Калмыцкие степи

«А я еду, а я еду за туманом. За туманом, и за запахом тайги…»

Люблю эту мелодию, и частенько напеваю её. Всю жизнь путешествую, и никак не угомонюсь, несмотря на преклонный возраст. В молодости объехал всю страну. Особенно любил теплоходные экскурсии. Все великие реки России покорил: Лену, Амур, Енисей, Обь, Иртыш, Волгу, Северную Двину. Некоторые, как Волга и Обь, несколько раз. Байкал, Урал, Селигер, Кижи, Валаам и Соловки — где только я не побывал! Притом, тоже неоднократно! Среднюю Азию (Ташкент, Самарканд, Бухара) посетил дважды. Написал книгу «Путешествия» — она в Литресе и др. магазинах. Любил путешествовать и на машине. Кавказ, Грузия, Абхазия, Крым, Молдавия, Украина и Белоруссия, страны Прибалтики, Москва и Питер, Центр России и Поволжье. А уж поездки «выходного дня» — не перечесть! Сыновья — все в меня! В прошлом году Игорь с семьёй и друзьями на двух машинах объехали всю Турцию вокруг — с севера на юг. Очень всем понравилось!

Теперь сыновья берут меня в поездки! В этом году (зимой и весной) уже ездили на уникальное высокогорное озеро Хурла-Кёль в КЧР, в карстовые пещеры в Гришкиной балке за Эшкаконским водохранилищем, в Берёзовую балку и Аликоновское ущелье.

Ещё ранее младший сын Игорь предложил мне в мае 2020 г. совершить грандиозную поездку на машине к месту моей службы в 1959 году — в город Фергану. Наметили маршрут с Кисловодска — Астрахань, Хива, Бухара, Самарканд, Ферганская долина. Помешала пандемия!
Я предложил съездить на недельку на первомайские праздники в Турксад, где у меня были когда-то приятели: Володя Алфёров с женой Валентиной. В зрелые годы я у них бывал с женой Тамарой по нескольку раз за лето. Прекрасная природа, рыбалка, охота на сайгаков — мы всегда привозили полный багажник рыбы и мяса сайгака — их тогда водилось в степи видимо-невидимо! Друзья тоже частенько гостили у нас в Кисловодске — в основном, зимой. Последний раз это было сорок лет назад! После развода с первой женой я потерял с ними контакты. Меня назначили начальником строительной конторы (ДСК), и работа «затянула меня». И вот одолела ностальгия по тем местам, и я предложил Игорю поехать в те степи, т,к, и он частенько вспоминал те места, где я всегда туда брал сыновей с собой. Да и вообще я никогда не ездил без жены и детей никуда один!
Как-то вечером сидели семьёй в гостях у Игоря, и я раззадорил его своими воспоминаниями:

— «Чудесна бесконечная калмыцкая степь ранней весной! Огромное море зелени, цветов, розово-сиреневое море вереска, песчаные холмы и дюны жёлтого песка, радостные трели жаворонков сопровождают вас на всём протяжении дороги. В небольших лужах вдоль дороги деловито снуют кулики, протяжно и тоскливо кричат чибисы, прогоняя ворон с мест своих гнездовий, а вдалеке осанисто разгуливают серые журавли. Иногда выскакивают из-за холмов стада сайгаков, распугивая сурков и тушканчиков. У озёр (их несколько десятков) стеной стоят камыши высотой до пяти метров, море воды. Вдалеке стаи лебедей, пеликанов и бакланов. На небольших деревьях масса гнёзд цапель, журавлей, караваек, ворон, сорок, скворцов и других птиц. Орлы, ястребы барражируют в небе, счёт ведут многочисленные кукушки. В камышах всё шуршит и движется — это идёт нерест рыбы, плавают выдры и ондатры. Иногда, при приближении, с плавающих брёвен плюхаются в воду большие черепахи и постоянно поднимаются в воздух гуси, утки и водяные курочки. Но самое завораживающее зрелище, как по ночам в камышах жутко воет выпь! Это надо слышать, чтобы оценить!»

Игорь соглашается немедленно туда ехать. Готовимся пару дней. С нами едут два внука — Глеб и Антон. Огромный внедорожник Toyota Land Gruiser нагружен не только внутри, но и на багажнике (всё-таки жить неделю в степи!). Сто литров воды, лодка, электростанция, восемь трёхметровых кольев для установки шатра, палатки, матрацы, продовольствие, столы и стулья, фляги для рыбы, охотничьи сапоги и одежда — всего не перечислишь!
Игорь приглашает друзей (они по воскресениям вместе ездят на лошадях с небольшого конного завода по горам — это традиция!). Компания в «Буханке» очень солидная — два полковника, два прокурора и судебный работник. Но, как оказалось, все прекрасные и порядочные люди. Ко мне относятся участливо и вежливо — я самый пожилой в компании …

Выехали 29 апреля. Первая остановка перед Будённовском. Мы перекусили в небольшом лесочке, выпили по рюмашке (без водителей, естественно). Поехали дальше. Мне очень понравилось, что сразу за Будённовском теперь располагается огромная войсковая часть (говорят, боле десяти тыс. воинов четырёх родов войск). История с его захватом боевиками научила нас!
Проехали Левокумку, и свернули на Турксад. Я неприятно поражён — раньше, при советской власти, все эти шестьдесят километров были в асфальте, а теперь мы пылили по грунтовке. Страна не богатеет с годами, а беднеет!
И вот Турксад! Беднота неимоверная! Дороги в колдобинах, полное отсутствие зелени, убогие саманные избёнки. В Турксаде живут всего две-три тысячи человек. Условия ужасные! Бедные люди! Сфотографировал лозунг на пригорке — «Слава КПСС! «.
Друзья поехали на заправку, а мы начали ездить по посёлку, разыскивая хату Алфёровых. С лёгким волнением подъезжаем к домику на краю села. Двор неухоженный, земля не вскопана, целина, покосившийся забор, ни одного деревца и кустика в палисаднике, пыль. На стук выходит небритый и неопрятно одетый мужик.
Я начинаю:
— Мы из Кисловодска!
И вдруг, как гром среди ясного неба:
— Неужели Кузнецов? А где Миша?
Я удивлён! Оказывается, это Олег — сын Володи Алфёрова. Помнит очень хорошо нас. С моим старшим сыном Михаилом они одногодки. Мы их брали всегда на рыбалку и охоту, когда приезжали к ним, и они сдружились. Спрашиваю:
— Как отец-мать? Живы-здоровы? Где они?
— Отец умер в девяносто пятом году. Скончался прямо за рулём (Володя работал водителем грузовика). Мать работала зав. клубом, очень тосковала по нему и умерла через год от саркомы в девяносто шестом году.

Я поражён этому ужасному известию. Не ожидал! Как жаль прекрасных людей! Володя пил очень умеренно. Сын явно не в него. Поговорили о том, о сём. Перед прощанием Олег спрашивает:
— Что такое коронавирус? Расскажите о нём. У нас заставляют одевать маски. А где их взять?
— Олег! Я назову свою трактовку этого вопроса. Возможно, она не права! Сейчас на этот счёт много всяких кривотолков. По-моему, во всём виноваты китайцы. Они же жрут всё подряд! Говорят, заразились от летучих мышей. Но американцы утверждают, что они это сделали преднамеренно, создав в своих лабораториях этот вирус. Они быстренько вылечились, теперь продают всему миру маски, приборы искусственной вентиляции лёгких, медобоудование. Многие предприятия в мире разорились, и они по дешёвке теперь скупают всё в мире. Китайцы — главные потребители нефти в мире, и им очень на руку теперь низкие цены на неё. А вообще здесь много неясностей. Говорят о каком-то заговоре в мире…

Мы прощаемся. Я обнимаю Олега. В глазах его слёзы. Он предлагает проводить нас за посёлок и показать дорогу к Дадынским озёрам, но Игорь отказывается:
— У нас навигатор! Не заблудимся. Спасибо!

Мы едем по кривым и пыльным дорогам на Дадынские озёра. Их несколько, и находятся они за Турксадом в Калмыцких степях. Это приблизительно в триста- триста пятьдесят километрах от Кисловодска. Очень сухая степь! Я не узнаю её! Олег Алфёров сказал, что год не было дождей, всё выгорело, скотина и овцы от голода начали дохнуть, звери и птица практически покинули эти места.
Мы подъезжаем к одному из озёр, долго оцениваем ситуацию, выбирая место для ночёвки. Раскидываем палатки, прикапываем (от шума) небольшую электростанцию на бензине для освещения.
Установили шатёр, включили генератор освещения, и начали готовить ужин. За рюмкой и разговорами провели прекрасно время до часу-двух ночи. Я ночую в машине, а все в палатках. Ночью довольно холодно. Утром завтрак, и на рыбалку. К озеру практически нет подхода — камыш, и мы ходим к ближайшей протоке. Там, вдоль неё, всегда стоят машины, много рыбаков. Я расположился на стульчике, разбрасываю прикормку, начинаю удить. Клюёт великолепно! Больше вожусь с крючками, насаживая червей. Зрение-то плоховатое! Рядом звонко кричит камышовка, подплывают к берегу небольшие лягушки, а за ними охотятся ужи. Плавают довольно резво по воде!
Внуки уходят на резиновой лодке на Большую воду, но сильный ветер и волны чуть не сносят их далеко от берега.
Озеро гигантское! Вдалеке плавают пеликаны и лебеди, по берегам стоят сотни цапель. Из луж поднимаются чибисы. Я особенно рад им, т.к. это мне напоминает Сибирь, где водилось их великое множество.
Игорь нашёл гнездо утки. Пока в нём только два яйца. А в детстве в Сибири я однажды нашёл гнездо утки, в котором было аж шестнадцать яиц! Та яичница, которую ели всей голодной семьёй, запомнилась на всю жизнь!

