У моей зелёной ёлки
Сочно-свежие иголки,
Но, подрубленный под корень, в грубых ранах нежный ствол. Освещу её свечами,
Красно-жёлтыми очами,—
И поставлю осторожно на покрытый белым стол. Ни цветных бумажных пташек,
Ни сусальных деревяшек
Не развешу я на ёлке, бедной ёлочке моей. Пёстрой тяжестью ненужной
Не смущу расцвет недужный
Обречённых, но зелёных, пышно никнущих ветвей. Буду долго и безмолвно
На неё смотреть любовно,
На неё, которой больше не видать в лесу весны, Не видать густой лазури
И под грохот свежей бури
Никогда не прижиматься к телу мачтовой сосны! Не расти, не подыматься,
С вольным ветром не венчаться
И смолы не лить янтарной в тихо льющийся ручей… О, как тускло светят свечи —
Панихидные предтечи
Долгих дней и долгих вздохов и заплаканных ночей… Тает воск. Трещат светильни.
Тени зыблются бессильно,
Умирают, оживают, пропадают и растут. Юной силой иглы пахнут.
О, быть может, не зачахнут?
О, быть может, новый корень прорастёт… сейчас… вот тут. 1909 | 