Пустыня Сахара

Мучительное умирание от жажды в I действии и 8 картинах

Картина 1-я

К ст. «Безводная» подходит битком набитый поезд «Максим». Ещё за версту слышно, что пассажиры хриплыми, звериными голосами поют что-то на мотив «Варяга». За полверсты уже можно разобрать слова:

Прощайте, друзья! Не вернёмся назад.
Последний наш час наступает.
Растрескалась глотка, горит,— а глаза
Кровавый туман застилает.
Мелькают поля и овраги…
Мы душу заложим за каплю воды,
За каплю живительной влаги!

Картина 2-я

Поезд подходит к станции. Пассажиры, обезумев от радости, высыпают на площадки. Пляшут на подножках и потрясают котелками и чайниками. Хор на мотив «Камаринской»:

Полно, братцы, будет злиться.
Славно в жаркий день напиться
Жи-ви-тель-ною водой,
Хо-ло-дною ключевой!

Гремя посудой, бегают по платформе и ищут бак с водой. Бака нет. Бегут на станцию. На станции воды тоже нет. В толпе начинается смятение:

— Ох!

— Что теперь делать?!

— Похоже, воды-то нет!

Подозрительный молодой человек, выходя из-за угла:

Беспонятный ты народец!
За вокзалом есть колодец!
Только выйдешь из дверей…

— Ох! Колодец?! Да что ты говоришь?!

— Колодец, ребята, колодец!

— Вали!

— Вот он — колодец.

— Где, где?

— Да вот!

— Эх, чёрт, да это яма выгребная!

Толпа кидается обратно на станцию.

По платформе гуляет ДС и обмахивается платочком. Толпа напирает.

— Почему на станции воды нет?

— Воды? На станции? Чудаки вы, ей-богу! Наши служащие ходят за водой в соседнюю деревню — за версту отсюда. Пойдите к ним по квартирам, там напьётесь.

Толпа бежит из вокзала в соседнюю улицу.

Картина 3-я

Дом общежития служащих. Перед входом стоят хозяйки с коромыслом через плечо. В вёдрах искрится хрустальная, холодная вода. Хор хозяек:

Шла де-ви-и-ца за во-дой,
За хо-ло-дной ключевой.
В самый поддень, в жаркий зной,
В жаркий поддень, ой-ой-ой.
Ой!
Ох, во-ди-и-ца ты, вода.
Наша лю-та-я бе-да.
Грыжу долго ли нажить —
За версту с водой ходить,—
— Ой! Что такое?

От станции бежит простоволосая женщина. Машет руками.

— Хозяйки! В дом! Запирайте двери! Пассажиры по воду. Осатанели! Звери.

Все прячутся в дом. Щёлкает дверной замок.

Картина 4-я

Толпа с пустыми чайниками и котелками подходит к дому. Лица истомлены, глаза горят лихорадочным блеском. Стучат в дверь:

— Хозяюшки! Помогите! Пожалейте сестрицы!

— Погибаем! Дайте глоточек водицы!

Из всех окон одновременно высовываются жирные кукиши, и невидимый хор хозяек поёт:

Понапрасну, Ванька, ходишь,
Понапрасну ножки бьёшь.
Ни черта ты не получишь,
Болваном домой пойдёшь!

Толпа со слезами смотрит на торчащие из окон кукиши. Мимо проходит Пече с рыболовным сачком в руках. Пече нисколько не удивлен этой сценой. Пече даже сочувствует бедным людям:

— Идите,— говорит,— бедные люди, за угол направо. Там станционный бассейн есть. С водичкой. Там и напьётесь.

Картина 5-я

Станционный бассейн. Зловоние. Вода густо сдобрена мазутом. В вонючей смеси плавают 5 дохлых кошек, 6 ворон и крыса. Кругом летают гигантские малярийные комары.

Рев приближающейся толпы на мотив «Уморилась».

Где он, где он, где он,— сей
Наш спасительный бассейн?
Уморилась, утомилась,
Исстра-да-ли-ся!

Подходят ближе… Ещё ближе… Ещё… Ещё…

Ох, нет! Давайте занавес! Следующую картину!

Картина 6-я

Станционные задворки.

Стоит бак с надписью: «Кипячёная вода».

Пече, Мече и Вече сачками вылавливают из бака головастиков: кто больше зачерпнет?

Потом пускают головастиков обратно в бак, и игра начинается сначала.

Они так увлечены, что толпа жаждущих застаёт их за этой интересной игрой.

— Ага, вот они чем занимаются?!

— Изверги, кровопийцы, где вода?

— Почему бак не на месте? Почему с головастиками,— сказывай!