Поваром у нас Сергей — строгий, худощавый, спортивный человек. Настоящий полковник, как поётся в песне! Но очень приятный! Его уха, шашлыки, жареная рыба просто великолепны! Но «душа компании» — другой полковник — Гера. Он всегда на позитиве! Бесконечные шутки-прибаутки. От выпивки никогда не отказывается. С ним очень весело!
Днём все, в основном, удят рыбу. Но все с нетерпением ждут вечера. Гера включает свою музыку, мы располагаемся на стульях и креслах, выпивая по малой. Как приятно под лёгкое жужжание генератора сидеть с приятелями за двумя столами в освещённом шатре, кушать, говорить тосты. Особенно это любит Гера, и он всегда в приоритете. Каждый вечер играем с Игорем в шахматы, а его приятели в карты.
Как-то меня попросили:
— Николай! Расскажи про охоту и рыбалку здесь в годы твоей молодости!
— Друзья! Я думаю, вы не были на такой рыбалке никогда! Вспоминаю. Утром чуть свет Володя будит нас с Тамарой. Подъезжаем к какой-то небольшой плотине. Метров сорок идёт вверх к мосту бетонный жёлоб шириной десять-пятнадцать метров. Володя с Валентиной тихо опускаются туда снизу, и передвигаются вверх. Он стучит по дну жёлоба веслом, сонные рыбины до полуметра длиной выпрыгивают из воды, а Валентина их ловит сачком-хваткой, и складывает в мешок. Дошли доверху — мешок полный!
Другой раз Володя с нами долго ездил по степи. Остановились на пригорке. Внизу небольшое озерцо, переходящее в протоку с кочками. Оно всё кипит! Как суп в кастрюле! Подскочили, начали руками ловить крупных сазанов. Вода тёплая, мелко. Мы гоняемся за рыбой, а жёны на выходе к озерцу плюхнулись в воду, расставили ноги и подолами ловят попадающих туда сазанов. Шум, крик, смех! Килограмм сто-двести рыбы наловили руками!
— А охота как?
— Один раз гонялись на двух грузовиках за стадами сайгаков. Они гонят на меня стадо, а я спрятался в лощине на своих «Жигулях». Выскочило огромное стадо сайгаков прямо на меня. Я гоню машину прямо в середину стада. Володя кричит: «Хватай за рога самца!» Я одной рукой рулю, другой пытаюсь через окно схватить одного-другого. Они увёртываются! Тут как долбанётся машина о какую-то неровность! Чуть не перевернулся!
— Ну и что? Так и не поймали?
— Конечно, нет! Поймаешь его! Но охотники тогда отыгрались по-полной. Убили семерых сайгаков. Помню — развесили туши в какой-то чахлой полосе. Начали свежевать — шашлыки готовить. Пол ящика водки…. Перепились в тот день. Теперь-то понимаю, что не надо это было делать. Всё для меня они старались. Жестоко это и …. преступно! Вот такие мы все люди! Не думаем о последствиях. Думаем, что это будет бесконечно. А природа мстит нам! Это факт!

На третий день утречком я решил пробежаться по степи. Пробежал около пяти километров. Видел зайца и запоздавшую дрофу, которая «нырнула» в камыш, увидев меня. Кажется, вдалеке мелькнуло юркое стадо кабанов, которые тоже спрятались в камышах. Возвращаюсь. Встречает меня весёлым криком Гера:
«Николай! А мы видели сайгака!
-» Да вы что, правда?»
-» Конечно! Это же ты!

Четыре дня ночью выли шакалы. Днём мы встречали зайцев, журавлей, лис. На озёрах полно цапель, гусей и уток. Плавают вдалеке пеликаны и лебеди. Но степь ужасно сухая, повторяю, год не было дождей. Это страшно! Что делается с экологией? Исчезли сайгаки, тушканчики и сурки, которых раньше водилось очень и очень много. Я просто не узнаю эту степь, что была в годы моей молодости! Сайгаки, говорят, не выдержали засухи, переплыли Волгу, и ушли в Казахстан. Очень грустно…

Неделя пролетела, как один день! Прощаемся. Обнимаемся. Мы очень подружились за эти дни! Долгие вечера-посиделки за рюмкой, разговоры, воспоминания. На прощание я подарил Евгению свой роман «Годы безвременья», а Сергею книгу рассказов «От судьбы не уйдёшь».

Кисловодск встретил нас дождём… Контраст разительный! И это, практически, в пределах одного края! Россия, всё же, интереснейшая страна!

Автор

Николай Углов

Краткая биография Кузнецов (лит. псвд. Углов) Николай Владимирович родился в г.Кисловодске. 45 лет работает в одной организации - в ДСК Проходит путь от монтажника до начальника ДСК. Выйдя на пенсию, занимается независимой журналистикой и писательским трудом (чл. СП и СЖР) В 2013 г. получил карточку Международного Союза журналистов. Издал два тома романа «Солёное детство в зоне» (964 стр.), роман «Годы безвременья» и повести: "Сполохи юности", "Тропинки первой любви", рассказы: "От судьбы не уйдёшь", "Путешествия", "Сибирские рассказы", «Жить без болезней", "Ведьма". Все эти книги читать в ЛитРесе (или Амазон, Озон и моб. прилож. тел)

Один комментарий к “Калмыцкие степи”

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *