(к балу прессы 13 января) «Этот год шершавым будет…» —
Тусклым голосом загробным
Объяснил мне Пётр Баранов,
Стиснув щётку в кулаке.
«Для чего ж, о вещий ворон,
Ты бензином чистишь смокинг?
Ведь потоп ты можешь встретить
И в потёртом пиджаке». «О! — сказал он, зарумянясь,—
Ведь тринадцатого, завтра,
Я танцую с Дарьей Львовной
На писательском балу…
А она ведь не такая,
Чтоб во имя пессимизма
Пить со мною завтра кофе
В грязном баре на углу…» Вынув белую сорочку,
Обметал он на манжете
Разболтавшиеся петли,
Посмотрел — и просиял.
«Так она мне и сказала:
Если завтра не пойдёте,
Трёх найду на ваше место —
Все идут на этот бал!» Словно воин перед битвой,
Рассмотрел он хладнокровно
Галстук, запонки, ботинки —
Весь свой бальный гардероб.
«Так она мне и сказала:
Не желаю разлагаться!
Я прошу вас сделать выбор —
Или я, или потоп…» Перед зеркалом каминным
Сделал он два быстрых тура,
Локоть вправо, пятка влево,
Томно набок голова…
А потом разбил копилку,
Подсчитал свои депансы1,
Языком лукаво щёлкнул
И сказал, смеясь: «Са-ва!»2 1932 1. …депансы… — расходы (фр. dépens).
2. «Са-ва!» — Идёт! Ладно! (фр. Çа va). | 