Немного туманного солнца в ладонях

«Да, а что это, — спросил немного подумав довольно
заинтересованный Маленький Принц.
Да, а это… А это — другие планеты. Да, и ты знаешь…»

Антуан Де Сент-Экзюпери «Маленький принц»

1

Мягкая полоса низкого и ровного тумана, окутавшего в этот вечер буквально весь город уже мягко лежала и укрывала собою всю площадь и все выходящие на неё улицы, и за этой мягкой пеленой уже больше даже угадывались чем виднелись только желтоватые шапки стоявших сравнительно недалеко от того бокового выхода на площадь фонарей и нескольких ярких витрин магазинов стоявших также сравнительно недалеко от этого проспекта и подсвечивавшими сейчас сквозь туман своими немного матовыми зеленовато-оранжевыми и желтовато-красными отсветами. Висевшие сравнительно недалеко от стоявшего на самом углу этой Главной Городской Площади и Главного Городского Проспекта Андрея большие настенные часы показывали уже начало 9, и в наступивших сумерках уже больше угадывались чем виднелись даже дальнейшие очертания ближайших больших и высоких угловых домов, не говоря уже обо всём остальном пространстве, полностью покрытом этой неожиданной и свежей полосой густого и обильного тумана, укутавшего тогда, как мы уже и упоминали и весь город, и все его ближайшие пригороды.
Андрей ещё немного постоял глядя на эту укутанную плотным туманом площадь, на которой больше даже угадывались чем виднелись только большие желтоватые шапки уже минут 20 как вовсю светивших фонарей, и вытащив сигарету щёлкнул зажигалкой, прикурил и оглянувшись на такие-же чуть видные желтоватые, немного смазанные из-за тумана огни фонарей и некоторых особенно ярких окон лежавшего за спиной проспекта ещё немного постоял и решив что всё-таки сегодняшний поход к ожидавшему его Айлану придётся всё же немного отложить, — да, конечно-же он дома обязательно позвонит ему и всё ему объяснит, да, а сейчас… Да, а сейчас, — и он оглянулся и посмотрел на чуть видные и слабоватые огни окон напротив, — Да, а сейчас пожалуй лучше будет уже возвращаться… Да, и этот туман, — ведь они его ждали только дней через 5 — через неделю, не раньше, но однако… Да, и его сегодняшнюю встречу конечно-же придётся отложить и перенести на завтра или на какой-нибудь другой день, — да, сегодня ему до Айлана просто не добраться. Да, и хорошо что он сейчас не очень-то уж далеко от дома. А ведь этот туман стал появляться где-то около 30 минут назад, когда он вышел из кафе, расположенного в соседнем с ним доме, и пока он дошёл до этой площади… Да, пора пожалуй возвращаться и позвонить Айлану, — сейчас уже минут 20 девятого, и значит где-то около половины 10 он будет уже у себя, и обязательно ему позвонит. Да, однако, а какой туман, — в последний раз похожую картину можно было увидеть только 2 года назад, — да, только тогда туман был вроде-бы немного посветлее, и провисел он тогда над Городом только два дня… Да, интересно, — а этот насколько к нам пожаловал? — думал Андрей уже немного отойдя от площади и прикуривая на ходу ещё одну сигарету. — Да, а может заглянуть сейчас в кафе к Сергею выпить с ним по чашке кофе, а заодно и поболтать, — ведь сейчас наверняка у него никого уже нет, да вообще-то а что-же… Да, пожалуй минут на 30 — 40, на чашку кофе и может быть на небольшой вечерний преферанс, — да, ведь он же никуда сегодня уже не спешит… Ну что-же, да и минут через 15 как раз будет его кафе. Да, ну и туман, — даже фонарей не видно, давно такого не было…
И он немного повыше застегнул свою лёгкую куртку, ещё раз посмотрел на почти не видные из-за этого тумана небольшие пятна окон и витрин на другой стороне, докурил и выкинул окурок, вытащил ещё одну и прикурив пошёл к недалёкому уже небольшому и аккуратному кафе, от которого до его дома было примерно минут 15 неспешного хода. Да, ведь Сергей наверняка часа полтора сидит там один, и очень может быть что скоро начнёт собираться домой… Да, но я думаю что я не опоздаю. Да, ну и вечер сегодня выдался, — да, и как только приду, надо будет сразу-же позвонить Айлану, — думал Андрей шагая по своему пустынному ночному городу.
Пройдя ещё несколько минут он немного приостановился, вытащил ещё одну сигарету, но подумав что до кафе Сергея уже совсем недалеко положил её опять обратно, и через несколько минут поравнялся с большой зелёной витриной одного весьма дорогого и престижного городского кафе-ресторана, и пройдя мимо него он немного улыбнулся, — да, до кафе где сейчас за стойкой должен был скучать один из его старых знакомых, ему осталось уже лишь несколько минут хода. И он ещё раз немного улыбнулся и слегка прибавил своего вечернего городского шага.
И действительно, минуты через три он уже подошёл к небольшой лестнице из 5 ступенек, ведущей к светящейся зеленовато-оранжевым светом двери этого, и действительно довольно достопримечательного кафе. Поднявшись и открыв очень плавно скользнувшую внутрь дверь он вошёл в это не очень высокое, но довольно просторное и широкое помещение, залитое мягким и немного желтоватым вечерним светом, и в дальнем конце за невысокой стойкой сразу-же увидел стоявшего и уже мягко ему улыбавшегося своего старого и ещё студенческого товарища.
— Тук, тук, к вам можно, вы сегодня принимаете?
— Да, конечно можно, заходи, проходи.
— Ну, и как тебе этот туман?
— А что, по моему — довольно мило.
— Ну что-же, возможно ты тут прав.
— Ну ты же ведь знаешь, что я всегда очень любил такие туманные дни, когда выходишь, — и вокруг почти один сплошной туман. Да, и ведь ты знаешь, — а по моему во всех таких днях почти всегда есть и что-то от какой-то сказки. Да, и ты знаешь, и почему-то почти каждый раз — от какой-то особой, да, почти всегда от совершенно разной, очень простой но совершенно особой сказки… Ты конечно-же можешь считать меня и чудаком, но ты знаешь… Я сам конечно-же не знаю, почему это, но каждый раз…
— Ну что-же, а возможно в этом ты и прав, — да, в этом есть что-то особенное, — идёшь, вокруг тебя туман, и временами…
— Да, а знаешь, а я всё-таки очень рад что ты зашёл. А то я собирался минут через 15 уже закрывать это заведение и идти потихоньку домой. Да ну что-же ты стоишь, — присаживайся.
— Да, спасибо.
— Да, а я сейчас пока сварю наш кофе и принесу его сюда. И кстати, что тебе прибавить к кофе, — есть и весьма неплохое мороженное и просто отличные взбитые сливки. Ты что выбираешь?
— А знаешь, а давай пожалуй всё же сливки.
— Один момент. Да и кстати, я и себе возьму пожалуй точно тоже.
— Ну вот и отлично.
— Да, и я тоже так считаю, — сказал уже выходя из-за стойки Сергей с небольшим подносом с двумя большими чашками кофе и двумя поблескивающими чашами со взбитыми сливками, обильно обсыпанными сверху довольно толстым слоем отборного протёртого шоколада и установив этот поднос на стол он немного подмигнул своему уже вполне удобно усевшемуся товарищу и отодвинув кресло напротив также уселся за столик.
— На улице сейчас никого?
— Совершенно.
— И почти ничего не видно?
— Почти.
— Ну что-же, — туман. Хотя мы его и ждали только через неделю, не раньше…
— Да, весьма неожиданно, сегодня утром и днём ещё никто бы даже и не сказал.
— Да и кстати, извини, а давно ты уже сидишь здесь один?
— Да где-то уже с 6 часов.
— Да, и пока никого не было, ты как обычно раскладывал на стойке свой привычный пасьянс. И последнюю партию как я успел заметить ты так ещё и не закончил.
— Да, она так и осталась там, на стойке.
— Ну что, давай по кофе?
— Совершенно взаимно.
И Андрей взяв свою чашку немного подул, стараясь не сбить шапку пены и сделав три маленьких глотка поставил чашку и удовлетворительно кивнув хозяину этого заведения просто не смог скрыть своей улыбки:
— Да, а сколько я сюда к тебе хожу, уже сколько лет, но кофе у тебя здесь всегда один из самых лучших во всём нашем городе.
— Да, ну брось ты, во всём.
— Да нет уж, поверь, — это верно, ведь я же за последние годы побывал во всех самых лучших заведениях этого Города, и если где-то и попадался почти такой-же как у тебя, но лучшего просто почти нигде не было. Уж поверь в этом моему богатому и многолетнему опыту.
— Ну что-же, если ты так считаешь…
— Да я и не просто считаю, а даже ещё раз говорю тебе об этом.
И Сергей поставил свою чашку тоже на стол, с небольшой улыбкой посмотрел на Андрея и немного удовлетворительно кивнув головой ответил:
— Да ну что я могу тут тебе сказать… Да пожалуй лишь только то, что это так всегда, — чем мы богаты, тем мы обычно и стараемся… И это так всегда, — такими-же были и мой отец, а ещё до него и мой дед. Да, а за комплимент спасибо, — кофе у меня и правда всегда немного особый, и как я считаю совсем неплохой.
— Да брось ты Сергей, — кофе у тебя и правда один из самых лучших во всём городе.
— Ну, ты знаешь… Хотя — что-же, спасибо.
— Да не за что, это тебе спасибо что наконец-то с этим согласился.
— Да ну ладно тебе, полно, да и кофе стынет.
— Да, а в этом ты пожалуй прав.
И отпив этого и правда отменного кофе они закурили, потом отпили ещё немного и поставив чашку и стряхнув пепел с сигареты Сергей немного улыбнулся и сказал:
— Да, а кстати эти сливки, которые только сегодня у нас появились, да, а ведь они с этим кофе просто замечательны.
— Ну что-же, сейчас мы это попробуем.
И Андрей пододвинул к себе поближе поблескивающую чашу с этим вечерним угощением, и через пять минут уже отодвинув пустые ёмкости из под этих сливок они закурили ещё по сигарете, допили остатки уже немного остывшего кофе и Сергей поднявшись зашёл за стойку и поставил разогреваться ещё одну партию кофе, а Андрей немного откинувшись в кресле выпустил густой клубок дыма, немного зевнул и сказал: — Да, а вечер ведь сегодня и правда очень неплохой.
— Туман.
— Да, туман. Да, а ты знаешь, к кому я сегодня направлялся?
— Даже и не представляю.
— Да, а шёл я сегодня… Да нет, ты лучше попробуй, и угадай с трёх раз.
— Э, а…
— Да нет, это я шучу, а шёл я сегодня, — ведь и правда же не угадал бы, да, а шёл я сегодня к нашему старому и общему другу, который вечно пропадает во всевозможных разъездах и бывает дома обычно только зимой. Да, а шёл я сегодня…
— Да никак к Айлану?
— К нему, к нему, шёл, шёл и не дошёл.
— Туман?
— Да, туман. Просто когда я дошёл до площади, этот туман лежал уже везде, и добираться дальше до Айлана в темноте и почти на ощупь, а потом ещё к себе… Да, я немного постоял и решил всё-таки вернуться обратно, а по дороге ещё и подумал: а не заскочить ли мне к тебе на чашку кофе, да, и вот я здесь. Да, а ты как я вижу всё это время раскладывал здесь свои пасьянсы.
— Да, примерно с шести часов. Только вышел на улицу когда уже появился этот туман, побродил там минут 20, и решив что сегодня навряд-ли кто-нибудь ко мне уже заглянет спокойно занялся своими пасьянсами. Ну что-же, а тут я не совсем угадал.
И поставив на столик ещё две чашки кофе и небольшую коробку с засахаренными орехами он опять опустился на своё место и закурив немного помолчал, глотнул кофе и облокотившись об ручку кресла несколько задумчиво спросил:
— Да, а Айлан, Айлан… Да, и где-же он опять пропадал в последнее время?
— Где? Да у нас, на востоке. И вернулся оттуда всего лишь чуть меньше недели назад. Да, а пробыл он там со своей экспедицией почти полтора месяца.
— Да, не везёт ему всё же со всеми этими разъездами.
— Да, возможно, но он пожалуй так не считает.
— Да, а ведь там, на востоке у нас уже 6 год подряд всё льют и льют одни эти сплошные дожди, дожди…
— Ну, там все давно уже к этому привыкли.
— Да, а что там делал Айлан?
— А Айлан опять как всегда курировал одну геофизическую экспедицию, и насколько я знаю на этот раз им снова удалось наткнуться на одно довольно большое месторождение серебряной руды. Да, а с этими дождями сейчас пока просто ничего не сделать, — идут и идут. Да, и ещё у нас на юге прошлой осенью также прошли полтора месяца почти таких-же дождей, да, почти точно таких-же, как там. Но это обошлось, — прошли, кончились. Да, а как местные жители тогда напугались! Но это прошло. Да, а что касается Айлана, то он позавчера вечером позвонил мне, и сказал что нам с ним обязательно надо будет встретиться, и кое о чём поговорить, да и что разговор у нас будет достаточно важный. Мы с ним немного переговорили и решили что я подойду к нему сегодня, к 3 часам. Но в полдень он мне позвонил, и сказал что днём у него внезапно наметилась одна важная встреча и разговор по поводу его поездки, и мы решили перенести нашу встречу на вечер. Ну а сегодня вечером, — ты сам уже всё прекрасно видишь.
— Да, туман. Ну а насчёт Айлана, то вообще-то если вспомнить его связи и с министерством, и с другими сильными мира сего, то тот факт, что он позвонил тебе…
— Не знаю, мне он по телефону ничего конкретно не сказал, пожалуй только кроме того, что разговор этот будет достаточно важным и совсем не телефонным. Конечно я пока ещё не знаю, но по моему он скорее всего там что-то узнал или разузнал о чём-то важном, или… Нет, скорее всего он о чём-то там всё-таки узнал и хотел мне об этом рассказать.
— Да, скорее всего всё это как-то связанно с этой его последней поездкой.
— Да, пожалуй что так.
— Ну что, ещё по кофе?
— По кофе? С удовольствием.
— Да и кстати, эти орехи с кофе, — обязательно попробуй.
— Да, ты в прошлый или позапрошлый раз уже предлагал их мне, да, я помню. Да и то что они с твоим кофе просто превосходны.
— Ну, тогда уж тем более.
— Да и кстати, как только приду, надо будет сразу-же позвонить Айлану.
— А не поздно-ли будет?
Андрей посмотрел на свои часы, — они показывали уже без четверти 10.
— Да, а мы однако сегодня здесь уже немного засиделись, уже почти 10.
— Да? Ну что-же, а ведь позвонить ему ты можешь и отсюда.
— Да? А правда…
— Да, а заодно и передашь ему привет, а то мы с ним в последние годы не очень то часто и виделись.
— Ну что-же, пожалуй. А где здесь у тебя телефон?
— Здесь, за стойкой, вставай, проходи.
И Андрей поднялся, обошёл стойку где Сергей уже поставил на край две готовые чашки и кивнув ему на стоявший в дальнем конце телефон сказал:
— Вот, пожалуйста. Связь здесь сейчас стоит городская, так что можешь звонить спокойно. Да, а я пока отнесу кофе.
И он кивнув Андрею на мягкое кресло рядом с телефоном взял их чашки, обошёл стойку и когда он поставил их на столик и сел на своё кресло, Андрей уже набирал номер их старого, ещё студенческого друга и когда после нескольких гудков послышался лёгкий щелчок, а после него и голос Айлана, он сказал что это звонит он, и объяснив ему причину сегодняшней задержки и того что он звонит так поздно предложил ему встретиться завтра. Айлан согласился, сказав что сегодня он его уже не ждал, — после 8 часов посмотрев на этот туман он так и понял причину его задержки и стал ждать просто телефонного звонка.
— Да, и ещё привет от Сергея? Да, ты сейчас от него? Ну что-же, и ему точно также. Да, а завтра давай уже лучше часа в 2. Да, годится. Да, а разговор? Да, а об этом давай уже лучше завтра. Да, привет Сергею, и до завтра.
Договорив Андрей повесил трубку, посмотрел на смотрящего на него Сергея и кивнув ему вышел в зал, подошёл к столику и сев на своё место вытащил сигарету, прикурил, взяв чашку кофе сделал несколько маленьких глотков и поставив чашку слегка улыбнулся и сказал:
— Да, а сегодня у нас туман.
— Да, туман, туман…
— Да, правда и задержались мы немного…
— Да, а это туман. И кстати, эти орехи, — ещё раз очень рекомендую.
— Да, спасибо, я помню.
И взяв несколько орехов Андрей прожевал их, потом глотнул кофе и утвердительно кивнул головой.
— Да, а правда неплохо.
— Я же говорил.
— Да, ну и вечер сегодня… И этот туман…
— Да, туман, туман…
— Да, а с туманом нам сегодня просто повезло.
— Да, а я же ведь ещё в самом начале говорил, что такие туманные дни почти всегда хранят в себе и какую-то сказку.
— Ну что-же, а возможно в этом ты прав. Да, а какой всё-таки отличный кофе… Нет, пожалуй уж что, что, а он у тебя и правда самый лучший.
— Да, ну ладно уж тебе…
— Да нет, не скромничай. Да и кстати, ты сегодня никуда не спешишь?
— Да вообще-то нет. Хотя, — сколько там уже на часах?
— Половина 11.
— Ну что, если мы здесь так уж засиделись, то может быть ещё по кофе?
— Да знаешь… А вообще-то лучше всё же нет, наверно уже хватит. Мы итак и совсем неплохо посидели, и сейчас можно потихоньку собираться, и если ты не возражаешь, то ещё немного прогуляться по этому ночному Городу.
— Ну что-же, если от кофе ты всё-таки отказываешься, то что-же, тогда я закрываю это заведение.
И докурив и допив остатки кофе Сергей поднялся, подошёл к стойке, выключил большой свет и через 10 минут уже закрывая дверь кафе кивнул стоявшему на ступеньку ниже и смотревшему на этот клубящийся и очень спокойный туман Андрею и немного улыбнувшись спросил:
— Да, а ты как я полагаю, сейчас ведь тоже не особенно спешишь?
— Вообще-то да, а так как Айлану мы уже позвонили…
— Ну так что-же, а если ты не очень-то спешишь, то что-же, тогда давай даже не прогуляемся, а лучше просто посидим в этом тумане на этой скамейке около кафе и немного перекурим. Ты как, не возражаешь?
— Да нет пожалуй, что-же, давай присядем. Да, — туман, туман…
— Лучше и не говори.
— Да, и пожалуй ты вообще-то прав, — в нём и правда что-то есть от какой-то сказки.
— Так я же это всё прекрасно знал, и потому и предложил тебе ещё немного здесь задержаться, и просто посидеть, перекурить, — ведь правда, и сейчас тут такой туман…
И они просидели на этой скамейке ещё где-то около получаса, изредка обмениваясь небольшими замечаниями, и когда они поднялись и пошли к своим домам (да, Андрей с Сергей жили в домах по соседству), то подойдя к своему дому Андрей ещё раз сказал спасибо за отличный кофе и за небольшую прогулку, пожелал Сергею спокойной ночи и пошёл уже к своей парадной. Настроение у него было совершенно спокойным, и посмотрев на эту слегка клубящуюся и плотную туманную пелену, которую казалось можно было даже как-то пощупать и потрогать руками он слегка улыбнулся и подойдя к своей двери приостановился и оглянувшись ещё раз ненадолго задержался, потом приоткрыл дверь, зашёл и стал неспешно подниматься вверх по лестнице.