Пече спокойно ждёт, пока стихнет буря негодования. Правдивыми, честными глазами смотрит он в глаза измученным людям.

— Товарищи! Эти головастики… они не простые. Для научных целей разводятся.

— Для научных целей? Ах вы ироды! А кошки дохлые в бассейне тоже для научных целей?!

— Товарищи! Не волнуйтесь! Ей-богу, мы не виноваты насчёт кошек! Понимаете, эти кошки… они… самоубийцы. Ей-богу, на моих глазах десятая кошка с собой кончает. И дался ведь им этот бассейн несчастный!

— Да что ты врёшь-то, глазёнки твои бесстыжие!

— Что голову людям морочишь!

— Русским языком тебя спрашиваем: почему воду в бассейне не сменили? Почему кошек дохлых не выловили?

— Пробовали, товарищи! Ей-богу, пробовали. Только вытащить их никак невозможно. Вцепились они когтями в воду… то есть в мазут, и ничего с ними поделать нельзя. Тащили-тащили и бросили…

— Бросили? То-то вы бросили?

— Вас бы самих туда заместо этих кошек!

— Ну, сказывайте, ироды, где воду взять!

— Товарищи, не волнуйтесь! Честное слово, вода в двух шагах от вас. На водокачке. Через пути, налево.

Озлобленная толпа направляется к водокачке. Пече, Мече и Вече захлёбываются икотой и недоумевают: «Кто это, дескать, нас так крепко вспоминает?»

Картина 7-я

На переднем плане — водокачка. Она выглядит хмурой, озабоченной… К ней робко подходят измождённые люди, протягивая вперед чайники и котелки.

— Водокачечка! Матушка! Кормилица!

— Пожалей ты нас, горемычных!

— Дай водицы!

— Капельку!

— Глоточек!

Толпа в ужасе замолкает.

Водокачка внезапно содрогнулась, и явственно слышен её каменный, замогильный голос.

— Человек надоедлив и глуп…
Лезет с просьбами всякий и каждый…
Я сама изнываю от жажды —
Кукиш с маслом! Холеру Вам в… пуп!

Раздаётся громоподобный, подозрительный звук, и водокачка извергает из себя сгустки вонючей плесени и разный мусор.

Толпа разражается бурей угроз по адресу Пече, Мече и Вече. В это мгновение со станции слышится 3-й звонок.

Картина 8-я

Рабочий поезд «Максим» отходит со станции «Безводная».

Из вагонов доносятся хрип, предсмертные стоны и проклятия.

Пече, Мече и Вече слушают проклятия и укоризненно качают головой. Всем своим видом они говорят:

— Боже мой! За что?! И так вот каждый день!

И затем уже вслух:

— Нетерпеливый народ пошёл! Буян-народ! А мы — мученики!

Из последнего вагона поезда вырывается душераздирающий вопль:

— Воды! Во-ды-ы-ы!!

Послесловие

Если читатель, прочтя предыдущее, скажет: «выдумки» — мы, к сожалению, должны будем разуверить его. Всё написанное, по существу, голая, не преувеличенная правда — наши рабкоры собрали её по кусочкам на следующих станциях: 1. Красный Берег — Зап. ж. д. (рабкор № 291); 2. Каменская — Ю.-В. ж. д. (Поляков); 3. Аляты — Закавказской ж. д. (рабкор № 255); 4. Пачелма — Сызр.-Вяземской ж. д. («Чумазый»); 5. Батраки — М. Каз. ж. д. (рабкор № 694); 6. Гомель — Зап. ж. д. («Жало»); 7.209 верста — Мос.-Каз. ж. д.— Казарма (рабкор № 694).

Конечно, не на всех указанных станциях воют именно пассажиры: чаще даже они уступают эту честь мастерским, депо, казармам и стрелочным постам.

Конечно, не везде кошки кончают жизнь самоубийством (бассейны не на каждой станции есть).

Не спорим: все эти станции во многом отличаются друг от друга. Но суть их одна: каждая из них — кусочек безводной пустыни Сахары и каждая под угрозой эпидемии.

Имеющие уши слышать — пусть услышат…

М. Мишев

8 июня 1924 г.

Автор

Михаил Булгаков

Михаил Афанасьевич Булгаков (15 мая 1891, Киев — 10 марта 1940, Москва) — русский писатель советского периода, врач, драматург, театральный режиссёр и актёр. Автор романов, повестей, рассказов, пьес, киносценариев и фельетонов.Самые известные произведения: сборник рассказов «Записки юного врача», повести «Роковые яйца» и «Собачье сердце», пьесы «Дни Турбиных», «Бег» и «Иван Васильевич», а также романы «Белая гвардия» и «Мастер и Маргарита».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *