своим покоям, часы показывали около половины 12.
И Александр войдя в свою комнату закрыл дверь, подошёл к окну и посмотрел на очень ясное звёздное небо, и простояв так минут 25, прислушиваясь к всё нарастающему, и уже довольно громкому шуму береговых волн, потом отошёл к креслу, немного посидел, потом глотнув немного холодного чая посмотрел на лежавшую рядом пачку сигарет, немного подумал и вытащив всё-таки сигарету закурил…
Да, и ведь скоро Новый год, и ведь в то время их уединение посетят и его, и столь долгожданные гости… Жалко, что отец и мать сюда так и не смогут приехать, — уже возраст, а вот его брат и племянник… Спасибо Старшему, что он это разрешил. И ведь сколько-же лет прошло с тех пор, сколько лет… Да, сколько времени уже прошло, а иногда ведь кажется что это было всё совсем недавно… Да, время, — вот вода, вода…
И он закурил ещё одну сигарету и подошёл к окну, где уже был очень отчётливо слышен шум больших, и уже с грохотом обрушивавшихся на берег морских волн. Да, а сегодня ночью будет и тот обещанный шторм, который ждали ещё два дня назад. И он закрыл окно и погасив яркий свет пошёл к своей кровати.
И ночью, когда они уже крепко спали большие и тяжелые волны уже вовсю обрушивались на берег этого, стоящего довольно вдалеке и от других островов, и немного в стороне и от самого этого времени, довольно-таки загадочного и необычного острова. Большие — большие и длинные волны с шумом и большим обилием пены всю ночь обрушивались на берег этого, облюбованного чем-то особым, и немного нам уже знакомого кусочка земли, гордо возвышающегося посреди этих бескрайних, и далеко не всегда спокойных водных просторов, кативших сейчас к этому берегу уже совсем не маленькие ряды своих больших и тяжёлых волн, с шумом и грохотом разбивавшихся об его высокие береговые скалы и камни.

Июнь — июль 2016

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *