Два агитпропа

Путь молитвы и подписки

Самые смирные названия носят у нас религиозные журналы. Сразу видно, что эти журналы ничего общего не имеют с изданиями светскими и суетными, вроде журнала «Даёшь» или провинциального литературного приложения, снабжённого пышным титулом «Грохот станков».

Грохота здесь не заметно. Всё скромно и благостно.

Духовно-нравственный журнал «Баптист».

Журнал евангельских христиан для всех ищущих истину и любящих Господа — «Христианин».

Есть и сладенький журнал адвентистов седьмого дня «Голос истины», есть и полевой цветочек под названием «Вестник духовных христиан-молокан».

Зато содержание духовно-нравственного журнала совсем иное.

Уже передовая «Утренний час с богом» учит осторожному отношению к прессе.

«Утреннее бдение,— поучает духовно-нравственный журнал,— готовит нас к ежедневной борьбе с началом зла внутри и вне нас… мы вооружаемся ранее, чем сатана найдёт возможность напасть на нас, прежде, чем взяться за чтение утренней газеты…»

Грех пожаловаться на недостаток материала в «Баптисте». Его множество. Тут и статья «Как успевать в христианской жизни» с советами немедленно присоединиться к церкви, часто молиться и питаться словом божьим, и снова стихи, и притчи и ответы читателям, и ноты духовных гимнов, и хроника.

Но наибольшего пафоса редакция достигает в обращении к читателям.

В светских журналах такое обращение звучит сухо и деловито: «Открылась подписка на такой-то журнал. Цена на год — 6 руб., на полгода — 3 р. 20 коп., на 1 мес.— 60 коп.»

Совсем не то в «Баптисте». Здесь голос духовных пастырей достигает высочайшего напряжения:

«Дорогие братья и сёстры! С сердечной просьбой обращаемся к вам и просим принять эту нашу просьбу близко к сердцу. Просим вас при перемене вашего адреса сообщать об этом в редакцию заблаговременно». Но братья и сёстры путают заказы.

«В результате же огорчение. Оказывается, надо журнал посылать вместо Мартынова на имя Мосенко. Братья, так же нельзя обращаться с редакцией».

«…Братья, ведь нас много! Если вы не будете внимательны к собственным заказам, то, конечно, вы запутаете всё…»

В конце концов редакция издаёт протяжный вопль:

«Просим вас, дорогие братья и сёстры, больше и усерднее молиться за нас и за журнал, чтобы он доставлял благодать читающим. Очень много есть людей, имеющих желание побранить редакцию, пробрать её, а как мало молящихся за дело братского журнала „Баптист“. Станьте на путь молитвы за журнал и увидите успех».

Тут редакция сделала важное упущение. Молитва за журнал, конечно, расширяет подписку, но хорошо бы, если подписчики ещё постились.

Если ещё и пост, тогда дело верное. Подписка, безусловно, расширится, и 39-й «Интернациональной» типографии в Москве, где печатается эта духовная пища, будет больше работы.

Не переименовать ли, кстати, эту типографию из «Интернациональной» в типографию имени 12 апостолов?

О, как прекрасны ноги твои…

Руководствуясь самыми благими намерениями, издательство «Прибой» выпустило брошюрой «Антирелигиозную викторину».

Некоторые вопросы, которыми издательство «Прибой» надеется распропагандировать сторонников религии, вызывают смущение.

Вот вопрос под № 47:

«Когда женский вопрос впервые был поставлен ребром?»

Нет сомнения, что здесь встанет в тупик как небольшая группа играющих, так и массовое собрание.

И долго будут все молчать, пока торжествующий руководитель вечера не объяснит, что это случилось при сотворении Евы из ребра Адама.

Но не успевают собравшиеся оправиться от этого тяжкого каламбура, как на головы их обрушивается новая каверза «Прибоя»:

«51. Какого кардинала нельзя назвать мракобесом?»

Тревога пробегает по рядам.

— Какого же, в самом деле, кардинала нельзя назвать мракобесом? Кто же, наконец, этот дивный кардинал?

Взоры с надеждой обращаются на счетовода административно-финансового отдела товарища Пруста, отец которого был католиком.

Но Евстигней Пруст, отец которого был католиком, тоже ничего не знает о таком кардинале.

Один лишь руководитель смеется безумным смехом. Он уже заглянул в последние странички брошюрки и знает ответ:

«Мракобесом нельзя считать птицу кардинал, каковая водится в Америке. Смотри „Малый энциклопедический словарь“, изд. Брокгауз — Ефрон, т. II — „Кардинал“».

Рассмешив таким образом собрание, автор викторины углубляется в области более серьёзные, и вопрос № 79 гласит:

«Где сказано: „Слуги, повинуйтесь господам, не только добрым и кротким, но и суровым, ибо такова есть воля божья“?»

Все молчат. Чтобы ответить на такой вопрос, надо быть не только человеком верующим, но ещё и начётчиком, великолепно знающим тексты Нового завета. Сказано это в Первом послании апостола Петра, глава II, стих 13.

Затем собрание засыпают градом вопросов:

«Чем известен в истории христианской церкви монах Дионисий Малый?» Не знаете! Так, так! А «какой святой православной церкви ударил по уху епископа на одном из вселенских соборов?» И это вам неизвестно?

Собрание смущённо молчит. Многие из оглушённых викториной потратили свою молодость на изучение политграмоты и сделали большую оплошность — так и не узнали, какой такой святой смазал по уху епископа.

Последние вопросы викторины проходят уже при опустевшем почти зале.

Напрасно руководитель вопит:

— Почему говорят: «Последняя у попа попадья»? «При чтении какого евангелия попы плюются»? Откуда текст: «О, как прекрасны ноги твои в сандалиях, дщерь именитая!.. Живот твой — круглая чаша… два сосца твои как два козлёнка… Приди, возлюбленный мой, выйдем в поле, побудем в сёлах… там я окажу ласки мои тебе»?

Но никого уже нет в зале. Все побежали менять книжки политэкономии на послания апостолов.

Нельзя же иначе! У нас теперь, как-никак, культурная революция. Стыдно ведь не ответить на вопросы безбожной викторины, состряпанной «Прибоем».

1929