2

Проснулся Андрей где-то около половины 11, и открыв глаза и немного потянувшись оглянулся на свой стол на котором из радиоприёмника раздавался монотонный и весьма привычный голос диктора, вещавшего о каких-то уже решаемых вопросах в области экономики и внешней политике и немного поморщившись зевнул, приподнялся и дотянувшись до стола нажал на кнопку выключателя надоедливого громкоговорителя. Полежав так минут 10 он снова потянулся, ещё раз посмотрел на стол и с небольшой улыбкой вспомнив вчерашний вечер приподнялся, сел на кровать и довольно быстро одевшись пошёл в ванну. И когда он закончил утреннее полоскание и взяв висевшее на двери полотенце стал стирать оставшиеся после бритья небольшие пятна мыльной пены на шее, то немного приоткрыв дверь и выглянув в коридор слегка улыбнулся и подумал: — Да, а очень интересно, а как сейчас поживает этот вчерашний и довольно неожиданный туман?
И закрыв дверь он вошёл в комнату, подошёл к окну и отдёрнув штору посмотрел на мягкую и матовую пелену, очень тщательно укрывавшую и все дома напротив, и нижние этажи его дома. Он ещё раз улыбнулся, приоткрыл окно и пройдя на кухню поставил чайник, достал из холодильника колбасу и сыр для бутербродов и присев в кресло откинулся к спинке, — да, повсюду стояла какая-то несолько странная, немного особенная остановка, и почему-то казалось что и весь его дом, и вместе с ним также и его квартира сейчас как будто бы как-то висят, если даже не просто парят где-то в воздухе, — да, это ощущение какой-то свежести и необычности, эта матовая и спокойная пелена за окном, всё это настраивало на какой-то особенный и очень мирный спокойный тон и лад. Спешить никуда совершенно никак не хотелось и просидев так ещё минут 15 он налил чая, посмотрел на лежавшие на столе бутерброды и немного приподнявшись наконец-то позавтракал, налил ещё одну чашку чая и достав сигарету подошёл к окну. Немного приоткрыв его он впустил внутрь немного этого беловатого и влажноватого спокойствия, прикурил и простояв так минут 10 докурил и допил утренний чай, поставил чашку на стол и достав ещё одну сигарету прошёл в свою комнату.
Наверное не стоило бы особо это выделять, но всё же мы сделаем небольшое должное и отметим что во всём его 3 — х комнатном жилище стоял как обычно вполне понятный, привычный и довольно неплохо упорядоченный холостяцкий бардак. На столе рядом со спальным диваном около телефона уже недели три лежали черновики его статей для Большого Городского Журнала, в котором он почти 4 года весьма успешно работал уже очень популярным репортёром, а рядом с ними и недавно вышедший номер этого журнала с одной его большой статьёй, чуть дальше лежал вышедший три месяца назад сборник довольно неплохих рассказов, автором которых также являлся наш герой, а дальше за несколькими номерами того-же журнала как обычно лежала довольно приличная кипа толстых тетрадей, заполненных всевозможными заметками, черновиками рассказов и одной небольшой повести, которую он уже месяца два всё собирался и собирался когда-нибудь всё-таки докончить, а дальше за ними так-же покоились и несколько тетрадей с его довольно неплохими стихами.
Войдя он сначала подошёл к столу, пододвинул немного поближе пепельницу, и ещё раз затянувшись сигаретой подумал что этот туман сегодня и правда какой-то сказочный.
— Да, а пожалуй всё-таки прав был Сергей, — подумал он вспоминая их вчерашний разговор, — да, а в таких днях и правда есть что-то сказочное и очень загадочное, и не знаю, но возможно даже и что-то волшебное…
И он ещё раз вспомнил как они вчера вечером где-то с полчаса просидели с ним около его кафе, с большим интересом наблюдая как эти большие туманные хлопья понемногу клубясь несколько замедленно пролетали мимо желтоватых шапок светящихся неподалёку от них фонарей, и какое задумчивое и немного загадочное спокойствие царило тогда на всех улицах.
— Да, а пожалуй прав был Сергей, говоря что такие дни всегда бывают просто очень особенными… Да, и вчера вечером они немного задержались, да, и ведь у Сергея и правда кофе самый лучший во всём городе, да, и вчера… Да, и вчера они действительно просто прекрасно посидели, этот вечер, и этот туман…
Он погасил сигарету, посмотрел на телефон и подумав что минут через 30 надо будет позвонить Айлану поднялся, заправил диван и выйдя на кухню ещё раз поставил чайник. И примерно через полчаса, размешивая большую чашку горячего кофе он опять вошёл в комнату, опустился на кресло рядом с телефоном и отложив на край пепельницы ещё не зажженную сигарету начал набирать номер Айлана. После нескольких гудков в трубке снова послышался чуть заметный лёгкий щелчок, а потом уже знакомый и жизнерадостный голос его старого друга пожелал ему доброго утра и сказал что сегодня в 2 часа он будет ждать его у себя. Да, и если он где-то немного задержится, то ничего страшного, что сегодня он весь день будет дома.
— В 2 часа? Отлично, я постараюсь прийти вовремя.
— Ну и прекрасно, буду тебя ждать. Да и кстати, а как тебе этот туман?
— Просто замечательно.
— Ну ладно, давай, в 2 часа, жду.
И повесив трубку Андрей взял из пепельницы сигарету, прикурил и отпил немного кофе. Кофе был неплохой, и даже немного крепче чем обычно, и он ещё раз затянувшись сигаретой посмотрел в окно, где большие белые и влажноватые клубы весьма старательно укрывали всё то что находилось снаружи, и только как откуда-то издалека было слышно как какая-то группа школьников что-то очень важно обсуждая и о чём-то весьма оживлённо споря друг с другом переходила под его окном улицу. Андрей ещё раз глотнул кофе, посмотрел на часы, — да и правда, скоро надо будет уже выходить. И он ещё раз затянувшись сигаретой посмотрел в окно.
И в два час он вышел из своего подъезда, оглянулся по сторонам и увидев только ближнюю часть тротуара и окна первого и второго этажей немного улыбнулся, и неспешно пошагал по этому такому знакомому, но сейчас уже просто укрытому этим плотным и немного клубящимся туманом проспекту. Подходя к кафе Сергея он немного улыбнулся, припомнив их вчерашний вечер и разговор и подумав что на днях надо будет ещё раз навестить своего старого товарища хотел даже подойти к его двери, но решив что всё-таки сегодня ему лучше нигде не задерживаться улыбнулся и пошёл дальше, — идти было легко, да и до Главной Площади было уже довольно-таки близко.
Пройдя мимо большого кафе-ресторана он вытащил ещё одну сигарету, прикурил и ещё раз по-доброму улыбнулся вспомнив их вчерашний разговор в кафе Сергея, посмотрел на эту ровную и спокойную туманную пелену и подумал: — Да, а Сергей пожалуй тут прав, — во всём этом и правда есть что-то и от какой-то сказки… И он прошёл ещё где-то метров 50, и тут как будто в подтвержденье этих его мыслей перед ним из этого тумана совершенно неожиданно появилась фигурка небольшого, аккуратно одетого, и какого-то чем-то очень странного и необычного мальчика (причём как-же он перед ним появился, этого Андрей так толком и не понял, — он просто как будто бы просто вырос перед ним из самого тумана, из самой крайней кромки). Этот мальчик посмотрел на него, немного улыбнулся, поклонился и чуть выждав очень вежливо спросил:
— Господин Андрей Бельц?
— Да, я… Но извини, а откуда ты меня знаешь?
— Господин Бельц, вот вам пожалуйста, — возьмите, это ведь ваше, — и мальчик протянул Андрею совершенно свежий и блестящий ярко глянцевый номер его журнала.
— Да, но ты извини, но у меня…
— Да нет, вы пожалуйста возьмите, — это ведь ваше.
— Да? Ну, спасибо… Да, и извини, а…
— Да, а как меня зовут, — это пожалуй не очень важно, — ответил ему этот мальчик, — да, и я ещё знаю что вы сейчас очень спешите на одну очень важную и для вас, и для нас встречу со своим старым другом, — и вы знаете, — вы сегодня не опоздаете, — проговорил он довольно удивлённо и немного озадаченно смотревшему на него Андрею.
— Да, а извини, а откуда ты…
— Да нет, ничего, и ещё я хотел вам сказать, — не спешите, да, просто не спешите, и всё решится уже просто всё само.
— А… А что…
— Да всё, и совершенно всё, и вы не беспокойтесь, и всё это закончится очень просто и просто прекрасно. Да и ещё, через несколько дней, когда спадёт этот туман, — обязательно съездите как и собирались на море, на ваши острова. Да, и ещё, — этот журнал, — никогда не бросайте ваши рукописи, — ведь это ваше, ваше, запомните.
— А… А что… — Попытался продолжить этот неожиданный разговор немного обескураженный Андрей, но тут силуэт этого мальчика внезапно стал каким-то таким-же немного туманным, и пока Андрей подбирал какие-то слова он сперва отступил на шаг назад, потом ещё на один и улыбнувшись ему и очень дружески на него посмотрев ещё раз кивнул, и просто растаял в этом густом тумане…
— А… Подожди, подожди, а что-же собственно…
— А вы просто не беспокойтесь, и это решиться уже всё само, и обязательно съездите как и собирались на ваши острова, — прозвучали уже где-то вдалеке слова этого так неожиданно появившегося и также внезапно вдруг куда-то исчезнувшего молодого человека и обескураженный Андрей уже стоял и смотрел то на этот ещё попахивавший свежей типографской краской журнал, то на то место где только что так неожиданно исчез его очень неожиданный собеседник, и попытавшись на всякий случай ещё несколько раз его окликнуть услышал только то как его голос медленно и мягко просто таял где-то в пелене этого мягкого тумана.
Он ещё несколько минут простоял, несколько рассеяно поглядывая на этот номер журнала и в ту сторону, в которой только что исчез его неожиданный собеседник и только где-то минут через пять как будто очнувшись и вспомнив что ведь он сейчас идёт на одну и вероятно весьма важную встречу вложил этот свежий номер журнала себе под мышку и немного склонив голову пошёл к уже близкой площади.
— Да, а всё-таки это странно… Интересно, а кто-же это всё-таки был? Да, и ещё, и что это должно было кончится нормально? Да, и кстати, и эти его планы уже совсем на днях вырваться из города и съездить на свою привычную поездку ну юг, на море, на свои любимые острова… Да, но ведь он пока ещё никому об этом не говорил и не рассказывал… И вытащив из кармана сигарету он прикурил, прижал поудобней под мышкой журнал стал подходить уже к самой площади.
— Да, а всё-таки всё это очень странно, да, странно… Да, и пожалуй прав был Сергей, говоря что такие туманные дни всегда в себе что-то скрывают… Да, и что-то, или даже и кого-то… Да, но вот уже и площадь, — ну что-же, отсюда до дома Айлана уже где-то минут 20 хода. Он посмотрел на часы, — была половина второго. — Ну что-же, а это просто прекрасно, и я никуда не опаздываю…
И он перешёл через площадь и пошёл дальше по продолжению того-же Главного Проспекта к дому Айлана. Но пройдя примерно половину дороги он всё-таки слегка приостановился, прикурил и немного подумав вытащил из под мышки тот номер журнала, который буквально только что передал ему этот так внезапно появившийся и также таинственно исчезнувший совершенно загадочный собеседник… Да, и вынул он его, посмотрел на обложку, и сразу-же отступил на два шага назад. Да, а дело было в том, что журнал был совершенно новый, только что из типографии, но вот только и картинка на обложке, и его фамилия над названием его рассказа и двух больших статей просто никак не могли уложиться в его сознании, — да, всё верно, и эти материалы он только позавчера принёс в редакцию на утверждение, но этот номер журнала… Да, а дело было в том, что этот номер журнал должен был быть сдан в печать лишь только через 2 недели, и то что это номер… Да, и то что это точно номер его, но пока ещё не выходившего журнала, и что это… И Андрей перелистал журнал, — да, всё верно, вот и две его большие статьи, вот и его совершенно новый рассказ, вот и те работы, которые тоже должны были выйти в этом номере… Да, но только и этого ведь пока совершенно совсем ещё никак не может быть… Да, дело в том, что все эти работы пока ещё должны лежать на столе у главного редактора, и ждать его одобрения и пропуска в печать, а этот номер должен выйти только через две с половиной недели… И Андрей развернул обложку и посмотрел на то место, где всегда обязательно печатаются дата выпуска и номер каждого журнала. Да, а это место было совершенно чистым и пустым… Ну что-же, итак у него в руках сейчас номер его, и пока ещё не выходившего журнала… Да, и этого конечно-же не может быть… Да, но ведь и таких необычных собеседников, которые просто так растаивают в воздухе после окончания беседы ведь точно также тоже не бывает… Да, однако всё это вообще-то интересно…
И он ещё немного постоял глядя на эту свежую и разноцветную обложку, потом аккуратно вложил журнал во внутренний карман куртки и слегка улыбнулся, — да, пока понятно было только то, что этот встретившийся ему совершенно необычный мальчик вручил ему номер его пока ещё не выходившего журнала, и что он… Да, и что он ему что-то говорил ещё и про Айлана, и про его скорую поездку на море… Да ну ладно, а сейчас вообще-то нужно уже и поспешить, — ведь Айлан уже ждёт… И он вложил руки в карманы и пошёл дальше, немного прибавив своего размеренного шага.

3

Да, а Айлан Гирн, его старый и ещё студенческий товарищ после окончания института благодаря поддержки своих родителей и некоторых весьма высокопоставленных знакомых почти сразу-же после учёбы получил довольно приличную работу в министерстве, но проработав там около года он по своей личной просьбе (и при поддержке тех-же знакомых) полностью переменил и профиль и вид своей работы, и занялся уже инспектированием и наблюдением за проведением работ в различных и особенно важных и значимых ответственных экспедициях, и естественно почти всё своё время проводил во всевозможных поездках и разъездах в совершенно разные, и порою весьма отдалённые края и дали (и кстати, о чём он совершенно не жалел). Да, и естественно что в силу этих постоянных разъездов дома он обычно бывал или зимою, или в относительно небольших передышках и промежутках между экспедициями, которые не очень то и часто, но всё же обязательно бывали. Да, а всё-таки интересно, почему Айлан так срочно вызвал Андрея, и что это ещё за дело… Да ну ладно, — ещё где-то минут пять осталось, а там он уже всё мне объяснит. Да, — но вот и его дом.
И подойдя к покрытой небольшой туманной дымкой высокой створчатой двери он зашёл внутрь, где в широком и просторном холле возвышался большой и почти действующий старый покрытый мрамором камин и поднявшись на второй этаж остановился напротив высокой и широкой двери, немного улыбнулся и позвонил.
Дверь ему почти сразу-же открыл одетый в светлый шелковый восточный халат немного улыбающийся Айлан и пропустив своего гостя с небольшой улыбкой сказал:
— Ну что-же, а ты вовремя, сейчас ровно 2.
— Ну, а это как мы и договаривались.
— Ну что-же, проходи, садись.
И он указал на открытую дверь в его просторную гостиную, в которой на большом стоявшем посередине столе уже стоял чайный сервиз на двоих из очень тонкого китайского фарфора и предложив ему присесть на одно из высоких кресел, стоявших вокруг стола сам опустился на своё привычное и обычное хозяйское место. Андрей также по давно устоявшейся традиции занял кресло напротив хозяина и посмотрев на него немного улыбнулся и спросил:
— Ну, и как прошла твоя последняя поездка?
— Просто прекрасно. Правда эти дожди… Да ну ладно, с чего мы начнём, — давай для начала с чая.
— Давай, с удовольствием.
Айлан немного приподнялся, наполнил 2 чашки и передав одну своему гостю снова опустился на своё место и начав размешивать чай с небольшой улыбкой посмотрел на своего гостя и слегка кивнув на всякий случай сказал:
— Да, и кстати, можешь спокойно закуривать.
— Да уж спасибо, но я здесь вроде бы не в первый раз.
— Тем более, — улыбнулся ему хозяин. — Да, а кстати, какие сигареты ты сейчас предпочитаешь?
— Спасибо, но вообще-то свои.
— Ну смотри, — а то табачный выбор в этих стенах как всегда весьма разнообразный.
— Да нет, спасибо, — покурю свой «Кемэл».
— Ну что-же, ладно, да и кстати, если хочешь, — то этот лимон самый свежий.
— Да, а это пожалуй лучше немного попозже.
— Как хочешь. Да, ну и как тебе этот туман?
— Превосходно.
— Да, и я тоже так считаю.
— Да, а чай у тебя как всегда самый отменный.
— Спасибо, — традиция.
— Ну и извини пожалуйста, а надолго ли ты на этот раз в наших краях?
— Ты знаешь, но на этот раз я всё же решил воспользоваться своим законным «правом отпуска», которого у меня за эти годы накопились уже многие месяцы, и до конца лета просто немного отдохнуть у себя дома.
— Ну что-же, по моему это просто прекрасно, а то ведь дома ты обычно весьма редкий гость.
— Да, и сейчас я тоже так считаю. Да, и какой сейчас у нас стоит туман… Не часто же такое встретишь.
— Да, пожалуй. А как там, на востоке, — всё те же дожди?
— Да, там всё те же дожди.
— Да, и льёт-то там уже почти 6 год подряд.
— Пока ещё не прекратилось.
— Ну и как твоя последняя поездка?
— Да, а что касается этой моей поездки, да и нашего с тобой разговора… Да, а ты знаешь, но там мне открылось кое что и действительно довольно очень важное, да, и мне вообще-то просто необходимо сегодня с тобой кое о чём очень серьёзно и достаточно подробно переговорить.
И Айлан вытащил из лежавшей на столе пачки длинную и тонкую сигарету, прикурил и очень серьёзно и внимательно посмотрел на Андрея.
— Да, я просто очень хотел поговорить с тобой, и именно с тобой по одному и просто очень важному вопросу. Понимаешь, — то что я тебе сейчас скажу, на самом деле является делом совершенно особенной государственной важности, и после этого разговора об этом пока что будем знать только мы двое. Да, и если всё это благополучно закончится, — то больше и никто.
— А… А в чём, собственно дело?
— Да, а дело в том, что во время этой поездки мне совершенно неожиданно открылся один и очень важный вопрос, да, вопрос, от которого может зависеть просто всё наше дальнейшее будущее…
— Всё?
— Да, совершенно всё, — и в какой стране мы будем дальше жить, и кто в этой стране будет стоять у власти, — ты понимаешь, — просто всё, всё полностью…
— Всё?
— Да, всё это полностью.
— А что… А в чём собственно дело?
— А дело здесь и действительно довольно непростое, и ты знаешь, Андрей, — возможно здесь мне потребуется твоя помощь.
— ?
— Да, и ты пожалуйста не удивляйся, но дело в том, ты можешь даже не поверить, — а дело в том, что во время моей последней экспедиции мы около месяца простояли рядом со стоянкой местных рыболовов и оленеводов, — народ это действительно очень своеобразный, живут они в чумах и юртах, носят звериные шкуры и за последние примерно 200 лет их быт и образ жизни почти совсем не изменился. Да, и самым верховным человеком у них являлся их шаман, — человек очень странный и достаточно замкнутый, но вполне и в совершенстве обладавший некоторыми совершено сверхъестественными и необычными экстрасенсорными способностями и возможностями. Да и кстати, извини, — налить тебе ещё чаю?
— Да, пожалуй.
— Да, и итак примерно через неделю после того как мы остановились рядом с их стоянкой, где-то уже ближе к вечеру когда я был один в палатке я вдруг услышал как кто-то очень тихо зовёт меня по имени, и когда я вышел то увидел довольно невысокого местного мальчика, который оглянувшись по сторонам очень почтительно поклонился мне, и подойдя немного поближе тихим голосом сказал что их глава, Юргадан (так звали ихнего шамана) послал его ко мне и попросил его передать что сегодня вечером он будет ждать меня в своей юрте, и что разговор будет достаточно важным и чтобы я приходил один. Этот мальчик будет провожатым.
— Ну, и когда-же нам идти?
— Если вы свободны, то конечно лучше уже прямо сейчас.
И поскольку никаких особых дел у меня в тот вечер не было, я написал небольшую записку своему помощнику что я ушёл, и буду где-то поздно вечером, накинул свою куртку и кивнув ожидавшему меня мальчику вышел и пошёл вслед за ним к видневшемуся совсем неподалёку от нашей стоянки поселению. Мой проводник весьма быстро провёл меня мимо стоявших довольно близко друг от друга чумов, и выведя на довольно широкую площадь посередине этого посёлка и указав мне на довольно высокое покрытое оленьими шкурами жилище попросил меня немного подождать, подошёл к входу и раздвинув занавешивавшие проход оленьи шкуры довольно юрко прошёл внутрь. И даже меньше чем через минуту он появился снова и почтительно поклонившись сказал что меня уже ждут, и отойдя немного в сторону пропустил внутрь.
Я вошёл, — посередине горел довольно невысокий огонь, по краям у стен виднелись какие-то покрытые меховыми шкурами топчаны, весь пол точно также был устлан шкурами, а напротив меня на широком топчане-сиденье с двумя горевшими по краям светильниками сидел довольно высокий для этих мест человек лет 35, одетый в очень аккуратно сшитую и хорошо подобранную из меховых шкур одежду, местами прошитую золотистыми и серебряными лентами и узорчатыми украшениями из разноцветного бисера.
Сначала он довольно внимательно и как будто изучая около минуты посмотрел на меня, потом улыбнулся и благосклонно кивнув мне сказал:
— Ну что-же, проходите, — и показал мне на соседний с ним топчан, тоже также аккуратно застеленный очень ровно обрезанными по краям оленьими шкурами.
— Да вы садитесь, не стесняйтесь. Да, а меня вы можете называть Юргаданом, и я являюсь…
— Да, спасибо, мне уже об этом сообщили, и к тому-же мы уже несколько раз с вами виделись и даже разговаривали когда ставили здесь наш лагерь.
— Да, я тоже это помню. Да, а вы знаете, зачем я вас сюда позвал? — И он очень внимательно посмотрел на меня, потом немного помолчал, а после продолжил.
— Нет, вы этого пока ещё не знаете… Ну что-же, пожалуй за то время пока ваш лагерь будет стоять рядом с нашей стоянкой, я думаю что уже смогу вам всё достаточно подробно объяснить и разъяснить.
— А… А если не секрет, то в чём-же собственно всё-таки ваш вопрос?
— А в чём-же мой вопрос, и почему я вас сегодня пригласил… Да, а вы знаете, а ведь я 4 года ждал этого дня, — я знал что вы сюда приедете и простоите здесь достаточно долго, и всё это время я ждал вас… Да, ведь вас зовут Айлан Гирн, и вы 7 лет назад закончили с золотой медалью один очень престижный институт у вас на Большой Земле…
— Да, совершенно верно. А извините, а откуда вы знаете…
— Да, всё совершенно верно. Да, а в чём-же мой вопрос… А в чём мой вопрос… Ну что-же, — слушайте.
И тут он начал свой рассказ. А рассказ этот и правда стоил очень многого. В тот вечер они проговорили 2 часа, до самого позднего вечера, и в последующие дни по вечерам Айлан также продолжал приходить в их посёлок, и там примерно 2 недели Юргадан продолжал с ним эту их неспешную беседу.
Да, а вопрос, о котором поведал Айлану в той далёкой заброшенной тундре этот одетый в оленьи шкуры и действительно довольно необычный человек, и правда был достаточно серьёзным. Да, а дело в том что этому человеку, просто в совершенстве владевшему достаточно серьёзными и сильными экстрасенсорными способностями и с очень хорошо развитой способностью как-то заглядывать и вперёд, в будущее и узнавать там всевозможные предзнаменования многих предстоящих событий, и порою даже их весьма тонкие и зачастую специфические детали, — имена различных действующих лиц этих событий, некоторые детали из их биографии, их действия и их возможные последствия, и многое и многое другое, — то есть то, что мы обычно называем ясновидением. Да, вот таким способностями обладал этот глава этих самобытных и совершенно отрезанных от всякой цивилизации охотников и рыболовов, живших всегда в этой тундре и смотревших на людей стоявшей рядом с ними экспедиции чуть ли как не на каких-нибудь пришельцев, пришедших к ним почти прямо с неба божествам и добрым духам.
Да, но однако Юргадан был достаточно очень хорошо образован и хорошо осведомлён о жизни во многих больших городах, просто прекрасно знал географию, математику и геометрию, а также к большому удивлению Айлана практически безукоризненно мог разговаривать на чистейшем английском и французском, прекрасно знал их грамматику и правописание, и несколько не так безукоризненно мог только говорить ещё и на немецком и немного на испанском.
Да, а вот то, что он поведал в эти вечера в своём посёлке Айлану, было действительно не только большой тайной, но это был ещё вопрос, действительно касавшийся всего их дальнейшего будущего, да и всего будущего не только их страны, но и возможно дальнейшей судьбе и будущего всего их остального мира…
А всё дело было собственно в том, что не кто иной, а один из их старых и ещё студенческих знакомых, имя которого Юргадан к сожаленью не знал, вот уже больше 6 лет подряд вёл очень большую и сложную работу над одной из очень совершенных компьютерных разработок, а если точнее — то просто над очень сложным и до гениальности тонко и точно продуманным сложным компьютерным изобретением, которое он вёл вообще-то из чисто научных и экспериментальных интересов, но которое уже сейчас, если бы оно попало в чьи-нибудь не очень чистые, или возможно и в какие-нибудь политические руки, сразу-же бы превратилось в очень мощное и очень и очень опасное оружие… Да, а дело в том, что этот просто гениальный компьютерный теоретик уже больше 6 лет работал с новейшими компьютерными разработками, и в результате ему удалось создать некий и совершенно уникальный механизм, способный просто совершенно неузнаваемо менять и изменять реальность, изменять и передвигать границы времени, опираясь на пласты реальности и на происходящие события как на матрицы, которые возможно и изменять и модулировать, и модулировать совершенно по разному… Также эта его машина ещё способна менять и изменять практически любые климатические условия в любой точке света, и ещё и многое, и многое другое и подобное….
— Да, Андрей, и нам известно что этот человек всё это время работал над этой разработкой один, и держал все свои работы и разработки под очень большим и строгим секретом, так что пока об этой его разработке ещё совсем никому ничего не известно… Да, но если об этой его работе вдруг кто-нибудь узнает, — не знаю, — кто-нибудь из политиков или может быть из других подобных сильных мира сего, — то ты представляешь, что-же может после этого начаться! Ведь тогда очень просто может случиться очень серьёзная, и я бы даже сказал — просто очень страшная вещь! Ведь тогда же это может быть даже совершенно другая модель всего мира и всего нашего прошлого и будущего, которым будет заправлять и властвовать совершенно неизвестно кто, и этой перемены почти что никто из людей даже и не заметит! А те, кто заметят, будут просто беспомощны и бессильны хоть что-нибудь и как-то изменить! Нет, Андрей, ты понимаешь, какое это может быть мощное и страшное оружие, если оно попадёт в чьи-нибудь заинтересованные руки! Ведь эта уже изобретённая машина-мозг способна практически просто на всё!
Да, и вот об этом то и рассказал мне тогда Юргадан во время нашей и многодневной беседы. Да, и кроме этого он мне сказал и то, какая во всём этом может быть наша роль…
— Наша?
— Да, совершенно верно, наша, поскольку главными действующими лицами, могущими остановить и предотвратить всё это он назвал только 2 человек, — меня и тебя.
— Но Айлан, извини, а мы то что здесь можем сделать?
— Да если честно, то я и сам пока это точно не знаю… Но как сказал мне Юргадан, когда я приеду в город, то этого человека там ещё не будет, он появится в городе только через месяц. Да, и когда он появится в Городе, то он сразу-же пойдёт к тебе, Андрей с одной просьбой, связанной с твоею репортёрской деятельностью. Да, и тогда, в тот день и должны будут поставлены и все точки над И… Да, дело в том, что там, в той тундре Юргадан ещё сказал мне что примерно за несколько дней до этого визита этот человек или увидит что-то, или что-нибудь и очень особенное и странное с ним случиться и произойдёт, и что это просто в корне изменит все его намерения и планы, откроет наконец-то ему глаза на то, что-же он соорудил и чем это всё может грозить, что в корне изменит все его планы и всю ситуацию, и если всё будет нормально, то нам с тобой даже не придётся почти ничего делать. Да, и Юргадан сказал мне что если это произойдёт, то нам также как и этому человеку будет дан какой-то знак что всё нормально, и мы тоже будем это знать…
— Да? А знаешь, а это даже интересно.
— Да, вполне возможно, и я тоже так считаю.
— Да, Айлан, извини, а если…
— А если… А если этого не произойдёт… То что-же, то тогда я срочно подключаю все свои связи и моих знакомых, и придётся действовать уже очень быстро и держать это всё в строжайшей тайне. Да, это в том случае, если придётся здесь действовать нам… Ну что, давай ещё по чаю, или кофе?
— Да, пожалуй лучше кофе.
— Совершенно согласен.
— Ну а что-же пока можем здесь мы?
— А что здесь пока можем мы? Да пожалуй пока для начала установить личность этого неизвестного, ведь нам сейчас известно что он учился вместе с нами, и окончил учёбу примерно в то же время, что и мы. Ну и что-же, давай пока из известных нам сейчас двух фактов попробуем вычислить, кто-же всё-таки это, как его зовут, где он сейчас и чем примерно занимается… Да, сейчас я введу на своём ноутбуке запрос на всех выпускников нашего института закончивших его в нашем году и примерно на 4 года раньше и на два года позже, да, сейчас, вот пожалуйста, — вот выпуск всего нашего года, вот два предыдущих, да, вроде бы всё в порядке. Вот, взгляни сам, — и отойдя от письменного стола, стоявшего у окна с краю он дал подойти к нему Андрею и немного посмотрев на списки фамилий заполнивших экран ноутбука постоял, посмотрел на Айлана, а он несколько задумчиво ещё посмотрев на экран помолчал, а потом вздохнул и негромко продолжил:
— Так, а теперь мы сделаем запрос и попытаемся определить, кто и чем занимался все эти последние годы. И давай начнём лучше с выпуска нашего года…
И примерно минут через 40, сделав перерыв и вскипятив ещё раз электрический чайник они снова уселись за большим столом, и Айлан налив чаю и вытащив ещё одну длинную и тонкую сигарету прикурил, передал Андрею его чашку, затянулся, немного сосредоточенно помолчал и когда они сделали по несколько глотков и поставили свои чашки обратно на стол ещё раз посмотрел на Андрея и сказал:
— Ну что-же, а выяснили мы уже не так-то и мало. Да, почти все выпускники нашего института этих лет или имеют прочные рабочие места и семьи, или живут и работают сейчас за границей, некоторые занимаются фермерским хозяйством, так что вроде бы всё чисто. Всё, или почти всё, — за исключением 5 человек, которые нигде в последние годы не работали, и которые… И которых мы сейчас пожалуй и проверим. Я конечно-же не знаю и сейчас уже не помню никого из них, но кто-то из этих пяти… Да, сейчас допьём этот чай, и попробуем узнать о них немного поподробнее.
И через пять минут, докурив и закончив с чаепитием они снова подошли к столу с ноутбуком и Айлан сделав запрос по этим остальным фамилиям немного подождал, потом склонившись над клавиатурой минут 10 немного поколдовал над клавишами и оглянувшись на стоявшего рядом с ним Андрея кивнул на монитор ноутбука и сказал:
— Ну что-же, а вот теперь ты видишь всё и сам. 4 человека просто чистые, — трое из них всё это время были просто безработными, а четвёртый почти четыре года подряд не вылезал из различных лечебниц и пансионатов после одной не очень удачной загородной поездки на машине. Да, те четверо конечно без каких-то подозрений, а вот пятый… Да, я думаю ты должен его помнить.
— Кандзэбито Аэ?
— Да, Кандзэбито Аэ, он самый… Да, он самый, наш компьютерный гений, закончивший институт за два года до нас, и очень запомнившийся своими лекциями и предложениями по дальнейшим разработкам и усовершенствованием различных и новейших компьютерных программ и схем… Да, после окончания института он лишь полгода проработал в одном из конструкторских бюро, а потом получив очень большое наследство от одного из своих заграничных родственников вёл весьма уединённый образ жизни на одной из своих южных загородных вилл, и что у него осталась и очень богатая квартира в нашем городе, и что сейчас он находится в сугубо личной поездке за границей по вопросу об урегулировании одного дела между ним и одним из его заграничных кузенов, и что вернётся он в город только через месяц.
— Ну что-же, а это всё сходится…
— Да, и совершенно всё. Ну что-же, теперь по крайней мере мы будем знать, с кем мы будем иметь дело… Да, а это уже не мало.
— Ну что-же, может быть ещё по чаю? Или кофе?
— Да, или по кофе, это с удовольствием.
— Да, ну и туман сегодня…
— Точно, уж в этом сейчас не откажешь.
— Да, а я вчера выглянув в окно и увидев эту туманную пелену сразу понял что ты на него наткнулся по дороге и что тебя можно уже не ждать, и ожидал просто телефонного звонка.
— Да, я вчера вечером звонил тебе из кафе от Сергея, и кстати, тебе от него большой привет.
— Ты мне вчера об этом говорил. Да, и как он там сейчас?
— Прекрасно и отлично. Да и кстати, а кофе у него и правда самый лучший в городе.
— Да, надо будет обязательно к нему заглянуть.
— О, он будет только рад.
— Да, ну и с нашим вопросом мы вроде-бы тоже разобрались, — и Айлан оглянулся и посмотрел на монитор своего ноутбука, — да, и сейчас нам теперь ясно и кто это, и что, и ещё и то, что у нас есть ещё целый месяц в запасе. Да и кстати, а у тебя какие были планы на это ближайшее время?
— Если честно, то знаешь, — я на днях очень хотел бы как обычно всё-таки выбраться из города на море, на один из своих любимых островов…
— Опять эти твои острова?
— Да, опять они самые.
— Как же ты их любишь…
— Да, есть такое.
— Ну что-же, — а пожалуй и не вздумай откладывать этой поездки. И так как ты уже наверное давно туда собирался, и после сегодняшних известий неделя с костром и палаткой, — это самое то.
— А… А ты?
— А я пока воспользуюсь своим отпуском, а заодно займусь и этим нашим вопросом, так что ты можешь спокойно туда отправляться.
— Ну, если ты отпускаешь меня…
— Конечно, о чём речь, и отличной тебе поездки.
— Спасибо, а за это спасибо.
— Совершенно не за что. Ну а я пока за это время соберу всю нужную информацию и попытаюсь составить более точный психологическо-интеллектуальный портрет этого нашего Кандзэбито. Ну я думаю что особенно много времени у меня это не займёт. Да, и ещё я попытаюсь здесь выяснить, чем и где занимался всё это время господин Кандзэбито, и попробую разыскать более полную информацию о всех его интересах, встречах, переговорах, а заодно и об основных больших покупках за эти последние годы.
— Ну что-же, удачи тебе в этом.
— Да, и тебе удачной поездки в эти твои особые места.
— Спасибо.
— Может быть ещё по чаю?
— С удовольствием. Да и кстати, а там, где ты был, на востоке, — там всё те-же дожди?
— Да, а там льют дожди, дожди. Да, и знаешь что мне ещё рассказал Юргадан?
— ? Даже не имею ни малейшего понятия.
— А это кстати довольно интересно, ведь он мне рассказал, что и эти дожди, — это тоже не что иное, как результат одного из первых опытов нашего Кандзэбито. Просто когда у него был готов первый вариант этого супер-компьютера, то тогда он провёл первые его испытания над климатическими изменениями над теми местами, у нас на востоке.
— Да?
— Совершенно верно. И вот с тех самых пор там всё так и льют эти самые дожди…
— Да, и так…
— Да, Кандзэбито наверное тогда на самом деле по свойственной таким людям рассеянности просто забыл об этом своём первом испытании и об его последствиях, да, он наверное не просматривал ни свежих газет и не смотрел телевизора, и то что последствия его первого испытания так до сих пор и продолжают выпадать постоянными и непрерывными осадками, ему сейчас даже просто и не ведомо. Да, и когда мы уезжали, Юргадан очень просил меня если всё это приключение закончится благополучно, то передать Кандзэбито чтобы он наконец-то исправил этот свой промах с дождями, и чтобы в дальнейшем при таких испытаниях он был бы как-нибудь поосторожнее.
— Да, хорошо если это у нас получится.
— Да, и я тоже так считаю.
— И всё-таки, ну и туман у нас сегодня… — И Айлан оглянулся, подошёл к окну, немного посмотрел на эту мягкую и матовую пелену тумана, укрывшего и все дома напротив, и растущие рядом с домом деревья, потом опять подошёл к столу и немного улыбнувшись Андрею сказал:
— Ну что, а может быть ещё по чаю?
— Ну, пожалуй на дорогу… И пожалуйста, с лимоном.
— А ты как думал?
И опустившись на своё хозяйское место и достав ещё одну свою длинную и тонкую сигарету он щёлкнул зажигалкой и спросил:
— А когда ты думаешь отъезжать на свои «морские курорты»?
— Да собственно я собирался туда уже где-то дня через 3 — через 4.
— Да, тогда этот туман наверно уже спадёт.
— Наверно так.
— Ты едешь на неделю?
— Да, где-то дней на 7 — на 9.
— Ну что же, приятной поездки.
— Спасибо.
— Да, ну и туман сейчас у нас… Да и кстати, — не забывай про лимон.
— Да, спасибо. Да, а с туманом нам уж просто повезло. Насколько я помню, такого на нашей памяти ещё не бывало. Да, был два года назад, но он был гораздо посветлее.
— Да, я был тогда в Городе, помню.
— Да, туман, туман…
— Да, когда ты соберёшься выезжать, то обязательно звони.
— Да, конечно, обязательно.
И они допили вечерний чай, докурили и Андрей посмотрел на часы, потом на сидящего напротив Айлана и улыбнувшись сказал — Ну ладно, мы довольно мило посидели, а сейчас — ты уж извини, но мне похоже пора, — а то ещё минут 20 — 30, и придётся возвращаться домой уже в потёмках и на ощупь в этих облаках тумана.
— Ну что-же, давай, приятной тебе прогулки и поездки, — я знаю что там, на этих островах у тебя там совершенно особое место. И Айлан достал ещё одну свою длинную тонкую сигарету, прикурил, Андрей поднялся со своего места, Айлан тоже и подойдя к дверям они остановились и Айлан открыв дверь положил руку на широкий дверной косяк и улыбнувшись сказал:
— Ну что-же, как мы договорились, ты звони.
— Да ну а как-же, обязательно.
— Ну ладно, приятной тебе прогулки до дома.
— Спасибо.
И они пожали друг другу руки, и Андрей стал неспешно спускаться вниз. Выйдя на улицу, в эту туманную пелену он немного отошёл, потом оглянулся, — дом Айлана был уже почти еле виден, хотя он и отошёл-то от него всего метров 20. Андрей посмотрел на часы, — да, если особенно нигде не задерживаться, то до дома он вполне успевает прийти ещё в светлое время. И засунув руки в карманы куртки он пошёл по направлению к площади. Перейдя через площадь он прошёл ещё немного, и когда стал приближаться к тому месту где сегодня днём повстречался со своим неожиданным молодым собеседником, то в его памяти почти сразу-же и очень чётко вспомнилась и его дорога сюда, и этот внезапный и совершенно необычный мальчик, который не только знал его имя и фамилию, но также и знал куда и к кому он идёт, передал ему этот номер его ещё не выходившего журнала и ещё… Да, и ещё он говорил ему что это всё обойдётся, и обойдётся уже просто само, и что… Да, и ещё чтобы он обязательно съездил, как и собирался раньше к себе, на море… Андрей немного ещё постоял на том месте где он встретился с этим молодым человеком, потом потрогал лежавший во внутреннем кармане куртки тот самый загадочный номер журнала, и пошёл дальше к своему дому.
Придя домой он снял куртку, прошёл на кухню и сев на своё привычное кресло вытащил сигарету, посмотрел на окно и решив что в таком тумане зашторивать его совершенно бессмысленно докурил, снял уже закипевший чайник и налил чая в большую вечернюю чашку. Потом посмотрев на холодильник немного зевнул, поставил чашку на стол и примерно где-то через полчаса, уже закончив со своим нехитрым ужином налил ещё одну большую вечернюю чашку, закурил и собрался уже идти к себе в комнату, но проходя мимо прихожей немного остановился, улыбнулся и подойдя к вешалке вытащил из кармана куртки тот самый загадочный номер журнала, ещё раз посмотрел на него и только после этого пошёл в комнату.

4

Этот туман, так неожиданно и немного таинственно накрывший весь город исчез также неожиданно, как и появился. Через день, примерно в начале десятого Андрей выйдя из дома увидел уже только лёгкую призрачную туманную дымку, а через 40 минут, когда он вышел из кафе Сергея весь город уже как обычно зеленел своими дворами и деревьями, и лучи тёплого лёгкого летнего солнца уже вовсю поблескивали и отражались в его многочисленных окнах, витринах и киосках. Андрей вышел из кафе, остановился недалеко от входа и посмотрев на ясное и почти безоблачное небо ещё раз оглянулся по сторонам, легко вздохнул и вытащив сигарету прикурил и опустившись на стоявшую рядом с кафе скамейку подумал:
— А это немного даже странно, но почему-то такое ощущение, что никакого этого тумана и не было вовсе, и что всё это… Да, но тут он немного приостановился, ещё раз оглянулся вокруг и вспомнив как они с Сергеем 4 дня назад сидели здесь вечером при свете желтых и туманных фонарей, и как потом… Да нет, — всё это было, да, конечно-же было, — но только и вокруг всё было немного по другому, — и он вздохнул, достал ещё одну сигарету и прикурив подумал что вообще-то вроде бы на днях он собирался выбраться на море, на свои курорты, — да, туман уже спал, так что можно уже собираться… И он ещё немного посидел, потом поднялся и не спеша пошёл к дому. Поднявшись к себе он зашёл на кухню, поставил чайник, приоткрыл окно и опустившись в кресло немного потянулся и достав сигарету подумал что раз туман уже спал, то можно уже звонить в кассы аэропорта и заказывать билеты до одного из их южных морских городов, недалеко от которого, примерно 3 часа езды находились несколько небольших островков, на которые он ездил по устоявшейся привычке уже почти каждый год, и где у него было несколько особенно любимых живописных мест.
Собирать ему почти ничего уже было не надо, — всё основное для этого похода он начал упаковывать ещё 2 недели назад, уже заранее предвкушая эту поездку с мерным плеском волн и практически полным отсутствием какого-либо народа, и ещё раз проверив удочки и запасные катушки вложил в рюкзак сверху небольшую палатку и пакет с различными походными принадлежностями, подумал что это уже вроде-бы всё и ничего не забыто, и застегнул походный рюкзак.
Потом пройдя в свою комнату он набрал телефон касс аэропорта и заказав билет на послезавтра на утренний рейс ещё раз удовлетворительно потянулся, — да, наконец-то послезавтра утром он всё-таки уезжает. Да, а как он этого ждал, ещё с самого начала весны, а потом уже и раннего лета, как уже лёжа в кровать потихоньку и по деталям перебирал возможные детали этой поездки и по несколько раз раздумывая на каком из соседних островков может быть больше грибов и удачней рыбалка… Да, и вот наконец-то послезавтра он едет. И послезавтра начнутся его 10 дней вдали от городов и разных дел, 10 дней когда будут только он и его палатка в глубине большой уютной бухты и может только несколько случайных туристов по соседству… И Андрей вздохнув поставил рюкзак рядом с удочками около стенного шкафа и пройдя на кухню включил чайник и подумал что ещё сегодня надо будет позвонить Айлану и сообщить ему о своём отъезде. Да, а Айлан, Айлан, и вся эта история… Ну ладно, а это вообще-то когда я уже вернусь и Айлан поподробнее узнает с чем-же нам придётся иметь дело… Да, кстати, надо ему сейчас позвонить. И Андрей выключив уже вскипевший чайник налил кофе, подошёл к окну и вытащил сигарету…
И почти весь этот и следующий день Андрей провёл в кафе у Сергея, где они за неспешным разговором сложили достаточное количество преферансов, пасьянсов и шахматных партий и вечером последнего дня Андрей ложась спать немного приоткрыл окно, слегка поворочался в кровати предвкушая уже очень скорое путешествие и где-то около 11 часов уже довольно крепко спал…
Андрей во сне немного поворочался в кровати, открытое случайным ночным сквозняком окно слегка стукнулось об раму и снова встало на своё место, Андрей ещё раз поудобнее повернулся в кровати и устроился на другой бок… Да, но а это вообще-то всё же что-то странное, — вот опять снова, в который уже раз он идёт по какому-то странному, и немного даже привычному лесу, да и всё снова очень и очень знакомо, и почему-то он опять позабыл вчера взять дома свою почту… Да, и сегодня ведь он кстати тоже кажется её забыл… Хотя, — нет, не забыл, — и с удовольствием и вздохом какого-то облегчения посмотрел на свою левую руку, в которой он держал довольно толстую и написанную какими-то причудливыми буквами книгу с малиново-синей обложкой, на которой были изображены два мальчика и наверху очень крупными и несколько топорщащими буквами было очень аккуратно растянуто написанное название: — да, кажется это была «Книжная Книга». Да нет, сегодня он это не забыл. Ага, а вот здесь эта дорожка делает поворот, а за ним… А вот за ним перед ним уже снова стоял всё тот-же очень необычный мальчик, которого он уже встречал однажды по дороге к Айлану, и очень мягко и дружески ему улыбнувшись подождал пока он подойдёт чуть-чуть поближе, снова также улыбнулся ему и сказал: — Да, а это очень хорошо что ты всё-таки решил съездить на море. Да, а об этом случае, — ты не волнуйся, всё обойдётся, и вы с Айланом всё очень быстро закончите. Да, и ещё пока не забыл, — когда вы уже после всего этого вместе с Айлйном снова будете там, на островах, — то я скажу тебе большой секрет, тебя будет ждать там сюрприз и одна очень важная для тебя встреча. Да, и спасибо что ты не забыл как я и просил тебя в прошлый раз взять с собой свою книгу, — теперь я вижу что она в полном порядке, и что всё у вас будет хорошо.
Андрей посмотрел на зажатую им в левой ладони широкую и разноцветную книгу, но вдруг она на глазах у него стала принимать уже строгий и положенный цвет и вид, вот в верхней части стали уже видны написанные какими-то немного даже готическими буквами имя и фамилия автора, а под ними и название самой этой книги, сама книга стала вдруг намного тяжелее и больше, и он попытался разобрать, — что-же там написано, какое имя автора и само название книги, как вдруг и эта книга неожиданно куда-то пропала, он очень растерянно оглянулся, посмотрел на стоявшего рядом с ним мальчика и он ещё раз улыбнулся ему, очень мягко кивнул, обернулся, посмотрел куда-то в сторону и точно также как и в прошлый раз опять растаял в лёгком лесном воздухе. Андрей ещё немного постоял на этой лесной дорожке, посмотрел по сторонам, — да, деревья, ветки…
И Андрей перевернулся на другой бок, немного поправил подушку и снова спокойно и негромко засопел. Андрей спал, время на часах показывало где-то около половины четвёртого, и дувший в приоткрытое им вечером окно едва заметный ветер с улицы слегка шевелил оконные шторы.
Проснувшись утром Андрей немного посидел у себя на кухне, потом позвонил Айлану и они поговорив условились что когда он вернётся, то обязательно позвонит, после этого ещё посидев на кухне посмотрел на часы и легко вздохнув подошёл к стенному шкафу, надел рюкзак и взяв стоявшие рядом с ним удочки стал неспешно спускаться.
Посадка и полёт прошли совершенно нормально, и уже в начале 5 пройдя с полётной площадки в высокое застеклённое здание аэропорта одного из их южных городов-курортов и пройдя через довольно несложную систему проверки он вышел из здания аэровокзала на давно знакомую широкую площадь, заполненную достаточно пёстрыми туристами и встречающими и пройдя к стоявшей с правого края кучке легковых машин, около которой как всегда суетилась весьма разнообразная стайка местных и приезжих подошёл к крайней и спросив у мирно курившего рассматривая иллюстрированный журнал таксиста: — «свободно?» — и услышав «да» сказал ему свой маршрут путешествия. Шофёр немного подумав и ещё раз спросив о расходах согласно кивнул и открыл заднюю дверцу, он закинул туда свой багаж и усевшись в соседнее с водителем кресло хлопнул дверцей и машина мягко и плавно отъехал от здания аэропорта.
И где-то через три с половиной часа лёгкий «шевроле» подъехал к огням небольшого посёлка в 150 километрах от этого города, и подрулив к двухэтажному зданию с вывеской «Отель» машина остановилась, и Андрей вышел, расплатился с шофёром и поблагодарив его эту довольно продолжительную поездку вытащил с заднего сиденья рюкзак с удочками, ещё раз кивнул шофёру и пошёл к дверям этой местной гостиницы. Да, эта гостиница как обычно, не смотря даже на жаркое курортное время стояла почти наполовину пустой и вышедший навстречу уже хорошо ему знакомый портье и хозяин этого заведенья весьма радостно и добродушно кивнул ему и когда Андрей поставил свой багаж рядом со стойкой даже не скрывая своей довольной улыбки сказал: — Ага, а вот наконец-то и вы. Да, а мы честным делом ждали вас вообще-то и немного раньше. Ну что-же, с приездом. Да, а на этот раз вы к нам насколько? Дней на 10? Ну, немного на этот раз, немного, ну да ладно, вы где сегодня заночуете, на 1 этаже или на 2? На втором? Ну и прекрасно, — там как раз свободен ваш привычный номер с видом на море. Да? А катер как обычно будет ждать вас уже на пристани, мой мальчик вас проводит. Да, если будут какие-нибудь пожеланья или просьбы… Что, завтра утром? Конечно, конечно, вот ваши ключи, ужин вам принесут наверх минут через 20. Да, Энни, ты где пропадаешь, — давай, проводи нашего гостя в его номер и проверь всё ли там в порядке и всё ли работает. Да, и ещё, Энни, — но ладно, это когда ты освободишься. Ну давайте, мой сын вас проводит, а утром мы как обычно ещё немного здесь поговорим. Ну всё, спокойной ночи.
— Спасибо, и вам спокойной ночи, — ответил дружелюбному хозяину Андрей, отошёл от стойки и следом за шустрым сильно загоревшим мальчуганом пошёл к широкой деревянной лестнице. Номер был старый, знакомый и когда этот же парнишка принёс ему нехитрый южный ужин и электрический чайник с коробкой чая он поблагодарил его и сказав чтобы утром где-нибудь около 9 он его разбудил поужинал, перекурил глядя на щедро усыпанное яркими звёздами небо и ещё минут 10 постояв у открытого окна пошёл к кровати ложиться.
Утром где-то около 9 в его дверь постучали и несколько минут назад проснувшийся Андрей приподнялся, сказал что открыто и вчерашний мальчуган чуть скрипнув дверью вошёл в комнату, поставил на стол тарелку с подогретой пиццей и чашку горячего кофе и сказал: — Здесь всё как вы просили.
— Да, спасибо, спасибо. Да, и передай Дональду что я минут через 20 — 25 спущусь, и мы с ним как обычно немного побеседуем.
— Да, конечно, он будет вас ждать.
И слегка скрипнув дверью шустрый парнишка снова также юрко вынырнул из его комнаты. Андрей ещё раз потянулся, сел на кровати и быстро одевшись подошёл к окну, слегка приоткрыл его и подойдя к столу сел на широкий гостиничный стул, быстро позавтракал и уже дуя на горячий кофе вытащил утреннюю сигарету, прикурил и сделав несколько глотков потянулся, взял чашку, подошёл к окну и открыв его взглянул на близкое море.
Когда он спустился знакомый хозяин дружелюбно ему улыбнулся и сказав что катер уже ждёт у пристани немного поинтересовался как у них сейчас в городе, нет ли каких-нибудь особых известий и выслушав довольно общий и сдобренный небольшими шутками ответ Андрея улыбнулся и сказал что всё что ему может понадобиться он найдёт под задней банкой в катере, также там он найдёт походную посуду и на всякий случай небольшой запас сухого горючего.
— Ну а как сейчас море?
— Спокойно, спокойно, уже с неделю почти как сейчас. Только в прошлые выходные здесь немного штормило, но в общем всё спокойно.
— Да, а на островах сейчас кто-нибудь есть?
— Нет, только на крайнем, на третьем недавно была одна группа туристов, но она съехала оттуда уже три недели назад. Так что ваше место в самом полном порядке.
— Ну что-же, на этом спасибо, и если мне что-нибудь будет надо, то я сам подъеду за этим к посёлку.
— Ну, или я, или кто-нибудь из моих всегда здесь, а если что, — то где я живу вы знаете.
— Ну, тогда вроде всё, — сказал улыбнувшись Андрей и взяв ключи от катера поднялся наверх, взял свой багаж и спустившись увидел что на небольшим столе у выхода стоят две чашки кофе и улыбнувшись согласно кивнул стоявшему рядом хозяину, сел на диван и выпил с ним две эти гостевые «на дорогу», потом вместе с тем-же молодым парнишкой прошёл метров 300 до выходящего далеко в море пирса и дойдя до того катера, на который ему указал паренёк спрыгнул вниз и ещё раз кивнув ему отстегнул крепёжный замок, оттолкнулся от стоявших рядом лодок и выйдя на чистую воду включил мотор и вырулил к чуть видневшимся в дальней стороне этой большой бухты трём небольшим и весьма заветным для него островам.
Когда он отплыл от берега метров на 300 и ещё раз посмотрел на береговую линию, то снова отметил что места здесь и правда весьма заповедные, и других таких и не очень-то часто и встретишь. Да, если смотреть со стороны города, линия берега была ещё довольно ровной и сравнительно низкой (только местами небольшие скалистые площадки подходили к самой воде и обрывались вниз небольшими 30 — 40 метровыми скатами). Да, это было с одной стороны. А с другой, в начале которой и находились три его сравнительно небольших живописных островка, то там линия берега обрывалась уже высокими и живописными 100 — 150 метровыми скалистыми скатами и обрывами, а через несколько километров и вовсе 300 — 400 метровым отвесным склоном и где-то в 3 километрах оттуда ему с его островов достаточно хорошо были видны две первые шапки уже довольно крупных горных вершин, примерно километров через 30 — 40 переходящих в уже довольно высокие, 4 — 5 километровые, покрытые ледниками и весьма серьёзные горные склоны.
Да, а его острова… Да, а до его островов ему было плыть ещё примерно где-то около 3,5 километров, а так как скорость у катера была довольно хорошей, то где-то минут через 30 он уже подплывал к берегам большой и уютной бухты первого и самого большого из этих трёх живописных островков, на котором он по старому обычаю и размещал свою стоянку. Подплыв к берегу и вытащив катер по мелким камням немного повыше он закрепив его швартовой цепью за растущую у берега невысокую пихту и ещё раз оглядев свою старую стоянку немного вздохнул и сел на широкий и давно ему знакомый камень. Ну что-же, время его отпуска пошло, и пора уже ставить палатку, благо всё здесь осталось как было… И через два часа он уже сидел рядом с хорошо разгоревшимся костром, на котором начинал потихоньку закипать походный чайник, стоящая сзади палатка с расчищенной вокруг неё площадкой выглядела также как-то по домашнему привычно и обжито, и как обычно очень неплохо вписывалась в этот лесисто-каменистый ландшафт, а стоявшие рядом с палаткой удочки напоминали и о большом и живописном озере посередине этого острова, из которого довольно резво вытекал и подпрыгивал на камнях частых перекатов весьма широкий речной поток, в котором в котором весьма изобильно водились большие стайки и форели и хариуса. Да, но этим он займётся уже завтра, а сегодня… Да, а сегодня он пожалуй просто немного побродит по острову, посмотрит на эти места а после проведёт этот вечер здесь, с костром на стоянке.
И немного приподнявшись он налил из чайника чашку слегка попахивавшего костром чая, закурил и сделав несколько глотков посмотрел на раскинувшуюся за берегами бухты широкую и ровную морскую гладь, и отпив ещё немного решил что сначала сходит и посмотри на это центральное озеро, потом пройдётся вдоль вытекавшей из него реки и посмотрит на её частые перекаты, а потом когда он вернётся будет уже почти вечер… И допив чай он закурил ещё одну сигарету, вытащил из рюкзака одну из банок походных консервов и немного подогрев их и слегка перекусив налил ещё чашку чая и откинувшись на своём складном кресле прислушался к крикам чаек и мерному плеску прибоя, посмотрел на широкую водную гладь и закурил ещё одну сигарету.
И через два с половиной часа он уже стоял на берегу этого большого верхнего озера, окружённого высоким ровным пихтовым лесом и весьма живописно возвышавшимися над ним скалами, о существовании которого можно было даже и не подозревать, если приехать сюда простым туристом и остановится где-нибудь на берегу и не особенно углубляться в лесные заросли. Да, а это озеро, окружённое весьма причудливыми скалистыми берегами и каменистыми насыпями, очень часто имевшими довольно причудливые виды и формы, почти зеркально отсвечивало и нависавшие береговые скалы, и синее небо с несколькими небольшими облаками и сквозь его зеленовато-синюю и очень чистую воду очень хорошо было видно каменистое дно на расстоянии 15 — 20 метров от берега, и снующие на глубине 3 — 4 метров стайки довольно разнообразной и часто весьма крупной рыбы. Немного постояв и посмотрев на эту картину Андрей опустился на ствол одного из упавших у берега деревьев, минут 10 посидел в тиши этих вод, прикурил и решил что сегодня он ещё пройдёт и прогуляется вдоль вытекавшей из этого озера речки, да, она была недалеко, вон за тем немного выступающим мысом, а потом… Да, а когда вернётся, то тогда пожалуй уже начнёт потихоньку темнеть. Нет, а как хорошо то здесь, — подумал он прислушиваясь к мирному стрекотанию дроздов и перестукиванью дятлов и посидев ещё с полчаса на этом месте поднялся и потихоньку пошёл вдоль берега.
Прогулка вдоль этой, довольно широкой речушки тоже была отмечена многими и весьма различными воспоминаниями, — вот здесь, на этой каменистой площадке он 3 года назад 2 раза останавливался со своей палаткой, и рыбалка тогда была даже просто великолепной, а чуть дальше, вон за тем изгибом он в прошлом году целый день проходил по мелкой воде у переката со спиннингом, и после этого запасов выловленной тогда копчёной рыбы ему хватило почти до самой весны. Да, а вон за теми камнями он два года назад познакомился с небольшим и весьма дружелюбным семейством медведей, — совсем неподалёку отсюда на берегу у них была их берлога, но они с ним познакомились и с тех пор когда он бывал здесь, то почти всегда «заглядывал к ним в гости» и угощал их теми небольшими набором сладостей, который мог отыскать в своей палатке, на что они реагировали весьма дружелюбно и когда он подходил к этим местам, то они обычно уже заранее встречали его громким приветственным мычанием.
Да, но в этот раз они наверное бродили где-то по лесу и оставив на этом месте небольшой набор специально взятых сладостей он немного постоял там глядя на реку и недалёкие перекаты и выпрыгивавшую довольно высоко рыбу, потом закурил и неспешно пошёл к недалёкому уже морскому берегу. Выйдя на то место, где эта река растекалась в небольшое устье он ещё немного постоял глядя на синеватые морские воды, а потом посмотрев на уже низкое солнце пошёл к сравнительно недалёкой оттуда стоянке.
И вечером, сидя у костра с закипевшим чайником и котелком с макаронами он подкинул в огонь ещё немного сухих веток, добавил в котелок с макаронами банку консервов и усевшись поудобнее в складном дорожном кресле подождал и наконец-то принялся и за свой первый ужин на этой стоянке. Костёр мерно потрескивал сухими дровами, солнце давно уже скрылось и на усеянном яркими звёздами небе был отчётливо виден большой низкий полумесяц. Вечер был хорошим, тёплый ветер слегка шевелил ветви стоявших рядом деревьев рядом с костром, и Андрей усевшись ещё поудобнее подумал: — Первый вечер на этой стоянке… Да, а хорошо что он всё-таки выбрался… Да, а его Город, и все его дела снова уже лежали как будто бы где-то очень далеко, совсем по какую-то другую сторону, если они вообще-то когда-то и были… Да, всё это так и осталось где-то там, где-то далеко и совсем в другой стороне, а сейчас… Да, а сейчас здесь были только его палатка и этот костёр, только эти начавшие появляться на ночном небе звёзды, только мерный плеск волн и этот остров и больше недели времени, когда здесь будет только это… Андрей приподнялся, наполнил ещё раз чайник и подкинув в костёр сушняка повесил его над снова запрыгавшим и разгоравшимся огнём. Чайник зашипел, Андрей снова устроился на своём кресле и вытащив сигарету с удовольствием прислушался к мягкому плеску волн и мерному стрекотанию южных кузнечиков. Да, ну вот наконец-то он здесь, и здесь всё точно также… Да, как-же он любил эти поездки сюда и как-же всегда ждал этого времени… Ну что-же, и ближайшее два-три дня можно будет побродить по этому острову, а потом… А потом можно будет навестить и два стоящих рядом точно таких-же островка, да, и это может быть также довольно интересно…
И первые три дня этого отпуска были благополучно отданы лазанью по скалам у верхнего озера, купанью и сбору грибов, на второй день он выбрался со спиннингом на вытекающую из озера реку и за сравнительно небольшое время успел вытащить столько больших пятнистых форелей, что вырытая рядом с палаткой коптильня была загружена этим уловом до середины следующего дня и на третий вечер сидя у костра с горячим чаем он посмотрел на отсветы лунной дорожки в бухте, на мерно набегавшую волну, на свой походный катер и решил что следующие два дня можно спокойно будет посветить походам на два соседних острова, ведь места-то там точно такие-же, а на втором острове у озера, ведь какие там отличные виды…
Да, а озеро на втором острове было практически точно таким-же, только разве чуть-чуть поменьше, и отойдя немного подальше от берега и приземлившись на площадке где уже потихоньку разгорался небольшой костёр он открыл рюкзак, положил рядом с наполненным чайником то что он взял с собой и подкинув в костёр свежих дров пристроил над разгоревшимся огнём чайник. Да, а озеро это было точно таким-же интересным и глубоким, и во время купания в нём, когда он пытался добраться до дна это опять ему совершенно не удалось, как кстати никогда и не удавалось, хотя и дно ему очень хорошо было видно, и оставалось до него всего как будто бы лишь несколько метров, но всё равно, — слишком уж глубоко, и он решил не рисковать. И уже вечером, возвращаясь на свой остров он подумал что на следующий день можно попробовать пройти и подальше, ведь там в скалах есть такие прекрасные места, и если завтра он зайдёт и на то место на третьем острове…
И весь следующий день он также полазал по скалам и бухтам этих островков, и вернувшись на на свою стоянку и сидя уже за вечерним костром ещё раз посмотрел на чистое звёздное небо, на его отражение в водах бухты и немного грустно подумал что шесть дней его отпуска уже прошли, и что осталось здесь ему всего лишь только три дня… Да, и вся эта жизнь, и этот Город, которые так и остались где-то там, за этими водами, где-то очень-очень далеко на материке и где его ждут и различные дела, и совершенно другая жизнь, и что уже скоро ему будет пора туда возвращаться… Ну что-же, зато у него есть ещё 3 дня, ещё 3 дня этого острова, этой чистой воды, скал и моря…
И на следующее утро взяв свою поплавочную удочку он пошёл вдоль быстрой реки к большому верхнему озеру, где он до вечера успел наловить довольно много совсем не маленьких окуней и подлещиков, и вечером сидя за костром с отличной ухой подумал что завтра тоже можно будет продолжить эти небольшие походы и ещё раз съездить на второй остров и немного побродить по берегу его озера…
Но утром, когда он проснулся и подошёл к своему костру, то вдруг с удивлением и довольно особенной неожиданностью обнаружил то, что он сейчас вообще-то на острове уже не один, и до него довольно ясно доносились голоса какой-то ставящей палатки примерно где-то в 400 метрах от него в соседней бухте и вроде-бы довольно молодой компании…
Да, не стоит пожалуй особенно скрывать, что это было для него достаточно большой неожиданностью, — ведь всё время он обычно всегда был на этих островах один, и на эти острова насколько он знал вообще редко кто заглядывал, но однако… Да, но вот сюда пожаловали и ещё какие-то гости, ещё какая-то, и судя по всему весьма молодая компания. Он наломал мелких веток, разжёг костёр и когда он немного разгорелся подкинул туда крупных сучьев и набрав воды в чайник подвесил его над огнём. Ну что-же, если всё это так, то тогда сейчас он позавтракает, попьёт свой утренний чай и пойдёт уже знакомится со своими новыми соседями, — что это за компания, и какими судьбами, и рамки приличия вообще-то обязывали его как сторожила…
Да, а компания разместившаяся в соседней бухте этим утром состояла из двух довольно уже взрослых супругов, их сына и дочери и ещё двух молодых девиц — сестёр, дочерей одного из братьев державшегося очень солидно и достойно главы этого семейства. Да, на этот остров они попали вообще-то чисто случайно, и думают простоять здесь ещё около недели, остров им очень понравился и они думают провести здесь это время… Да, вы очень рекомендуете посетить и соседние острова? Да, мы уже думали об этом, и мы думаем… Да, правда? Ах, как жаль что вы завтра уже уезжаете. Да? А правда… Да, а если сегодня вечером? Да, давайте у нас? Вот спасибо, спасибо, итак часов в 6, а пока…
А пока Андрей объяснил им что и где на этом острове находится, и пообещал к вечеру нарисовать им более и менее понятную карту этого и двух соседних островов, и вернувшись к палатке немного грустно посмотрел на свою бухту, на резвящихся пернатых и подкинув в тлеющий костёр дров набрал чайник, повесил его над огнём и подумал: — Да, а вот он на острове и не один…
Но однако совершенно ничего плохого от этого нового соседства он не обнаружил, и вечером, сидя у их лагеря за горящим костром он случайно заметил что он вроде как ему сначала показалось случайно, но всё время обращает внимание на старшую из этих двух и весьма миловидных сестёр, на высокую и симпатичную блондинку, которая надо отдать ей должное, также всё время сидела, и к концу их вечера просто уже ждала каждого раза, когда-же он опять посмотрит в её сторону, и каждый раз ей казалось… И каждый раз ей казалось что и он… Что и он тоже… В общем, весь этот вечер они сидели у этого костра, и ждали когда-же кто-нибудь из них посмотрит в чью-нибудь сторону, и очень жадно ловили каждый такой взгляд, содержавший… Да, а что могут содержать такие взгляды у двоих молодых людей в общем то довольно хорошо известно, но мы всё же можем здесь сделать и одно небольшое отступление, и сказать что этот вечер и следующий за ним день как-то по особому запомнился и отметился в памяти у них обоих, и что спустя даже довольно много лет они тихими вечерами очень часто вспоминали этот вечер на далёком тихом острове…
Да ну ладно, а мы похоже тоже забежали здесь немного дальше в этом нашем повествовании, за что мы очень извиняемся и спешим вернуться к месту действия, и заметить что в этот вечер выяснилось что приехавшие сюда гости тоже были из того-же Города, и хоть и жили они немного в разных местах, но весьма привычные названия улиц и некоторых особых мест неоднократно были произнесены во время этого вечернего разговора, и когда уже достаточно стемнело он вручил им набросанный им план этого острова и объяснив им некоторые особенности и достопримечательности этих мест ещё раз сказал им что он к сожаленью уже завтра уезжает, и что ему уже пора, на что послышалась последовавшая за этим многоголосая тирада что — что-же, как-же жаль, и что большое спасибо, — а также и напоминание о том, что они живут вообще-то в одном городе, и что их адреса им всем известны и что через месяц, когда они вернутся из своей поездки (после этого острова его соседи собирались съездить на неделю во Францию, а закончить свой отпуск они хотели в одном из очень живописных мест в испанской Каталонии), да, и что когда они вернуться из своей поездки, то они конечно созвонятся, и что может быть…
И что может быть Аззетта, та старшая из этих двух сестёр, которая весь вечер так и не сводила с Андрея своих глаз также очень сильно ему чем-то запомнилась, тем более если учесть что и сам Андрей весь этот вечер также если куда-то и смотрел, то каждый раз встречал почему-то своим взглядом всё ту же Аззетту…
Когда он вернулся к своей палатке было уже довольно поздно, — стемнело где-то около часа назад и подойдя к палатке и быстро накидав сухих веток он развёл костёр, повесил разогреваться чайник и оставленные на вечер макароны с консервами и опустившись на своё место достаточно грустно подумал: — Да, ведь это его последний вечер на этом острове… Да, и завтра ему уже нужно будет возвращаться обратно в свой Город. Да, а Город… Да, и как там сейчас Айлан, и как… Да, и Айлан, и Айлан ведь будет его уже ждать… Да ну ладно, это уже послезавтра, а сегодня у него последний вечер… Он оглянулся, — вокруг повсюду слышалось мерное и успокаивающее стрекотание сверчков, усеянное яркими россыпями звёзд небо и большой полумесяц очень отчётливо отражались в водах бухты, мерный плеск волн настраивал на самые мирные и спокойные воспоминания… И Андрей снял закипевший чайник и уже начинавшие подгорать макароны, выложил их на тарелку и подождав пока они остынут налил чашку чая и принялся за свой вечерний ужин. Минут через 20, поставив пустую тарелку и котелок с краю от потрескивавшего костра Андрей немного посмотрел на отражение звёзд в воде бухты, потом улыбнулся и посмотрев в ту сторону, где стояли его новые гости и улыбнувшись вспомнил сегодняшний вечер и эту Аззетту, которая совершенно особенно ему чем-то запомнилась, и которая… И которая была совершенно совсем не такая как все, которая была совершенно особенной и которая… — Рассуждал про себя наш внезапный Ромео, и когда он допил свой вечерний чай и посмотрев ещё раз на звёзды глубоко вздохнул, и несколько грустно подумал что сегодняшний вечер — последний на этом острове и ещё задержался прислушиваясь к мерному плеску прибоя и когда его слегка потрескивавший костёр почти догорел подумал что всё таки уже довольно поздно, залил недовольно прошипевшие угли водой и ещё раз вздохнув пошёл к палатке.
Он забрался в палатку, залез в свой спальник и уже минут через 15 совершенно счастливо и крепко заснул. Да, и где-то около 3 часов ночи, когда он чуть-чуть пошевелился в спальнике устраиваясь на другой бок, то вдруг увидел во сне как какой-то силуэт, стоявший где-то впереди около большого и высокого окна кивает ему головой, оборачивается к нему, смотрит, а потом подходит к подоконнику и ещё раз посмотрев на него совершенно бесшумно открывает это окно. Потом он снова оборачивается к нему, улыбается и тут он узнаёт в нём опять того самого необычного мальчика, который, и с которым он однажды уже встречался…
— Да, а ты прав, а это снова я. Да, конечно и тебе и твоему другу сейчас довольно трудно, — да, ведь через 2 недели вас ждёт одно, и очень важное для вас дело… Да, но ты не волнуйся, — я же ведь уже говорил тебе, что всё у вас будет просто хорошо. Да, и кстати, вы с Айланом можете быть совершенно спокойны, — примерно где-то за 5 дней до визита к тебе этого человека с ним кое-что произойдёт, кое-что, и вполне очень важное, да, и вам с Айланом это тоже станет известно, и после этого вам даже почти ничего не придётся делать. Да ну что-же, ну а дальше я уже желаю вам успехов и счастливой дальнейшей жизни, и тебе, и Айлану, и Кандзэбито, да, и ты не удивляйся, и твоей подруге также, — вот, смотри, вот это, — и тут он приоткрыл окно немного шире, и за ним сразу-же вдруг ярко зажглись висевшие всё это время в воздухе большие блестящие гранённые жёлтые, зелёные и синие полупрозрачные шары, висевшие в воздухе сразу-же прямо за этим окном, и в комнату полилась очень мелодичная и чем-то немного ему знакомая спокойная и лёгкая музыка.
— Ну что-же, а это — тебе.
— Мне?
— А если хочешь, — то вам.
— А… А как…
— Да, опять ты про это. Да ну ладно, — а сейчас лучше спи.
— Да ведь я итак сплю…
— Ну что-же, и прекрасно, — тогда спокойной ночи.
И Андрей перевернулся на другой бок, а эти шары ещё немного повисели пред этим открытым окном, потом очень плавно, один за другим стали подлетать почти что к самому окну, потом как-то очень мягко отскакивать и также плавно отлетать куда-то очень далеко-далеко, а после этого и таять уже где-то в звёздном небе… Андрей крепко спал, чему-то во сне довольно и счастливо улыбаясь, до рассвета оставалось ещё два часа, большой полумесяц очень хорошо и отчётливо отражался в зеркальной воде бухты и вокруг палатки раздавалось спокойное и мерное стрекотание больших южных сверчков.
Проснувшись утром и разведя костёр Андрей вскипятил чайник, немного посидел с утренней чашкой кофе и немного вздохнув поднялся и стал собираться. Когда всё было уже уложено и упаковано, и осталось только уложить сверху палатку он остановился, немного грустно посмотрел на место своей стоянки и подойдя к горячему чайнику налил себе чашку, присел и посмотрев на солнечные блики в своей бухте подумал: — Ну вот и всё… Да, а на этот раз вроде и неплохо вышло, хотя конечно-же немного маловато… Да и кстати, надо навестить ещё своих новых соседей и попрощаться, да и эта одна из сестёр, — да, Аззетта, — так кажется, да… Ну что-же, сейчас ещё немного посижу и надо уже сходить к ним, попрощаться.
Новая компания, стоявшая лагерем совсем неподалёку встретила его очень радушно, и все были крайне опечалены тем, что он уже уезжает, и когда он возвращался к себе он ещё раз вспомнил то, как смотрела на него эта самая старшая их этих двух сестёр, и почему-то у него в голове всю дорогу вертелось: — Аззетта, Аззетта…
— Да, а что-то особенное в ней точно есть, да, точно, и что-то и очень особенное… Да, Аззетта, Аззетта…
И он упаковал в рюкзак свою палатку, закинул в катер чайник и походную посуду, которую ему как обычно весьма любезно предоставили вместе с катером в этом посёлке, и когда часы стали показывать начало 2 он вздохнул, выкинул догоревшую сигарету и запрыгнув в катер оттолкнулся от берега, и немного отплыв включил мерно и спокойно заурчавший мотор.
В посёлке он пробыл где-то около часа, и когда вызванная его старым знакомым хозяином гостиницы машина подъехала к подъезду этого двухэтажного строения он ещё раз пожал хозяину руку, сел в такси и через 3 с половиной часа, когда они остановились у здания аэропорта расплатился с водителем, взял рюкзак и пошёл к отлетающему через 40 минут самолёту, билет на который был куплен им ещё две недели назад.

5

В Город Андрей вернулся уже поздно вечером и выйдя из здания аэровокзала посмотрел на освещённую яркими фонарями площадь, потом подошёл к стоянке такси и назвав свой адрес с чувством лёгкого удовлетворения опустился на заднее кресло.
Город, встретивший тогда Андрей внезапно снова весь как будто бы изменился (или переменился, можно было смотреть и называть это и так, и по другому) и вместо привычной городской картины его опять встречал совершенно воздушный и почти невесомый Город, со своими площадями, проспектами и улицами, просто как будто бы висевшими совсем где-то в воздухе (такое иногда с ним уже случалось, и он не один раз бывал случайным свидетелем того, как этот город ненадолго меняет свой лик (или просто немного приоткрывает один из своих образов, спрятанных где-то далеко-далеко и глубоко в самом его сердце)). И этот Город снова встречал его словно парящей в воздухе и почти невесомо-воздушной картиной, и пока они ехали к дому, ему опять казалось что все промелькивавшие мимо них дома, площади и улицы даже не стоят, а как будто бы просто висят прямо в воздухе, — такое настроение лёгкости и почти невесомости царило везде и вокруг. Да, такая картинка вообще-то была ему довольно хорошо знакома, и обычно она появлялась когда он возвращался в свой Город из каких-нибудь поездок, — эта воздушность и эти чёткие и ясные, и как будто бы висевшие где-то в воздухе линии улиц и проспектов, да, этот такой знакомый и совершенно незнакомый город, как будто раскинутый здесь чьей-то властной и лёгкой рукой, — и эти лёгкие и чем-то даже волшебные линии как будто висящих где-то в воздухе проспектов, и эти такие знакомые и такие давно уже привычные дома, но только почему-то стоявшие, и как будто бы одновременно висевшие сейчас как будто где-то в воздухе, и чутко и хранящие каждый какую-то свою, и совершенно особенную тайну.
Доехав до своего дома он расплатился с таксистом, взял свой рюкзак с удочками и выйдя на тротуар немного постоял, глядя на такую знакомую, но сейчас как будто бы висевшую в воздухе и уходящую куда-то далеко картину своего такого вроде бы знакомого проспекта, и подняв свой рюкзак и закинув его на плечо и взяв поудобнее удочки пошёл к своей парадной.
Зайдя к домой и оставив рюкзак вместе с удочками в прихожей рядом с вешалкой он зашёл на кухню и включив неяркий свет опустился в любимое кресло, закурил сигарету, вздохнул, немного потянулся и улыбнувшись включил чайник. Да, наконец-то он всё-таки опять дома… Да, а ведь что ещё, — а ведь совершенно верно и то, что и весь этот Город также на самом деле хранит и какую-то свою, и совершенно особенную тайну… Ведь уже сколько раз он возвращаясь видел эту странную и совершено ни на что не похожую картину всех этих как будто бы воздушных и совершенно невесомых домов, площадей, проспектов и улиц… Да, Город, Город, Город…
Ну что-же, — ну и всё-таки наконец-то он снова у себя дома… И положив сигарету на край пепельницы он выключил вскипевший чайник и налив чашку чая посмотрел на холодильник, и откинувшись в кресле подумал что эта поездка на острова получилась просто превосходной, — больше недели леса, скал, озера и моря. Да, а здесь… Да, а ведь мы всегда начинаем любить и ценить наши дома только после каких-нибудь долгих поездок и отъездов, да, обычно только после какого-нибудь длительного в них отсутствия, — с небольшой улыбкой подумал Андрей и вытащив из холодильника нехитрую заправку к бутербродам, сделал свет своей лампы немного потемнее и со вздохом принялся за лёгкий ужин. — Да, а в принципе ведь всё не так-то и плохо, — ведь и на острове за всё это время не было ни одного дождя, да и вообще всё это время… Да, а все свои дорожные вещи он разберёт конечно-же уже завтра, да, а сейчас, — ещё чашку чая…
И просидев ещё минут 20 на кухне он выключил там свет, вошёл в свою комнату, подошёл к кровати и когда он уже расстелил одеяло и собирался начать раздеваться его взгляд упал на стол, весь заваленный различными черновиками и номерами его журнала, и уже почти раздевшись он посмотрел на лежавший немного с краю номер журнала… Да, на тот самый номер, который вручил ему тогда в тумане его очень необычный собеседник, и который… И который должен был выйти из печати ещё только через несколько дней… Тут Андрей немного приподнялся, потянулся, взял этот журнал, — да, действительно совершенно свежий номер, да и вот его рассказ, который должен был быть опубликован в этом номере, вот и одна из его статей, подготовленная им для этого-же номера… Андрей сложил журнал и ещё раз посмотрел на обложку, на которой обычно всегда стоят и дата выхода, и номер журнала, — нет, всё так и есть, и вместо них как будто специально оставленные чистые и пустые места… И Андрей с небольшим вздохом положил этот загадочный журнальный номер на то же место, улёгся и устроившись поудобнее выключил свет и минут через 10 уже крепко спал.
Проснулся он где-то около 10 и выйдя на кухню включил приёмник и подошёл к окну, посмотрел на залитые солнцем дома напротив и немного зевнув взял со стола сигарету, включил чайник и прикурив опустился на своё привычное кресло. Утро было солнечным и тёплым, настроение тоже было таким-же летним, и покончив со своим завтраком он ещё минут 20 посидел у себя на кухне, потом вздохнув поднялся, вошёл в прихожую и занеся в комнату стоявший там рюкзак стал не спеша распаковывать своё походное снаряжение. На это у него ушло где-то около часа, и когда он поставил удочки на их место в стенной шкаф стрелка на его настенных часах показывала уже почти половину первого. Зайдя в комнату и убедившись что всё уже на месте он опять прошёл на кухню, включил чайник и вытащив из лежавшей на столе пачки сигарету прикурил и подумал что вообще-то ему ещё нужно позвонить Айлану, и что луче сделать это уже сейчас… И набрав знакомый номер своего друга он почти сразу с небольшой улыбкой услышал его привычный и вежливый голос.
— Да, это ты? Приветствую, ну и как поездка? Что, вчера вечером? Да, ну это как я и предполагал. Да, что? Нет, не плохо. Ну, и как там твои острова? Великолепно? Ну что-же, я этому рад. Да, а что я? Да, а я за это время разузнал немного побольше про нашего господина Кандзэбито, да, и кстати очень даже интересная картинка получается… Да? Да, а об этом давай мы лучше поговорим уже не по телефону. Когда? Да, давай лучше завтра. Да? Да, пожалуй лучше у меня. Да, давай уже лучше договоримся на завтра, часов на 12. Что, отлично? Ну вот и прекрасно, ну ладно, с приездом тебя, и завтра в полдень я тебя жду. Ну всё, до завтра.
И Андрей повесил трубку, взял уже давно вскипевший чайник и налил себе чашку горячего кофе.
И в полдень следующего дня, уже стоя перед дверью Айлана он немного посмотрел на витражное лестничное окно на площадке чуть ниже, немного улыбнулся и нажал на кнопку звонка. Айлан открыл почти сразу-же и улыбнувшись пропустил Андрея в квартиру, и когда он зашёл Айлан закрывая дверь сказал ему: — Проходи как обычно, в гостиную. И когда Андрей вошёл в это просторное помещение с большим старинным столом посередине одетый как обычно в тонкий светлый восточный халат хозяин уселся на своё привычное место, кивнул Андрею на кресло напротив и когда он уселся вытащил привычную тонкую и длинную сигарету, прикурил и показав ему на полный чайный и кофейный сервиз выпустил густой клубок дыма, немного улыбнулся, и начал:
— Ну что-же, добро пожаловать, добро пожаловать. Ну, и как твоя поездка, сколько ты там пробыл, дней 9?
— Ну, если с учётом дороги, то все 10.
— Ну что-же, а ты загорел. Ну, и как там?
— Там? Да, а там как всегда, прекрасно. Море, скалы, лес, озера, и что самое важное, — то, что обычно почти никого. Да, почти что всегда.
— Да, ну что-же, я прекрасно знаю что такие поездки всегда идут тебе на пользу.
— Совершенно верно, и я тоже так считаю.
— Ну, с возвращением тебя.
— Спасибо.
— Да кстати, с чего начнём, — с чая или с кофе?
— М… Да ты знаешь, — давай пожалуй с кофе.
— Ну что-же, кофе как всегда самый отборный, и кстати опять таки очень рекомендую к нему немного этого особого лимона.
— Ну что-же, давай.
И Айлан разлив из кофеварки по тонкой чашке ароматного кофе пододвинул Андрею его чашку и тарелку с нарезанным лимоном, Андрей кивнув и положив сигарету в пепельницу пододвинул поближе свою чашку с большой шапкой кофейной пены, взял два ломтика лимона, обсыпал их сахаром и отпив немного кофе кивнул и сказал сидевшему напротив него Айлану:
— Да, а кофе у тебя и правда отличный.
— Ну, так это-же традиция.
— Ну что, а как ты думаешь, а…
— Да, но давай сначала мы всё-таки допьём наш кофе, ну а потом уже немного побеседуем.
— Вполне.
— Ну вот и отлично. Да и кстати, если хочешь — то можешь закуривать.
— Спасибо, но это лучше после кофе.
— Ну, совершенно без претензий.
И когда с кофе было покончено, а небольшая добавка лимона делала его вкус как всегда запоминающимся и в лёгкую меру мягким Андрей и Айлан вытащили по сигарете, прикурили, и немного подождав Айлан слегка улыбнулся и начал:
— Ну что-же, так как твоя поездка прошла великолепно, то я тебя с этим просто поздравляю, — да, ты там немного отдохнул, чему я кстати очень рад, — ведь уже очень скоро к тебе должен будет случится визит одного и очень нас интересующего человека, да, и две свежие и холодные головы нам в это время просто очень сильно пригодятся. Так что я просто очень рад что ты немного отдохнул, и скинул на время с себя и всю эту суету, и всё накопившееся за этот год, и мы сможем спокойно и не торопясь разобрать этот вопрос и подготовиться к ожидающей нас скорой встречи. Да, а что касается меня, то я за это время проверил всё заведённое мною досье на нашего многоуважаемого Кандзэбито за эти последние годы, и выяснилось что всё то время он очень интересовался в основном всякими компьютерными технологиями и новинками и что в 40 километрах от города у него имеется очень большая и совершенно роскошная вилла, просто так попасть на которую практически никому невозможно, — пропуск туда только по заверенному приглашению или по разрешению хозяина. Да, но кстати как я успел выяснить, господин Кандзэбито практически никого за эти последние годы к себе не приглашал и почти что ни с кем не встречался, все его переговоры и беседы велись в основном в различных деловых местах города и иногда в некоторых весьма известных клубах, которые он кстати больше никогда не посещал и которые конечно-же совершенно его не интересуют. Да, и ещё у него было около 15 поездок за границу, в которых он встречался с различными представителями ведущих компьютерных фирм и концернов, и из которых он привёз на свою виллу достаточно много новейших компьютеров, деталей для сборки очень больших и очень мощных разнообразных установок, и в остальном держался очень замкнуто и практически не с кем не общался. Да, и что ещё пожалуй касается последних лет нашего наблюдаемого, то ещё можно отметить его и очень внимательный интерес к некоторым вопросам геофизического характера, — его очень интересовали в основном верхние слои земной породы, их строение, времена образования и вся основная информация о них, а также очень интересны его справки в архивах обо всех больших землетрясениях, произошедших на нашей планете за последние 3 тысячи лет, — где, как, когда и какие известные нам изменения за всем этим следовали. Да, и особенно его интересовали различные климатические изменения, время их продолжительности и все их дальнейшие последствия.
— Да однако, во время моей поездки ты не терял зря времени.
— Ну, всё, что я мог. Да ну что-же, и теперь нам уже остаётся только ждать дальнейшей встречи с нашим старым и немного необычным знакомым. Да, и очень надеяться на то, что эта наша встреча будет носить чисто мирный и положительный характер, а то…
— Да, а честно говоря, ты знаешь… Ты знаешь, но мне почему-то кажется что всё это обойдётся, правда я ещё не знаю как, но всё это закончится и мирно и благополучно, и что мы…
— Ну я же ведь уже говорил, что и мне бы тоже очень хотелось, чтобы всё это закончилось именно так.
— Совершенно взаимно, взаимно…
— Да и кстати, извини, но я ещё раз повторюсь, что никто кроме нас двоих пока об этом просто не должен знать.
— Да, я об этом помню.
— Да, ну и прекрасно. Да и кстати, что мы ещё сейчас будем, — чай или ещё по кофе?
— Давай лучше всё-таки по кофе.
— Да, а это без возражений.
— Ну что-же, а пока у нас есть ещё 2 недели до какого-нибудь более понятного для нас времени.
— Да, 2 недели. Да и кстати, ещё раз советую не забывать, что кофе с этим лимоном…
— Да, совершенно согласен. Да, и ещё, — ты знаешь, а во время этой своей поездки я не один раз думал, что всё это… Да, спасибо, про лимон я помню, и так ты знаешь, но как я считаю…
И вышел Андрей из дома Айлана где-то около 4 часов, и неспешно перейдя через площадь пошагал в свою сторону. Да, и мы можем пожалуй тут немного улыбнувшись отметить, что когда Андрей подошёл к тому месту, где 2 недели назад в густом тумане ему повстречался этот, и немного уже нам знакомый собеседник, вручивший ему тогда номер его до сих пор пока ещё не выходившего журнала, то он снова очень ясно и подробно вспомнил всю эту их встречу, и то что этот молодой собеседник говорил ему чтобы он обязательно съездил как и собирался на свою поездку на море, и что… И что — «Да, а вы зря сейчас беспокоитесь, и всё это кончится довольно-таки просто и даже просто прекрасно, и вы с Айланом очень быстро со всем справитесь»… Андрей немного постоял на этом месте, потом оглянулся, постоял ещё немного и засунув руки в карманы неспешно и задумчиво пошёл дальше.
…Да, а вы зря беспокоитесь, и всё кончится просто прекрасно, — да, вот что он ещё мне сказал, а похоже что этот мальчик знал что говорил… Да, в это очень хочется верить… И так он дошёл до своего дома, закрыл дверь и войдя на кухню включил чайник, закурил и когда чайник закипел налил себе чашку чая и вытащив сигарету подумал: — Да, а вообще-то это всё очень даже странно, — ведь этот молодой человек, передавший тогда мне этот журнал… Э, а тут вообще-то… — И он прикурил и подумал: — Э, погоди, погоди, так ведь он же мне ещё и два раза снился, — да, как-же я это забыл, — да, и тогда, в ночь перед этой моей поездкой, и ещё один раз там, на острове перед отъездом… Да, и ведь каждый раз он мне говорил, что всё это закончится просто прекрасно, а в последний раз, там на острове… Да, а вот это то я зря не вспомнил раньше, — да, ведь тогда он ещё сказал, что за 5 дней до визита ко мне… Да, что за эти 5 дней что-то и очень важное должно будет случиться с Кандзэбито, он что-то должен будет или понять, или осознать… Э, стоп, — а ведь это как раз и то, о чём как говорил мне Айлан и рассказывал ему этот гуру в той далёкой восточной тундре, — да, что скорее всего за несколько дней… Так, надо срочно звонить Айлану и договариваться с ним об встрече… Да, и ещё ведь он тогда мне во сне говорил, что после этого он желает всего лучшего и мне, и Айлану, и Кандзэбито… Да где-же там Айлан… Ага, вот, — алло, алло, Айлан…
И уже вечером, выйдя вместе с Айланом на улицу они остановились около его подъезда, вытащили по сигарете и Айлан немного улыбнувшись сказал:
— Ну что-же, так значит если всё это так, и что это действительно… Да, значит в первый раз ты его встретил ещё тогда, по дороге ко мне, когда шёл в этом тумане… Да, и что он вручил тебе ещё и номер твоего пока ещё не вышедшего журнала с твоим рассказом и твоими статьями… Да, а когда должен будет выйти этот номер?
— Послезавтра.
— Так, ну что-же… Да, а всё это очень интересно, и я бы даже сказал тогда что даже очень и очень… Ну что-же, давай тогда мы подождём до послезавтра, и…
— Да, а с этим я вполне согласен, и если послезавтра…
— Да, и послезавтра мы кстати сможем и сравнить эти номера журналов, и… И ты знаешь, я конечно-же тебе верю, но если и номера этих журналов окажутся одинаковыми…
— Да, а ты знаешь, — а мне и самому всё это тоже очень интересно, и если…
— Да, и если эти журналы окажутся одинаковыми… Да, после нашего сегодняшнего разговора меня довольно трудно удивить, но пожалуй если даже посчитать наши дни, то тогда…
— Да, сегодня у нас 15-е.
— Да, сегодня 15-е, твой журнал должен будет выйти из печати 17-го, а до названного нам времени, до 28 остаются… Да, а до этого времени как раз и остаются эти самые 5 дней, о которых мне и говорил тогда в далёкой тундре мой загадочный гуру, и во время которых на нашего и очень уважаемого Кандзэбито как раз и должно будет что-то снизойти, и это что-то как раз и откроет ему глаза и поменяет все его старые планы и… Да, и это вроде бы должно быть 23 число…
— И как мне сказал этот мой загадочный собеседник, то нам с тобою даже почти что ничего и не придётся делать, и решиться уже всё просто само…
— Да ну что-же, спасибо тебе за этот визит и особенно за эту информацию, но сейчас уже довольно поздно, да и тебе ещё добираться до дома…
— Да, сегодня мы немного задержались, но причины для этого были…
— Да ну ладно, тебе и правда пора.
— Ну что, я пошёл?
— Да, и завтра в 12 созвонимся.
— Обязательно.
И Андрей попрощавшись с Айланом повернулся и пошёл по направлению к Городской площади и к себе домой.

6

И утром 17 числа Андрей проснулся, поставил чайник, слегка позавтракал и когда стрелка его часов подползла к 9 часовой отметке он поднялся, спустился по лестнице и довольно быстро дошёл до ближайшего газетного киоска, где уже должны были лежать и свежие номера его журнала. Да, и они действительно там уже были, и Андрей немного прищурившись посмотрел на эту уже ему знакомую обложку и большую фотографию под названием купил два номера журнала и уже неспешным шагом пошёл к себе обратно. Поднявшись и закрыв дверь он вошёл в комнату, подошёл к столу и взяв точно такой-же номер с точно такой-же фотографией на обложке немного посмотрел на него, потом посмотрел оглавление и перелистал только что им купленный свежий номер, потом точно также перелистав и тот, старый, и убедившись что все эти журналы совершенно одинаковые и что никаких отличий в них нет, да, разве только то, что в его «старом» номере просто и очень аккуратно отсутствовали дата и обычный номер самого журнала, которые вообще-то печатались в нём всегда обязательно… Да, ошибиться здесь было уже просто нельзя, и Андрей уселся на своей кровати, закурил и посмотрев на лежащие на столе журналы немного вздохнул и с небольшой улыбкой набрал номер Айлана.
Айлан пришёл к нему уже через час, точно также держа под мышкой такой-же свежий номер журнала, и когда они немного переговорив и сравнив эти совершенно одинаковые журналы перебрались на кухню, и там уже за чашкой кофе решили что пожалуй сейчас им нужно ждать уже следующего вторника, да, того самого 23 числа, когда им что-нибудь должно быть уже известно. Да, и с небольшой улыбкой мы отметим, что когда на повестке их встречи всё-таки появился вопрос, что-же именно им может быть тогда известно, они только переглянулись друг с другом и сказали что точно они конечно-же не знают, но как им кажется… Да, но как им кажется, но вся эта история может…
Да и кстати, мы можем здесь сейчас отметить, что в этом они совершенно ничуть не ошиблись.

————— —————— ———————— ———————— ——————— ———————————
—————— ———————— ————————— ——————— ——————— ———————-
———- ———- —————————- ————————- —————————- —————————

Весь вечер понедельника Кандзэбито провёл перед главным пультом своего большого компьютерного зала, полностью заставленного всевозможными компьютерными блоками и системами, представляющими из себя одну просто совершенную и очень тонко и точно налаженную конструкцию, которая в принципе может… Да, а может этот аппарат и правда очень много, — подумал Кандзэбито, и ещё раз посмотрев на главный монитор и поставив все приборы и индикаторы на нейтральный уровень поднялся, подошёл к выходу и закрыв за собой дверь ещё раз немного грустно подумал: — Да, а может этот аппарат действительно вообще-то всё… После этого он прошёл в свой кабинет, минут на 15 задержался, просматривая какие-то бумаги и уже после этого прошёл в свою столовую, немного посидел и ещё раз грустно подумал: — ну вот, теперь уже всё готово, — и принялся за свой ужин.
Поужинав он вышел из столовой и прошёл в свою спальную комнату, — вставал он всегда обычно рано, а сегодня он итак задержался на час в своём компьютерном зале, и сняв свой обычный халат надел ночную рубашку, расстелил одеяло и улёгшись в кровать выключил свет.

Заснул Кандзэбито Аэ очень быстро, сон у него был как всегда безмятежный, немного светящиеся часы в спальне показывали уже где-то около 2 часов ночи…
— Да, а вот это, а потом ещё и эти две детали… — подумал про себя во сне Кандзэбито.
— Да нет, наверное всё-таки не это, и совсем уже не эти, и совершенно совсем уже ненужные тебе детали, — услышал он вдруг чей-то ровный и спокойный голос у себя над головой.
— Да? А почему это? И… И извините, а вы кто? — спросил немного озадаченный Кандзэбито, поднимаясь на своей кровати и вдруг с каким-то ужасом и удивлением обнаруживая что он находится сейчас не в своей спальне, а в каком-то большом и очень высоком готическом зале, на стенах которого очень ярко горели большие и толстые свечи, а в глубине этой залы виднелась не очень большая, но тоже залитая ярким светом ниша, а между ней и ним… А между ней и ним возвышалась высокая, облачённая в белые одежды и светящаяся во тьме различными световыми отсветами и оттенками чья-то очень-очень светлая фигура, лица которой он почему-то рассмотреть никак не мог, и он в недоумении оглядевшись и с ещё большим недоумением сев на своей кровати, стоявшей ровно по центру этой большой готической залы ещё раз осторожно оглянулся… Да, его кровать стояла по самому центру этого готического помещения, и он как-то испуганно огляделся и пытаясь всё-таки понять — где-же это он, и что всё это значит, и просидев так ещё около минуты он немного собрался и попытался всё-таки снова попробовать задать свой вопрос: — Извините, а… А кто вы? И… И где я сейчас нахожусь и… И что это такое?
— Где ты сейчас находишься, и что это такое? Ну что-же, могу тебе пожалуй лишь сказать что ты сейчас находишься в одном очень надёжном месте, где тебе совершенно нечего опасаться. Да, а вот почему ты здесь оказался, и по какой причине, — на это мы тебе сейчас ответим. Во первых, — это то безрассудство, которому ты посветил все свои последние годы.
И тут ошарашенный Аэ посмотрел на эту стоявшую перед ним высокую и светлую фигуру, и вдруг до него стало очень отчётливо и доходчиво доходить, что во-первых… И во-вторых… И в третьих то, что вся эта его затея была даже больше чем безумной, и что этот его механизм, который действительно может просто всё… Да нет, ничего он уже не может, нет, совершенно ничего, и никто, ни он, ни кто другой просто не имеют на это совершенно никакого права, нет, — вдруг совершенно ясно и чётко пронеслось у него в голове, — и вот пока не поздно он и здесь… А это, — и он ещё раз посмотрел на высокую и стоявшую прямо перед ним фигуру, — да, а это ещё и то, что я пока не поздно, пока хоть кто-то не узнал об этом, должен… Да нет, не должен, а просто обязан просто очень аккуратно разобрать и демонтировать всю эту мою разработку, а также и замести все следы её существования… Да, всё, — и все черновики, и всё остальное… Да, я просто не имею права, чтобы хоть кто-нибудь ещё узнал об этом… Да, только пожалуй… Только пожалуй… — И он посмотрел налево, и увидел стоявшие около двух высоких колон две уже хорошо нам знакомые фигуры, которые молча и с самого начала наблюдали за всем, что здесь происходило, и когда он посмотрел на них они мягко склонили в знак согласия свои головы.
— Да, и совершенно никто не должен будет знать про это, пожалуй только кроме этих двоих поверенных, и к одному из которых, к господину Бельцу ты собирался через 5 дней прийти и попросить его опубликовать одну твою статью и один твой технический текст. Да, и кстати, — можете прямо сейчас и познакомиться, — господин Андрей Бельц, — и Андрей немного отошёл от стены и мягко поклонился, — А это — Айлан Гирн, — и стоявший у соседней колоны Айлан также немного отошёл и очень вежливо склонился.
Ну что-же, теперь вы знакомы, и через 5 дней при встрече дома у Андрея Бельца вы все втроём уже и более подробно познакомитесь и обо всём договоритесь. Кстати, Андрей и Айлан также смогут тебе и кое в чём помочь. Андрей и Айлан также склонили свои головы и улыбнулись так всё и сидевшему на своей кровати Кандзэбито. Аэ поклонился им также, и когда он снова посмотрел на эту стоявшую перед ним очень светлую фигуру, то это был уже совсем не тот Кандзэбито, который ложился в эту кровать сегодня вечером. Да, и ещё и этот свет из той небольшой ниши в глубине этой готической залы…
— Да, а это ты кстати можешь сейчас подойти и посмотреть повнимательнее, — поверь мне, что там собраны все основные сокровища и ценности, собранные и сохранённые всеми вами за всё ваше время, за все ваши многие тысячелетия.
И Кандзэбито послушно поднялся, эта светлая фигура сразу-же оказалась с правой от него стороны, открыв ему проход к этой нише, и Аэ медленным и немного гулким шагом подошёл к нему, немного задержался перед входом, и когда он вошёл туда, то перед ним оказалась высокая и освещённая многими свечами ниша, прямо перед ним возвышалась высокая мозаичная стена с изображением Лика Спасителя и окружающих его святых, с левой стороны от входа возвышалось также обложенное цветной мозаикой очень высокое распятие с горящими перед ним свечами и также лицами некоторых особо избранных святых, и несколько минут постояв и посмотрев на эти чистые и как будто бы воздушные изображения Кандзэбито немного поклонившись взял одну из лежавших там свечек, и немного подумав ещё раз склонился и поднёс её к Лику Спасителя.
Часы показывали уже почти половину пятого, Кандзэбито Аэ крепко и спокойно спал в своей широкой спальне…

——————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————

Не знаю, какое откровение я сейчас открою своему читателю, но всё равно считаю нужным здесь немного особенно отметить то, что этот же самый сон в ту ночь приснился всем троим участникам описываемых здесь нами событий, и что проснувшись Андрей немного посидел на кухне, потом подумал и пройдя в комнату с небольшой задумчивостью посмотрев на телефон и сняв трубку начал набирать номер Айлана. Да, и Айлан тоже совсем недавно проснулся, и также сейчас уже хотел звонить Андрею, — да, всё верно, и им обоим этой ночью снился всё один и тот-же сон… Да, и пожалуй что не только им двоим, — как закончил этот их телефонный разговор Айлан, и Андрей согласившись с ним повесил трубку и немного потянулся, посмотрел на качавшиеся в окне ветви деревьев и пошёл на кухню ставить чайник. Ну что-же, утро стояло хорошее, новости тоже были такими-же, и Андрей налив чашку кофе вытащил из ящика стола свою старую, проверенную трубку (которая лежала там обычно для особых случаев), распечатал новый пакет табака и раскурив её выпустил довольно длинную струйку ровных дымчатых колец, и немного поудобнее устроившись подумал: — Ну что-же, день сегодня вроде неплохой, да и события вообще-то тоже… Ну что-же, остаётся только ждать дальнейшего их развития. Да, и развития скорее всего довольно интересного, и завершения истории с нашим дорогим Аэ.
И в чём он также кстати не ошибся.
И через два дня мальчик-газетчик, разносивший газеты и покрикивавший на ходу все основные новости весело и звонко прокричал под его окном что эти постоянные дожди у них на востоке наконец-то закончились, и Андрей спустившись и купив у него газету последних известий прочитал что вчера утром на востоке их страны тучи, висевшие там постоянно уже больше 6 лет наконец-то рассеялись, и над всей этой огромной местностью наконец-то опять засветило солнце, и что у всех жителей этих мест по этому поводу наступил большой и настоящий праздник.
Андрей позвонил Айлану, и узнав что он уже в курсе немного улыбнулся, и сказал что это похоже на то, что господин Кандзэбито наконец-то взялся и за своё благое дело.
— Да, очень похоже на это, и давай-ка пожелаем ему в этом деле успехов, — пошутил ему в ответ Айлан.

7

И вечером 27 числа Айлан пришёл к Андрею, и они за небольшой беседой за его кухонным столом договорились что завтра утром Айлан в 9 часов уже будет у Андрея, и там они уже будут просто ждать. Ведь завтра должен был как-то дать о знать о себе Кандзэбито, — да, это мог быть и его телефонный звонок, и сам его визит.
Да, и следующим утром, примерно около 10 часов, когда Андрей с пришедшим как они и договаривались в 9 часов Айланом сидели на кухне и потихоньку разговаривали, в комнате Андрея раздался не очень громкий, но довольно ими ожидаемый телефонный звонок, и когда снявший трубку Андрей с заметным облегчением услышал в ней очень вежливый голос с лёгким восточным акцентом, то он сразу утвердительно кивнул сидевшему рядом Айлану, — да, это был Кандзэбито.
— Алло, алло, это господин Бельц?
— Да, совершенно верно, он самый.
— Вы извините, но вас сейчас беспокоит один из ваших ещё студенческих товарищей, хотя возможно вы меня сейчас и не помните…
— Извините, господин Аэ Кандзэбито?
— Да, совершенно верно, алло, алло, мистер Бельц, вы извините меня пожалуйста, но я ещё два месяца назад собирался подойти к вам в это время, чтобы попросить вас напечатать в вашем журнале одну из моих статей, а также и небольшую заметку с техническим тестом о будущем наших высоких технологий… Но вы понимаете, за это время кое что и очень сильно изменилось, и я сейчас хотел бы просто зайти к вам, и немного поговорить…
— Да, прекрасно, зайти ко мне и переговорить здесь со мной и господином Айланом по поводу одного и очень важного вопроса, который решился наконец-то только лишь 5 дней тому назад, в этот вторник, и вы…
— Так, подождите, подождите… Так извините, но так вы обо всём этом знали?
— Да, совершенно верно.
— И вы, и… И господин Айлан, если я не ошибаюсь?
— Да, и господин Айлан, вы не ошибаетесь.
— А…
— А как пройти ко мне… Да, да? Да, вы знаете? Да, ну вот и прекрасно, и извините пожалуйста, что? Когда? Через полтора часа? Да, квартира 39, да. Вы знаете? Ну что-же, итак мы ждём вас, да, в 11.30, да, прекрасно, да, до встречи.
И Андрей повесил трубку и посмотрел на немного задумчиво сидевшего напротив него Айлана.
— Ну что-же, ты всё слышал.
— Да, и даже очень хорошо.
— Ты тоже так считаешь?
— Да, и считаю просто превосходным что через полтора часа мы с ним уже здесь встретимся, и обговорим все оставшиеся интересующие нас вопросы.
— Ну что-же, знаешь, — а здесь я совсем с тобой согласен.
— Ну что, а пока давай по кофе?
— С удовольствием.
— Да, а кстати, а ведь те дожди на востоке, которые там так и лили не переставая уже почти 6 лет, — а они-то наконец всё-таки кончились.
— Да, три дня назад, если верить газетам.
— А почему бы им здесь и не верить? Ведь, если ты помнишь, то пять дней назад, в ночь с понедельника на вторник…
— Да, вообще-то помню… Да уж, что, что, а это…
— Ну и что, и как ты видишь, — действует.
— Да, а это действует наш господин Аэ Кандзэбито, теперь уже действует.
— Ну что-же, удачи ему.
— Я согласен.
— Да, и ведь скоро он уже будет у нас…
— Ну что-же, а пока — давай-ка по кофе.
— Да, конечно.
— Тебе с сахаром?
— Да, пожалуй.
— Ну, тогда и мне тоже.
И ровно в половину 12 их неспешный разговор за дымящимися сигаретами и горячими чашками кофе был прерван непродолжительным вежливым звонком в входную дверь, и они переглянувшись кивнули и Андрей положив свою сигарету в пепельницу поднялся, подошёл к двери и почтительно её отворил. Стоявший за ней невысокий и одетый в безукоризненный чёрный костюм с белоснежной сорочкой и немного им уже знакомый человек восточной наружности очень мягко и вежливо поклонился и посмотрев на Андрея с лёгким акцентом спросил:
— Здравствуйте, извините, но вы, насколько я знаю, господин Бельц?
— Да, а вы — господин Кандзэбито. Ну что-же, — прошу, проходите.
— Да, вы извините пожалуйста, но…
— Да проходите-же вы, не стесняйтесь, да, прошу прямо на кухню. Да, я надеюсь что второго действующего лица вам представлять не надо?
— Да, а вы знаете…
— Ну что-же, всё-таки познакомьтесь, — пожалуйста, Айлан Гирн, учился на одном курсе со мной и закончил его также как и я спустя два года после вашего выпуска. Да, а сейчас он занимается инспекцией и наблюдением за проведением особенно важных и ответственных экспедиций, имеющих особое государственное значение, так что почти всё своё время проводит в поездках и разъездах. Да, а вы присаживайтесь, господин Кандзэбито, да, вот сюда, да, и вам что лучше, чай или кофе?
— Благодарю, спасибо. Да и кстати, называйте меня лучше просто, — Аэ. Да, а что касается чая…
— Да, а если это вам интересно, то у нас сейчас есть отличный и совершенно особенный зелёный чай, вот только вчера вечером привезли самую свежую партию…
— Да? А за это… А за это — большое спасибо, и вы знаете…
— Да нет, мы просто догадывались. Ну что-же, итак вам лучше этого специально отобранного зелёного чая. Да, кстати, Айлан, а этот чай я очень рекомендую, и так как зная что и ты тоже…
— Ну что-же, если ты хочешь предложить этот чай и нам, — то знаешь, я не откажусь.
— Ну вот и прекрасно, и я тоже. Ну что-же, а пока этот чай заваривается… Да, то нашему уважаемому гостю наверно известно то что мы, то есть я и Айлан…
— Да, вы извините меня пожалуйста, но мне действительно известно что вы всё знаете об этой моей установке, с помощью которой… Да, об этой моей бывшей установки, поскольку сейчас её вообще-то уже не существует, — во вторник утром я немного подумал, каким-же безумством будет оставлять это моё изобретение в действующем виде, и к каким и правда просто катастрофическим последствиям может привести то, что она когда-нибудь сможет попасть в какие-нибудь руки, потом ещё раз подумал что даже доверять или раскрывать этот секрет кому-нибудь, даже нашему родному правительству я уже просто совершенно не имею никакого права, — ведь если… Да, и разные люди, и какая-нибудь случайная утечка информации… И вы извините, — но этого мы просто никак не можем себе позволить, — слишком уж сильными и необратимыми могут быть последствия… Так что во вторник утром эта моя совершенно засекреченная база программированного модулирования и модуляции просто прекратила своё существование, и какие-нибудь попытки как-нибудь её восстановить или реконструировать просто уже не у кого не поучатся, ну а я… А я вчера вечером закончил демонтаж последнего оставшегося ключевого блока, и сейчас на моей загородной вилле, где находилась эта моя станция осталась только масса всевозможного высокоточного и совершенно нового компьютерного оборудования, которое я почти всё намереваюсь предложить некоторым нашим ведущим компьютерным центрам, которые конечно-же от этого ни за что не откажутся, ну а ваша помощь в этом вопросе…
— Да, ну а пока я ненадолго вас прерву, господин Аэ, но мы извиняемся, но наш особый чай уже заварился, и я попрошу вас ненадолго прерваться, и отдать должное этому небольшому, но вроде-бы вполне уместному чаепитию, а что касается нас с Айланом, то мы…
— То мы конечно-же поможем вам во всём, о чём вы только можете нас попросить в связи с этим, и правда не очень простым, но вроде уже вполне решённым вопросом.
— Да, большое вам спасибо, а что касается вашей возможной помощи, — то через несколько дней мне возможно может быть нужна какая-нибудь помощь по развозке этих компьютерных составляющих по нескольким нашим компьютерным центрам… Вы понимаете, — мне просто очень не хотелось бы чтобы кому-нибудь было известно откуда все эти комплектующие, в каком месте они были или хранились, и я очень не хочу чтобы в некоторых таких местах ещё хоть раз как-нибудь появлялось или мелькало моё имя…
— Да, а вы знаете, — а здесь мы полностью в ваших услугах, и всё что мы сможем…
— Да, спасибо, и я просто очень вам в этом признателен, очень надеюсь что и эта ваша помощь, и все ваши дальнейшие действия…
— Ну, а уж в чём, в чём, а в этом вы можете быть просто совершенно уверенны. И я, и мой друг… Но — впрочем, о чём мы, ведь такие вещи вы должны знать и понимать просто прекрасно. Так что я извиняюсь, — но наш чай уже стынет.
— Да, большое вам спасибо… О, а чай-то у вас и правда просто замечательный, и ещё и с пеной…
— В самых лучших чайных традициях.
— Очень вам признателен, очень вам признателен, и вы знаете, — это тот самый сорт чая, который…
— О, а если вас интересует этот чай, то в том месте где я его вчера покупал ещё имеются вполне приличные запасы, и если это вас интересует…
— О, а я уже заранее вас за это очень благодарю, и вы знаете…
— О, а это и правда не стоит, — ведь и эта наша сегодняшняя встреча, и наше знакомство…
— Да, я с вами согласен, — всё это случилось довольно неожиданно и даже несколько внезапно, и я сам ещё недавно… Но — большое спасибо, и этот вопрос, по которому мы здесь собрались я считаю уже решённым и законченным, и я попросил бы вас через несколько дней, — ну приблизительно в среду подъехать ко мне на виллу и помочь мне вывезти с неё всю эту большую часть действительно весьма ценных компьютерных комплектующих, и отвезти их по нескольким известным адресам, и там…
— Ну что-же, если только это, — то мы к вашим услугам. Да и ещё, — мы все просто очень рады что вся эта история так удачно и просто закончилась, и мы…
— Да и не только вы, но и я тоже, — сказал очень мягко улыбнувшись Кандзэбито и отпив ещё немного чая прибавил: — Да, но я к сожалению только совсем недавно осознал, какие-же последствия может вызвать это моё изобретение, и понял что на это мы все просто не имеем никакого права… И теперь у меня к вам осталась только лишь одна просьба, — помочь мне вывести остатки этого оборудования, и вся эта история будет уже завершена.
— Да, конечно, — ведь мы уже говорили что с удовольствием в этом вам поможем, и что и всю эту историю уже сейчас можно считать законченной, чему мы просто очень-очень рады. Да, и кстати, как вы смотрите на то, чтобы ещё по чашке этого чая?
— Спасибо, а вот это — с удовольствием.
— Ну, тогда Айлан, помоги мне…
И в среду днём они вместе с двумя рабочими, которых пригласил Андрей погрузили массу всякого и всяческого оборудования в крытый кузов широкой серебристой машины, и въехав в город разгрузили его у приёмных пунктов 3 больших компьютерных центров, и договорившись что ещё такую-же партию они привезут им через два дня, в такое-же время помахали руками Кандзэбито, который на этом же транспорте возвращался к себе на виллу и подумав над предложением Андрея немного посидеть у него они немного переговорили и решили всё-таки разойтись в этот вечер по своим домам. И подойдя к дому Андрей ещё раз подумал, что в какие-нибудь ближайшие дни было бы очень неплохо посидеть вместе с Айланом в кафе у Сергея, да, надо будет с ним поговорить, и Сергей будет этому рад…

8

Айлек проснулся где-то коло 9 часов и немного понежившись и потянувшись в кровати подумал что неделю назад, когда он встретил на Главном Проспекте декана их факультета, то он сам остановился и сказал ему улыбнувшись что его экзаменационная работа выдалась очень удачной и что он ещё очень хорошо помнит его интерес относительно некоторых направлениям современной кинематографии, а также его особый интерес к литературе, и особенно новой, и что он пообещал с начала года… Да, с начала учебного года попробовать всё-таки договориться с начальством об образовании литературно-кинематографического кружка, и основные организационные вопросы в нём будет проводить небольшой коллектив из студентов, и он конечно-же там тоже будет… Да, а что-же, а это ведь совсем неплохо, — подумал он и слегка зевнув и потянувшись достал со столика сигарету, прикурил и прислушался как Джордживич возится на кухне с приготовлением завтрака и минут через 10 поднявшись и выйдя на кухню кивнул своему однокурснику, уже сидевшему за столом с бутербродами и пакетом прохладного сока опустился на своё место, вытащил сигарету, а его товарищ слегка зевнув подмигнул ему и довольно мягко сказал:
— Ну что-же, а может быть ты всё же позавтракаешь?
Айлек несколько вопросительно посмотрел на стол, потом на часы и положив сигарету обратно тоже улыбнулся, и сказав своему другу что в этом он прав кивнул и принялся за разложенный на столе завтрак, а Джорджевич тем временем включил чайник и достав сигарету несколько задумчиво посмотрел за окно.
— Да, ну что-же, а утро сегодня ясное, и днём обещают снова под 30.
— Да, конец лета.
— И кстати, а как ты думаешь, на этом курсе у нас будет какая-нибудь практика?
— Практика? А как-же, и ведь если помнишь, то нас ведь ещё весной предупреждали.
— А, да, — теперь вспомнил.
— Ну что-же, теперь нам осталось уже всего 2 курса.
— Ну, уж это мы сладим.
— Да, и я тоже так считаю.
И Айлек поднялся, снял с плиты вскипевший чайник и вопросительно взглянув на друга спросил:
— Ну, что мы будем, чай или кофе?
— Давай лучше кофе.
— Ну, так это прекрасно, — улыбнулся Айлек и насыпав в чашку кофе передал банку соседу, и пока он насыпал себе залил свою чашку и поставил чайник на стол, на подставку.
— Да, а кофе хороший.
— Арабика.
— Да и кстати, ты не помнишь, — за квартиру нам платить когда, в сентябре или в октябре?
— А… Ты знаешь, — в начале октября.
— Ну что, заплатим также, за полгода?
— Да, пожалуй так будет лучше.
— Да, а всё-таки отличный у нас институт, — и вместо обычных общежитий мы уже давно живём в этих великолепных доходных домах, с которыми у института заключен долгий договор на проживание студентов, и кстати никаких претензий ни к коммунальным службам, ни к жилищным смотрителям…
— Да, а это ведь Город, что-же ты хотел.
— Да, Город, Город… И чего здесь только не встретишь…
— Да, Город, Город… Да, а кстати, а как тебе эта вчерашняя поездка за город на одну очень богатую виллу, с которой мы вывезли целую машину очень сложных и дорогих компьютеров и их различных комплектующих, — да, а ведь эта вилла имеет и какой-то восточный, совершенно особенный и просто уж очень ухоженный вид.
— Да, совершенно верно. Да, и если что, — то мы можем спросить об этом у господина Бельца, который нас туда и пригласил. Да и кстати, ведь и завтра у нас запланирована ещё одна поездка туда, и скорее всего ещё одна машина такого-же груза.
— Да, а это я прекрасно помню. Да, а что касается господина Бельца…
— Да, у него мы можем даже спросить, сколько-же примерно может стоить эта вилла, да, на это он может нам ответить. Да, а что касается всего остального, — так это уже совершенно не наше дело.
— Да, я тоже так считаю. Нас просто очень вежливо попросили, и мы помогли. А что касается оплаты, то за первую поездку мы ведь получили столько, что этого вполне хватит чтобы оплатить это наше жильё сразу за 4 года вперёд.
— Да, совершенно верно.
— Да, и у нас ведь завтра ещё одна такая-же поездка.
— Да, не говори, — и похоже что ближайшие год — полтора финансовая проблема уже не будет нас беспокоить.
— Да, а то уже довольно надоело постоянно сводить концы с концами.
— Ну что-же, спасибо за это господину Бельцу.
— Совершенно согласен.
— Да кстати, ну а как ещё по кофе?
— А знаешь, — очень положительно.
И на следующий день как они и договаривались к их дому подъехал крытый серебристый грузовик, и сидевшие в нём Андрей и ещё один его товарищ, которого они уже однажды замечали вместе с ним а Городе кивнули им, и они прыгнув в кузов тем-же путём выехали из города, и когда примерно через полчаса они опять остановились возле той-же виллы они вышли, прошли внутрь и через 2 часа уже забив почти весь кузов точно таким-же содержимым снова запрыгнули в фургон, а Андрей, Айлан (как они наконец-то узнали и запомнили), и ещё один довольно молодой мужчина восточной внешности уселись в кабину и они тронулись.
И ещё через полтора часа, разгрузив последние компьютерные блоки и не очень им понятные детали на склад одного из престижных компьютерных центров Андрей подошёл к этому невысокому восточному человеку, немного переговорил с ним а потом кивнув и подозвав их вручил им небольшой пакет с суммой, в два раза превышавшей ту, которую они получили при прошлой поездке, и очень попросил их никому об этом не рассказывать, и вообще-то держать язык за зубами, и услышав их согласие и после этого посмотрев на этого восточного человека подождал, и когда он согласно кивнул ему головой вручил им ещё один пакет с ещё одной весьма приличной суммой.
— Да, но это только при условии, что вы в эти дни совершенно никуда не ездили, и что и эта вилла, и всё остальное…
— Совершенно согласны, да что вы…
— Да, мы здесь торжественно вам обещаем…
— Ну ладно, — садитесь в машину, и мы сейчас подвезём вас до вашего дома.
— Спасибо.
И через 20 минут притормозив у их подъезда этот грузовик остановился и два совершенно счастливых студена выпрыгнули из кузова и ещё раз поблагодарив сидевших в кабине также счастливо исчезли в своём подъезде. А этот грузовик включил уже положенные по времени фары ближнего света и мягко отрулив от края тротуара направился сначала к дому Айлана, а потом подвёз и довольно задумчиво сидевшего Андрея.
Андрей поднялся, включил на кухне неяркий свет, поставил чайник и сев в кресло немного задумчиво размял сигарету, потом подумал, положил её обратно и улыбнувшись вытащил из ящика свою верную заветную трубку. И через час, уже ложась спать его взгляд задержался на так и лежавших сверху трёх последних номерах его журнала, один из которых был… И он немного посмотрев на них улыбнулся и выключил свет.
— Нет, а правда, — а хорошо что всё это так быстро и благополучно закончилось, — с небольшой улыбкой подумал он, повернулся к стенке и через 5 минут совершенно счастливо и безмятежно спал.
Утром проснувшись он вышел на кухню, поставил свой обычный чайник и через полчаса, налив ещё одну чашку немного улыбнулся и подумал что пора пожалуй позвонить Айлану. И набрав его номер сразу-же услышал его вежливый и ровный голос, и немного переговорив они договорились что через полтора часа встретятся у Айлана, и повесив трубку Андрей немного улыбнулся, потянулся и достал свою незаменимую сигарету.
И через полтора часа поднявшись по лестнице он немного приостановился перед хорошо знакомой дверью, немного улыбнулся и нажал на кнопку звонка. Открывший ему хозяин немного улыбнулся, пропустил его в квартиру и войдя в уже знакомую нам гостиную они также расселись на привычных местах, и Айлан взяв со стола пачку своих неизменных длинных тонких сигарет прикурил, и поинтересовавшись что сегодня будет пить его гость кивнул ему на стоявшую рядом пепельницу. И пока Андрей доставал и прикуривал свой «Кемэл» Айлан уже разлил по чашкам выбранный ими кофе и пододвинув Андрею его чашку кивнул ему на также лежавшую посередине стола тарелку с тонко нарезанным лимоном.
— Да, а это я опять очень рекомендую.
— Да, спасибо, а это я итак уже отлично помню, — ответил ему улыбнувшись Андрей и пододвинул немного поближе это блюдце с лимоном.
— Да, ну и как, а ведь неплохая получилась история…
— Да, пожалуй… И хотя с начала она была и весьма неожиданной и не такой уж и простой…
— Да, но зато закончилась она весьма неожиданно, быстро и гладко.
— Да, и наш господин Кандзэбито… Ты кстати ничего не знаешь о его дальнейших планах?
— Да пожалуй только то, что при последней нашей встрече он говорил что в ближайшее время вроде бы собирался на несколько месяцев съездить в Швейцарию, — где-то там, в Альпах у него есть какое-то особое место, и он очень хотел бы это время немного побыть там один…
— Ну что-же, успехов ему.
— Да, и я тоже так считаю.
— Да, и кстати, а ты не знаешь… — Но тут Айлана прервал неожиданный звонок стоявшего на столе телефона, и сняв трубку он услышал в ней ровный и вежливый голос самого Кандзэбито.
— Да, я извиняюсь, но сначала я позвонил на квартиру господину Бельцу, но так как там никто не отвечал, я решил что может быть он сейчас находится у вас, и я решил…
— Да, совершенно верно, господин Бельц буквально 20 минут назад заглянул ко мне в гости, и сейчас сидит прямо напротив меня, за столом.
— Ну вот и прекрасно, значит что я не ошибся, и звоню сейчас вам вовремя.
— Да, извините, а чем мы вам обязаны?
— О, извиняюсь, но я очень хотел бы просто принести вам свои извинения за невольно причинённые мной беспокойства, и поблагодарить вас за оказанную мне помощь, и за внимание и понимание…
— Да ну что вы, да и право не стоит.
— Да нет, я пожалуй так совсем не считаю, и чтобы хоть как-то смягчить все эти произошедшие события очень хочу пригласить вас к себе на виллу, и уже там, в домашней атмосфере принести свои искренние извинения. И если вы не возражаете, и ближайшие дни у вас свободны… Что? Когда? Завтра? Вот и прекрасно, прекрасно, да? Часа в 2? Ну так это-же просто отлично, да, и завтра около часа к вам заедет мой шофёр, и вы… Да, и я ещё раз извиняюсь, и завтра мы обязательно с вами встретимся.
На этом Кандзэбито Аэ, будущий министр энергетики и высоких технологий их совсем не такой уж и маленькой и весьма свободолюбивой страны повесил трубку, а наши друзья немного переговорив и допив кофе перекурили, потом пришёл черёд чая, и где-то около 3 часов, когда на столе опять стояли кофейные чашки они ещё поговорили, и наконец договорившись что на днях обязательно ещё раз встретятся, но на этот раз уже у Андрея они где-то около 6 часов они распрощались, и Андрей не спеша и по дороге чего-то мелодично насвистывая пошёл к себе домой.
Придя к себе он посидел немного на кухне, потом с небольшой улыбкой снова вытащил свою заветную трубку и раскурив её подумал что всё-таки прекрасно что они с Айланом договорились что после того как они встретятся здесь, у него, то после вылезут немного прогуляться и посидеть вечерок в кафе у Сергея, — да, это должно быть и вполне интересно, и ведь все они же старые знакомые… Да, а потом… Да нет, а это должно быть и вовсе прекрасно, — ведь сегодня днём за разговором Андрей предложил Айлану также съездить вместе с ним в начале осени на его острова, куда он несколько дней назад решил ещё раз обязательно съездить, и если Айлан составит ему компанию… Да, и Айлан согласился! Он только сказал что вначале он позвонит своему начальству, и предупредит что ещё продлит свой отпуск, которого у него за последние несколько лет накопилось уже достаточно много, а после этого, буквально на днях они с ним более точно договорятся и будут собственно уже подготавливаться к этому походу… Да, и недели через полторы, — да, ведь начало сентября, — это просто прекрасно… И он ещё раз забил свою любимую трубку и выпустил большой и густой клубок дыма.
И вечером следующего дня, выйдя из гостиной господина Кандзэбито и держа в руках замшевые сумки с подаренными им именными ноутбуками и отделанными серебряной окантовкой планшетами они ещё раз поблагодарили его за прекрасно проведённое время, и пожелав ему удачной поездки в его Швейцарские Альпы сели в шикарную серебристую машину, попрощались с ним и его шофёр спросив удобно ли они устроились потихоньку отъехал от виллы. Подъехав к Городу они ещё раз договорились что через день встречаются у Андрея дома, и подъехав к парадной Айлана машина притормозила, Айлан попрощался с Андреем, и вскоре после этого машина мягко подъехала уже и к дому Андрея.
И как они и договаривались, через день в полдень Айлан уже был у Андрея, и посидев на кухне с чаем и сигаретами они немного поговорили, и там Айлан с улыбкой сообщил ему что все вопросы о предстоящей поездке на эти так любимые Андреем острова уже улажены, и он совершенно свободен по своей службе до самой середины октября. Потом они поговорили о поездке к Кандзэбито, и отметив что вилла у него и правда роскошная, и сам хозяин был очень приятен и вежлив и что он искренне раскаивался в том, что в следствии долгих опытов и экспериментов сначала в порядке эксперимента соорудил этот, и весьма совершенный модулятор, который… Который оказался на самом деле не таким-то уж и безопасным, и он искренне раскаивался в том, что так долго оставлял это своё изобретение в почти действующем виде, и очень благодарил их за оказание моральной помощи и поддержке и за саму помощь в уничтожении следов этого его изобретения, и как он в окончании их встречи подарил им по шикарному платиновому кольцу с очень красивыми и крупными брильянтами и по роскошному золотому портсигару, точно также украшенными брильянтовыми и рубиновыми вкраплениями.
— Да, ну что-же, пожелаем нашему новому знакомому спокойно отдохнуть в его Швейцарских Альпах, а после — то наверное удачи ему в дальнейшем применении своих изобретений, но только теперь уже в мирной форме и на научной сфере.
— Да, а здесь наш Кандзэбито пожалуй вполне сможет проявить и свой талант и свои особые и далеко незаурядные способности.
— Я в этом ничуть не сомневаюсь.
— Ну что-же, успехов ему уже на этих мирных поприщах.
— Да, а что у нас ещё на сегодня?
— Да, давай мы как и договаривались где-то через час немного прогуляемся, и посидим часок-другой в кафе у Сергея, — я его уже предупредил об этом, и он был просто даже очень доволен.
— Да, надо навестить старину, — ведь мы и учились вместе на одном курсе, и ещё и потом…
— Да, кстати, там можно будет и немного подумать над шахматной доской, и разложить с Сергеем парочку — другую преферансов.
— Да, он это любит.
— Да, но это уже через час.
— Да, Андрей, и кстати, а как сейчас обстоят дела на твоём писательском фронте? Ведь ты вроде недавно работал и над какой-то своей новой повестью?
— Да, а в общем не так то уж плохо, — есть сюжет и задумка и ещё на одну, и довольно крупную повесть, не знаю, может быть и даже и на целый роман. Думаю этой зимой уже засесть над этими бумагами. Да, а пока у меня уже собран материал на одну, и довольно объёмную книгу из подборки моих ранних рассказов и двух последних повестей.
— Да, а я же ведь ещё когда говорил тебе, что литература — это действительно твоё, и твоё большое. И знаешь, — теперь я уже просто с нетерпением буду ждать выхода этой твоей новой книги. Ну а эта твоя репортёрская работа в журнале… Да, пожалуй разве что порою там появляются твои новые рассказы.
— Ну, а это и правда, бывает.
— И я всегда их читаю с удовольствием.
— Да? Спасибо. Ну ладно, что у нас ещё, может по кофе?
— Знаешь, давай пока по чаю, ведь кофе мы пожалуй вполне можем попить и у Сергея, да, и кстати, нам скоро вообще-то уже выходить.
— Да, я с этим согласен.

——————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————

Айлек часа два уже сидел на кухне и перечитывал одну из очень ему полюбившихся книг Ремарка, и перевернув страницу он немного отодвинул книгу, взял со стола чашку с чаем, сделал несколько глотков и поставив её обратно дочитал последний абзац, на котором кончалась читаемая им глава и отложив книгу посмотрел за окно, допил уже немного остывший чай и вытащив сигарету поудобнее устроился в своём кресле. Да, а день сегодня вроде неплохой, и Джорджевич уже скоро должен вернуться, да, а неплохое это время, — конец лета и самое начало осени, — подумал он и затянувшись выпустил клубок дыма, посмотрел на ещё горячий чайник, и тут входная дверь отворилась и в прихожую вошёл его сосед, неся с собой большой пакет с какими-то покупками и окликнув его сказал что всё в порядке и попросил поставить чайник.
— О, один момент, — он ещё совсем горячий.
— Да? Ну и прекрасно, — ответил уже вошедший на кухню Джорджевич и усевшись напротив Айлека тоже закурил и кивнув на лежавшую на столе книгу спросил:
— Ты что, опять всё это читал?
— Да, и даже не читал, а перечитывал.
— Ну что-же, а сегодня я тоже принёс кое-что, что тебе должно быть интересно, — новое издание отличной подборки Курта Воннегута, два неплохих журнала с современными поэтами, а также наконец-то и отличные новые струны для нашей гитары.
— О, тогда по этому случаю можно будет прибавить к этому чаю и кое-что из вкусного из нашего холодильника, — у нас там есть ещё половина вчерашнего торта, а также и небольшой запас весьма приличного мороженного.
— Да ну что-же, — если так, то я не возражаю.
— Да ну кто бы с тобой спорил.
И разлив по чашкам чай и вытащив из холодильника их сладкие запасы наша компания потихоньку принялась за это «вкусное чаепитие» и когда с остатками роскошного бисквитного торта было покончено, то Айлек откинулся к спинке кресла, с небольшой улыбкой посмотрел на своего товарища и несколько задумчиво подумал, и сказал:
— Да, а знаешь, а не пройти ли нам сейчас немного прогуляться, — на улице сейчас отлично, а если выйти к Главному Проспекту, то сравнительно недалеко от нас я знаю одно просто очень приличное кафе, где всегда варят просто превосходный кофе, и если мы сегодня…
— Да, ты об этом кафе со ступеньками? Ну что-же, пойдём, а кофе там и правда всегда самый прекрасный. Да, пойдём прогуляемся, а то ты опять пожалуй уж засиделся здесь со своей литературой.
— Ну что, тогда идём?
— Конечно-же идём.
— Да кстати, а ты знаешь, а ведь семейка Далмейнов, которая собиралась до середины сентября проездить по Европе, — да, она то ведь уже вернулась, да, вернулась, но не вся.
— Да? А что-же так?
— Да в общем-то вообще-то не понятно… Ну ладно, выключай приёмник и пойдём, а об этом можем поболтать и по дороге.
— Да, сейчас, я только одену свои новые кроссовки, — посмотрим, вроде бы должны не жать…
И выйдя на дорогу они коротким переулком вышли к Главному Проспекту, и пройдя ещё минут 15 подошли к дверям уже немного нам знакомого кафе. Зайдя туда они осмотрелись, подошли к стойке и хотели уже сделать заказ, как вдруг у них за спиной раздался чей-то знакомый и немного неожиданный для них голос:
— Ага, а это сюда пожаловали и наши знакомые. Ну что-же, добро поживаете.
Они сразу-же обернулись, и с небольшим удивлением увидели стоявшего за их спиной Андрея, который мягко и с улыбкой им кивнул и сказал:
— Да, а честно говоря кого мы сегодня даже и не ждали, но всё-таки встретились. Ну, и как сейчас ваша жизнь молодая, как настроение, какие свершения?
— Да вообще-то вроде ничего, да и уже почти начало лекций, подготовка…
— Да, а ещё раз, а на каком вы факультете?
— История и филология, третий курс.
— Да, также как и мы… Да, мы с Айланом ведь тоже там учились. Да, кстати, Айлан тоже здесь, — и он кивнул головой на дальний столик, и они сразу-же увидели и узнали и того, второго, который тоже был тогда с ними в одном месте, и который также очень им запомнился.
— Да… Да, мы очень вам признательны, хотя мы и не ждали…
— Да ну что-же, тот соседний с нами столик сейчас как раз пустует, так что вы можете там вполне прилично и с комфортом приземлиться, — это пожалуй лучшие места…
— А… Спасибо, мы конечно…
— Да, но хватит вам раскланиваться, — ведь хозяин уже ждёт.
— Да нет, ничего, — я не очень спешу, — ответил ему с улыбкой стоявший за стойкой Сергей, и посмотрев на своих молодых посетителей мягко поинтересовался:
— Ну, и что мы будем заказывать?
— Пожалуйста, два кофе и ещё…
— Да, очень рекомендую эти сладкие полоски, — совершенно свежие и как раз для этого кофе.
— Да, большое спасибо, — тогда два кофе и то, что вы назвали.
— Да, Сергей, и нам с Айланом также ещё по кофе и по стакану этого холодного питья.
— Сейчас, питьё я принесу вам сам.
— Да, а как насчёт небольшой партии в преферанс? Мы ведь вроде договаривались.
Сергей посмотрел на зал, и немного улыбнувшись ответил:
— Да, народа сейчас почти что нет, и в это время сюда редко кто заходит. Так что пожалуй это мы сегодня сможем. Да, а если кто-нибудь зайдёт, то я просто поднимусь принять заказ, а после мы снова продолжим. Да, молодые люди, возьмите ваш кофе.
— Да, большое спасибо.
— А вы с Айланом возьмите только кофе, а питьё я принесу сам.
— Да, а заодно и составишь нам компанию.
— И кстати с удовольствием. Да, — вот уже ваш кофе.
И Андрей взял две чашки кофе и пошёл к своему столику, а Сергей взяв ещё одну чашку и три высоких стакана с прохладительным питьём вышел из-за стойки и поставив их на столик своих друзей также опустился с ними рядом.
— Ну что-же, как вы там, какие-нибудь планы?
— Да, а знаешь, — я решил всё-таки вытащить Айлана через неделю с собою на юга, и также показать ему свой остров.
— Да, ну что-же, а для тебя это вообще-то праздник, — 2 поездки на эти острова за одно лето…
— Да, пожалуй здесь ты не ошибся.
— Ну ладно, что-же, начнём с преферанса?
— Да, пожалуй уже можно.
И Сергей распечатав карточную колоду немного перемешал карты, и засунув в зубы сигарету начал аккуратно их сдавать. Прошло примерно минут 20, Айлек потихоньку переговаривался с Джорджевичем, Андрей с компанией раскладывали свой преферанс и когда Андрей немного приостановился, раздумывая над одной из карточных комбинаций и сосредоточился, пытаясь подыскать какое-нибудь нужное тут решение… И тут до его внимания внезапно долетел один из отрывков разговора молодых друзей, сидевших за его спиной за соседним с ними столиком…
— Да, а ты знаешь, так это семейство Далмейнов всё-таки всё же вернулось, да, но вот только не все, — Аззетта вместе со своим братом просто наотрез отказались пока возвращаться, и насколько я знаю, она всё время говорила что им надо будет пока ещё немного задержаться, а после этого навестить ещё какое-то и довольно-таки необычное место. Все её конечно отговаривали, но она ни за что не согласилась и вместе с братом, который конечно-же отказался оставлять её одну осталась где-то в наших южных областях.
— Да, ну у Дальмейнов это пожалуй может быть.
— Да, у них весьма довольно интересное семейство.
— И Аззетта…
И тут уже Андрей обернулся, и переспросил у двоих разговаривающих собеседников:
— Да, извините что я вас прерываю, но вы кажется сейчас говорили об семействе Дальмейнов?
— Да, как-же, о них.
— А… А вы извините, — это если я не ошибаюсь, уже вполне взрослые отец и мать, их сын, его сестра…
— Да, его сестра и ещё две двоюродных сестры, которые обычно живут вместе с ними.
— А эта Аззетта…
— А, Аззетта, — а это одна из этих двоюродных сестёр, да и кстати она учится в соседней с нами группе на нашем факультете, и вы знаете, — весьма и весьма симпатичная особа. Да, и если это вам интересно, то мы можем…
Да, но Андрей этого последнего, «что-же они всё же могут» просто уже не расслышал, и не расслышал по одной очень веской и весьма уважительной причине… Да, по причине того, что у него перед глазами снова оказался его остров и эта компания, которая остановилась с ним по соседству, и… И эта милая, прекрасная, красивая… Да, а ведь это-же Аззетта, да, Аззетта, та Аззетта… Да, Аззетта, Аззетта…
И привёл его в чувство только заметивший это его небольшое отсутствие сидевший рядом с ним и немного ему улыбнувшийся Айлан.
— Ну что-же, ты где там сейчас витаешь, — уж ты извини, но сейчас ведь твой ход…
— А… А, да, сейчас, конечно… Да, просто немного задумался… Да, итак у нас здесь…
Да, а у них там было всё уже в порядке, и где-то минут через 15 они закончили эту партию, немного переговорили и попрощались с молодыми людьми, которые встав из-за соседнего столика очень вежливо с ними распрощались и пошли куда-то на прогулку в недра Города, а наши трое друзей просидев там ещё часа 2 за неспешной беседой когда стало уже смеркаться тоже поднялись, и поблагодарив Сергея за его отличный кофе и компанию вышли на проспект и договорившись что завтра они созвонятся, — ведь им предстояла ещё и довольно скорая поездка на юга, на острова Андрея распрощались и не спеша пошли к своим домам.

