Гимназист VII класса Егор Зиберов милостиво подаёт Пете Удодову руку. Петя, двенадцатилетний мальчуган в сером костюмчике, пухлый и краснощёкий, с маленьким лбом и щетинистыми волосами, расшаркивается и лезет в шкап за тетрадками. Занятие начинается. Согласно условию, заключённому с отцом Удодовым, Зиберов должен заниматься с Петей по два часа ежедневно, за что и получает шесть рублей в месяц. Готовит он его во II класс гимназии. (В прошлом году он готовил его в I класс, но Петя порезался.) — Ну-с…— начинает Зиберов, закуривая папиросу.— Вам задано четвёртое склонение. Склоняйте fructus! Петя начинает склонять. — Опять вы не выучили! — говорит Зиберов, вставая.— В шестой раз задаю вам четвёртое склонение, и вы ни в зуб толконуть! Когда же, наконец, вы начнёте учить уроки? — Опять не выучил? — слышится за дверями кашляющий голос, и в комнату входит Петин папаша, отставной губернский секретарь Удодов.— Опять? Почему же ты не выучил? Ах ты, свинья, свинья! Верите ли, Егор Алексеич? Ведь и вчерась порол! И, тяжело вздохнув, Удодов садится около сына и засматривает в истрёпанного Кюнера.1 Зиберов начинает экзаменовать Петю при отце. Пусть глупый отец узнает, как глуп его сын! Гимназист входит в экзаменаторский азарт, ненавидит, презирает маленького краснощёкого тупицу, готов побить его. Ему даже досадно делается, когда мальчуган отвечает впопад — так опротивел ему этот Петя! — Вы даже второго склонения не знаете! Не знаете вы и первого! Вот вы как учитесь! Ну, скажите мне, как будет звательный падеж от meus filius2? — От meus filius? Meus filius будет… это будет… Петя долго глядит в потолок, долго шевелит губами, но не даёт ответа. — А как будет дательный множественного от dea3? — Deabus… filiabus! — отчеканивает Петя. Старик Удодов одобрительно кивает головой. Гимназист, не ожидавший удачного ответа, чувствует досаду. — А ещё какое существительное имеет в дательном abus? — спрашивает он. Оказывается, что и «anima — душа» имеет в дательном abus, чего нет в Кюнере. — Звучный язык латинский! — замечает Удодов.— Алон… трон… бонус… антропос… Премудрость! И всё ведь это нужно! — говорит он со вздохом. «Мешает, скотина, заниматься…— думает Зиберов.— Сидит над душой тут и надзирает. Терпеть не могу контроля!» — Ну-с,— обращается он к Пете.— К следующему разу по латыни возьмёте то же самое. Теперь по арифметике… Берите доску. Какая следующая задача? Петя плюёт на доску и стирает рукавом. Учитель берёт задачник и диктует: — «Купец купил 138 арш. чёрного и синего сукна за 540 руб. Спрашивается, сколько аршин купил он того и другого, если синее стоило 5 руб. за аршин, а чёрное 3 руб.?» Повторите задачу. Петя повторяет задачу и тотчас же, ни слова не говоря, начинает делить 540 на 138. — Для чего же это вы делите? Постойте! Впрочем, так… продолжайте. Остаток получается? Здесь не может быть остатка. Дайте-ка я разделю! Зиберов делит, получает 3 с остатком и быстро стирает. «Странно…— думает он, ероша волосы и краснея.— Как же она решается? Гм!.. Это задача на неопределённые уравнения, а вовсе не арифметическая»… Учитель глядит в ответы и видит 75 и 63. «Гм!.. странно… Сложить 5 и 3, а потом делить 540 на 8? Так, что ли? Нет, не то». — Решайте же! — говорит он Пете. — Ну, чего думаешь? Задача-то ведь пустяковая! — говорит Удодов Пете.— Экий ты дурак, братец! Решите уж вы ему, Егор Алексеич. Егор Алексеич берёт в руки грифель и начинает решать. Он заикается, краснеет, бледнеет. — Эта задача, собственно говоря, алгебраическая,— говорит он.— Её с иксом и игреком решить можно. Впрочем, можно и так решить. Я, вот, разделил… понимаете? Теперь, вот, надо вычесть… понимаете? Или, вот что… Решите мне эту задачу сами к завтраму… Подумайте… Петя ехидно улыбается. Удодов тоже улыбается. Оба они понимают замешательство учителя. Ученик VII класса ещё пуще конфузится, встаёт и начинает ходить из угла в угол. — И без алгебры решить можно,— говорит Удодов, протягивая руку к счётам и вздыхая.— Вот, извольте видеть… Он щёлкает на счётах, и у него получается 75 и 63, что и нужно было. — Вот-с… по-нашему, по-неучёному. Учителю становится нестерпимо жутко. С замиранием сердца поглядывает он на часы и видит, что до конца урока остаётся ещё час с четвертью — целая вечность! — Теперь диктант. После диктанта — география, за географией — закон божий, потом русский язык,— много на этом свете наук! Но вот, наконец, кончается двухчасовой урок. Зиберов берётся за шапку, милостиво подаёт Пете руку и прощается с Удодовым. — Не можете ли вы сегодня дать мне немного денег? — просит он робко.— Завтра мне нужно взносить плату за учение. Вы должны мне за шесть месяцев. — Я? Ах, да, да…— бормочет Удодов, не глядя на Зиберова.— С удовольствием! Только у меня сейчас нету, а я вам через недельку… или через две… Зиберов соглашается и, надев свои тяжёлые, грязные калоши, идёт на другой урок. 1884 1. …засматривает в истрёпанного Кюнера. — «Элементарная грамматика латинского языка» Р. Кюнера (СПб., 1863, русский перевод И. Коссовича) служила в течение десятилетий учебным пособием по латинскому языку для гимназий и прогимназий. По этой грамматике учился латинскому языку и сам Чехов. |
Репетитор
Автор