9

И как два старых друга и договаривались, через 5 дней и у Андрея и у Айлана в прихожих уже стояли собранные рюкзаки с полным походным снаряжением, и как они и договаривались завтра утром Айлан заезжает за Андреем, и дальше их дорога будет прямо уже до аэропорта. Билеты на обоих уже 3 дня лежали на столе у Андрея, и вечером допив свой чай он зашёл в комнату, набрал номер своего старого товарища и Айлан сняв трубку ещё раз сказал что у него всё уже собранно и готово, и что завтра утром в 10 часов он к нему заедет, и они…
— Да, да, завтра утром я к тебе спущусь, и мы на этой же машине…
— Да, как мы и договаривались.
— Ну всё, до завтра, давай.
— Да, до завтра и спокойной ночи.
— Да, и тебе также.
И повесив трубку Андрей опять прошёл к себе на кухню, налил из ещё горячего чайника большую чашку чая, немного подумав добавил туда молока и выключив большой свет достал сигарету, прикурил и выпустив густой клубок дыма с небольшой улыбкой подумал, что завтра вечером они опять будут уже на его старых и любимых островах, и что Айлан будет там конечно-же впервые, и что хотя ему к таким поездкам вроде-бы не привыкать, но он очень надеется что это его место его совсем не разочарует, — ведь было всё-таки в этих островах что-то такое и совершенно особое, что как только он попал туда, так сразу и осталось в его памяти как что-то особенное и запоминающееся, что-то то всегда очень зелёное и тёплое, что так очень часто снится и поздней осенью и в зимние и снежные заносы…
И он вспомнил берег своей бухты, большое озеро, речной поток, свою палатку, мерное мерцание костра… И тут ему почему-то отчётливо вспомнилось то, как он подплывал к своему острову в этот последний раз, как он вытаскивал лодку и расставлял палатку, его рыбалку на большом озере а потом дорогу уже в сумерках обратно, и потом… И потом этот его последний день и эта неожиданная компания по соседству с ним, точнее даже не компания, а целое семейство, и конечно-же эта Аззетта… Аззетта… Да, и ведь они тоже живут здесь-же, в Городе, и ещё… Да, и ещё ведь этот молодой студент, Айлек, который помогал им с Айланом и которого они встретили 5 дней назад в кафе у Сергея, — ведь он же учится с ней на одном курсе… Да, и фамилия у этого семейства, — Далмейны, и как-же он раньше не догадался хоть что-нибудь об них узнать… Да, а это досадно… Ну ладно, — это когда мы уже вернёмся… И он допил свой уже остывший вечерний чай, погасил на кухне свет и пошёл в комнату, — вставать завтра надо будет рано, а дорога будет длинной.
И утром к 10 часам он заранее спустился к своему подъезду, и когда ярко жёлтое такси с Айланом притормозило около него он кивнул своему выглянувшему товарищу, поднял свой рюкзак и подхватив поудобнее удочки уложил их в багажник а потом и сел рядом с Айланом и захлопнул дверцу. Дорога до аэропорта заняла не очень много времени, и когда они прошли сквозь его стеклянные двери, то до нужного им рейса оставалось ещё около 30 минут.
И через несколько часов, когда они вышли из очень похожего здания аэропорта в далёком южном морском городе, то довольно быстро разыскали на стоянке в обычной кучке легковых машин весьма добродушного шофёра, которого совсем не пугала дальность предстоящей им поездки, и погрузив свой багаж и немного поговорив уселись на свои места и довольно быстро выехали из города.
И вечером, примерно минут за 40 до наступления сумерек они остановились около уже немного известной нам гостиницы, и расплатившись с шофёром только подошли к дверям, как уже знакомый нам парнишка приоткрыв перед ними дверь и посмотрев на них поздоровался, и сказав что отец сейчас здесь, но только наверху распахнул перед ними дверь и пропустил их, а сам с весёлым криком — Папа, папа, а к тебе опять приехали, и кстати ты не угадаешь, кто, — побежал вглубь помещения, и буквально меньше чем через минуту вместе со спешащим и немного растерянным отцом предстал перед нашими улыбающимися путешественниками, и после небольшого разговора вручив им ключи от номера и спросив ещё раз о их планах хозяин мягко кивнул Андрею и сказал что завтра утром всё будет в полном порядке и в катере уже будет всё, что им может понадобиться.
Наши путешественники поблагодарили его, и перед тем как подняться в свою комнату Андрей немного приостановился и спросил у радушного хозяина:
— Да, а кстати, а я ещё хотел у вас узнать, — если помните, то та небольшая компания, которая присоединилась ко мне на острове совсем незадолго до моего отъезда, — да, а долго ли они ещё там простояли?
— А, это большое семейство? Да, примерно где-то с неделю, да, где-то так как я помню. Да, а вы сейчас к нам до середины сентября?
— Да, недели на 2 — 2 с половиной.
— Ну что-же, хорошо вам отдохнуть.
— Да, спасибо.
— Ну, итак завтра утром я жду вас.
— Спасибо, а это уж непременно.
И пожелав хозяину спокойной ночи они поднялись на 2 этаж, разместились в своём номере и где-то минут через 30 легли спать. Проснувшись утром и спустившись вниз они сразу-же встретили радушного хозяина, который тут-же предложил им по чашке чая, от чего они конечно-же не отказались, и немного переговорив с ними хозяин сказал что погода на весь сентябрь ожидается очень тёплой и подозвав своего весьма юркого сына сказал что дальше до пристани их проводит уже он и пожелал им отличного отдыха, и когда два наших туриста вышли со своим багажом вслед за весело пустившимся вперёд хозяйским сыном он немного посмотрел им в след, улыбнулся и проговорив: — Ну что-же, хорошего им отдыха, — налил себе ещё одну чашку крепко утреннего чая.
Ну а наши друзья дойдя вместе со своим молодым провожатым до качавшегося на лёгкой волне традиционного для этих мест катера запрыгнули в него, загрузили свой багаж и попрощавшись со с провожатым отстегнули крепёжный замок и легко оттолкнувшись от стоявших рядом лодок выскользнули на чистую воду. Отплыв чуть подальше Андрей включил тихий быстрый мотор и показал Айлану на далёкие очертания этих его островов, и Айлан немного повнимательней присмотревшись слегка кивнул и сказал, что судя по тому что он ему рассказывал, эти места должны быть и правда весьма интересными. И через два часа, уже расставив палатку и разведя костёр они присели на прибрежные камни около вытащенного на берег катера, и Айлан ещё раз оглянувшись на эту довольно большую бухту и на часто спускавшиеся прямо к воде живописные скалы слегка улыбнулся, и сказал:
— Да, а место тут ты выбрал и правда неплохое. Да, и теперь понятно, почему ты так любишь эти острова и так стремишься приехать сюда каждый год.
— Да, а это ты подожди, — ведь ты ещё почти не видел ни этого, ни двух небольших соседних с нами островов.
— Ну, я думаю что за наши 2 недели мы вполне успеем это наверстать.
— Да, я на это очень надеюсь, а также и на то, что эти места не оставят тебя равнодушным.
— Да, и вообще-то я тоже.
— Ну ладно, пойдём лучше к костру, — чайник вроде бы уже вскипел.
— Ну что-же, пойдём.
И через час, закончив с наскоро приготовленным обедом и держа в руках кружки с слегка отдающим свежим костром чаем они поговорили и решили что сегодня походят вдоль берега и посмотрят соседние бухты, ну а завтра с утра начнут свои прогулки и вглубь этого острова. И примерно минут через 40 выйдя из лагеря они обошли почти все бухты и примечательные места, бывшие на этой стороне острова, и Айлан не один раз забирался на некоторые особенно ему приглянувшиеся живописные, и частенько весьма высоко возвышавшиеся и временами даже несколько причудливые скалы и был просто очень доволен открывавшимися оттуда весьма неожиданными и необычными картинами и видами, и особенно его заинтересовали два небольших стоявших по соседству островка, и они договорились что завтра и послезавтра они ещё походят вглубь этого острова и Андрей покажет ему большое верхнее озеро и ещё несколько весьма интересных мест, ну а после этого они обязательно выберутся и на эти острова. И вечером, сидя у костра и обговаривая особенности прошедшей прогулки они налили по чашке чая, немного помолчали, и молчание это прервал Айлан.
— Да Андрей, а всё-таки спасибо тебе за эту поездку, и места то здесь и правда какие-то особые…
— Так ведь я же тебя об этом уже предупреждал.
— Да, спасибо, а теперь я и сам это вижу. Да, и места здесь просто прекрасные.
— Да, и спасибо нашему уважаемому Кандзэбито за то, что эта его история так благополучно завершилась, и у нас осталось время ещё и на эту поездку.
— Да, а что касается Кандзэбито, — то давай теперь уже просто пожелаем ему удачи и хорошего продолжения в его изысканиях, ведь поверь мне что такой гений как Аэ со своими разработками может очень пригодится и на мировом, и даже на всемирном масштабе, ведь если ты всё помнишь…
— Да, это я всё помню, — и в этом можно не сомневаться. Ну что-же, пожелаем теперь ему просто удачи.
— Да, конечно.
— Да и кстати, а всё-таки прекрасно то, что вся эта история закончилась так мирно и благополучно…
— Да, тут я с тобой совершенно согласен.
— Ну что-же, и ещё раз большое спасибо за приглашение на эти замечательные и очень живописные острова.
— Да уж не за что, это тебе спасибо что согласился составить мне компанию.
— И уже сейчас ничуть об этом не жалею.
— Ну ладно, а тогда завтра утром мы пройдём вглубь этого острова и посмотрим на это большое верхнее озеро и на вытекающий из него поток, я уверен что эта картина должна тебе очень понравиться.
— Да, очень любопытно всё-таки на него посмотреть.
— И уж поверь мне, — удочки мы с собой возьмём совсем не зря.
— Ну что-же, согласен, на это я всегда согласен.
— Ну ладно, — а пока давай ещё по чаю.
— С удовольствием.
И когда они стали укладываться Андрей ещё минут на 10 задержался около уже догоравшего костра, и несколько минут посмотрев на усеянное яркими звёздами небо, потом о чём-то очень глубоко вздохнул, ещё немного постоял глядя на эти звёзды и только после этого пошёл к палатке.
Весь следующий день они провели на большом скалистом верхнем озере, и возвращаясь к лагерю договорились что завтра они снова вернуться туда и осмотрят этот вытекающий из озера речной поток, ну а уже послезавтра можно будет сделать поездку и на один из этих двух ближайших островков. Да, Айлан был просто в восторге от этого острова, и на следующий день после небольшого купания в большом озере они немного посидели у костра, потом посмотрели на время и решили что если сейчас пойдут вдоль этой быстрой порожистой речки, то вернувшись успеют ещё засветло поставить в коптильню весь свой сегодняшний улов, пойманный ими на этом озере и ещё немного посидев и покурив поднялись, затушили костёр и подняв довольно тяжёлые сумки с выловленной рыбой пошли к тому месту, где из озера вытекал этот чистый и быстрый поток.
Не станем скрывать того что Айлан был просто в восторге от этой частенько подпрыгивавшей на камнях довольно широкой и глубокой речушки, и так и не удержавшись всё же выловив ещё двух больших лососей у одного из нижних перекатов и прибавив их к своему итак совсем немаленькому улову они дошли до устья этой речки, немного постояли на том месте где она втекала в море и после этого пошли к своему лагерю. Дорога была не очень длинной, настроение у обоих было просто отличное, но когда они стали приближаться к стоянке, то довольно ясно услышали чьи-то отдалённые и о чём-то разговаривающие голоса.
— Э, а оказывается мы на этом острове сейчас уже не одни? — с небольшой улыбкой сказал Айлан.
— Да, я точно не знаю, какими судьбами, — но похоже что так, — ответил уже подходящий к их стоянке Андрей.
— Ну так что-же, похоже что сегодня мы будем знакомится и с новыми соседями.
— Да, похоже на это.
— Да, если только это не кто-нибудь из местных.
— Не знаю, но может быть и так, — ответил ему об чём-то немного задумавшийся Андрей, и если честно, — то здесь он немного не до конца договорил, и не сказал своему спутнику что эти голоса уже были ему когда-то немного знакомы, и что это скорее всего были…
Но они уложили свой улов около аккуратно выкопанной и очень удобно устроенной Андреем коптильни, которую он устроил здесь ещё 6 лет назад, разожгли костёр, поставили чайник и тут до них уже достаточно чётко и довольно разборчиво донеслись слова одного, и довольно недалёкого разговора, — между собою говорили чьи-то два голоса, причём Андрей услышав их немного просто побледнел, и было от чего…
— Да нет, ничего ты не понимаешь, я же говорила что точно знаю что где-то в это время он точно должен быть уже где-то здесь.
— Да, эти твои предположения, — ты знаешь… Мы итак оставили и отца с матерью, и наших сестёр, и всё из-за того, что вроде-бы как ты как будто бы знаешь, что в это время, и на этом острове…
— Да брось ты, — я же говорю что он должен быть уже где-то здесь.
— Ну что-же, пойдём посмотрим на его стоянку.
— Так мы итак идём!
— И ещё, Аззетта, если ты…
И тут уже побледневший Андрей поднялся, сделал несколько шагов к краю их площадки, и тут из-за ветвей ближайших деревьев, укрывавших пока от них этих двоих приближавшихся и разговаривавших молодых людей показалась сначала та самая Аззетта, а следом за ней и несколько обескураженный и немного побледневший её двойной брат…
— А… А вот и вы… А… Здравствуйте, и вы сейчас здесь не один…
— Здравствуйте, Аззетта, — проходите и присаживайтесь. Да, и познакомьтесь, — это Айлан, мой старый и верный друг, прошу любить и жаловать. А это… А это и есть та самая прекрасная Аззетта, с которой я познакомился около месяца назад на этом месте, а это её брат Итон, прошу любить и жаловать, — сказал уже успевший справиться со своим, но довольно ещё заметным волнением и уже весь просто сияющий Андрей.
— Да, а это мой брат Итон, который согласился составить мне компанию и проводить меня на этот остров…
— Да, но не бросать же было тебя одну, да ещё и посередине Европы. Здравствуйте, — ну вот мы наконец-то вас и нашли. И извините пожалуйста мою сестру, но вы знаете, — если ей что-нибудь влезет в голову, то это…
— Да вы присаживайтесь, присаживайтесь, да, и лучше вот сюда, да, а вот и чайник закипел, и вы знаете…
— Да, спасибо, да Итон, — что-же ты стоишь?

Да, мы пожалуй здесь немного отвлечёмся, и отметим что все эти две недели, проведённые ими на этом прекрасном южном острове были и разнообразны и полны тепла и тёплого южного солнца, и пока Айлан с Итоном разведывали и бродили по весьма живописным местам на этом и на соседних островах Андрей с его избранницей Аззеттой, — а что именно избранницей, им это стало ясно уже под вечер того дня, когда она с Итоном подошла к стоянке наших двух товарищей, так вот Андрей со своею избранницей, что было ясно и для них, и для их спутников держались все эти две недели вместе, и под конец этого путешествия у них уже был вполне составлен довольно чёткий и ясный план на всё их ближайшее по приезду в Город время. Да, и как Аззетта представит Андрея своим родственникам, и как они после этого переедут к Андрею, и многое и многое другое.
Ну что-же, эти две недели пролетели очень быстро и незаметно, и под конец мы всё-таки несколько особо отметим и ещё одну небольшую и немного неожиданную встречу, случившуюся уже при возвращении нашей небольшой компании в свой Город.

Когда они вышли из здания аэропорта, народа на площади было достаточно много и даже намного больше чем обычно, — футбольные болельщики в тот день встречали свою городскую футбольную команду, возвращавшуюся после очередной победной встречи, и когда наши путешественники уже подходили к плотно заполненной народом остановке такси кто-то не очень громко, но очень отчётливо для всех четверых окликнул идущего сзади них Андрея.
— Господин Бельц, господин Андрей Бельц, — пожалуйста, немного подождите…
Все четверо тут-же обернулись, и увидели того самого небольшого и очень аккуратно одетого и чем-то совсем необычного мальчика. Да, того самого, которого мы уж встречали на этих страницах и на той дороге в тумане, и после этого и в нескольких, и немного особых снах Андрея, да, тот самый симпатичный мальчик ещё немного постоял, потом посмотрел на Андрея и очень вежливо продолжил:
— Господин Андрей Бельц, вы извините, но там, на острове вы случайно ничего не забыли? Возьмите вот это, — и не забывайте пожалуйста об этом никогда, — ведь это действительно ваше, — и он протянул немного озадаченному Андрею совершенно новую и тщательно переплетённую книгу, на обложке которой аккуратными буквами сверху было написано: «Андрей Бельц Избранное Повести и рассказы»
Андрей молча и с заметным волнением принял от него эту книгу, и только он хотел поблагодарить его, а заодно и кое о чём спросить, как этот мальчик сам низко поклонился и сказал:
— И пожалуйста, не забывайте, — это ведь ваше…
И сказав это он посмотрел на Андрея и на его спутников, немного им поклонился, потом посмотрел на Аззетту и немного улыбнувшись прибавил: — И ваше… — И после этого также поклонившись Андрею и Аззетте, а после ещё раз и всем остальным снова и точно так-же медленно и как-то совершенно незаметно исчез, — да, просто как-то растаял, растворился в этом почти летнем и тёплом воздухе возле оживлённого городского аэропорта, да, а то место на котором он стоял… Да, а то место так и осталось как будто опоясанным каким-то кругом или кольцом, и никто из многочисленных проходящих мимо и оживлённо между собою разговаривавших провожающих и встречавших как будто отведённые какой-то невидимой рукой так и продолжала проходить и обходить это место стороной, так и оставив его чистым и пустым посередине этого большого и частого оживлённого людского потока…

Да, и в общем, — вот и сам конец и самой этой книги, и конечно-же можно ещё сказать здесь читателю, что совершенно бесполезно искать на каких-нибудь картах и эту страну, в которой происходило это действие, и этот Город, в котором жили все его герои. Да, но в заключении автор пожалуй хотел бы ещё сказать своему читателю две совсем простые и обычные вещи, если даже и не просьбы… Читатель, пожалуйста, — если у кого-нибудь из ваших знакомых или друзей будет день рожденья, — то пожалуйста, позвоните им и поздравьте их с этим праздником. И ещё, — если будет наступать Новый Год, — то просто позвоните и поздравьте кого-нибудь из своих знакомых, — просто поздравьте, — и вам будут очень рады.

Да, пожалуйста, и это кстати — Всё.

Конец.

Добавить комментарий