Душа вон

Вечером на прохладной улице один гражданин бьёт другого гражданина.

Гражданин, которого бьют, недоволен.

— Убивают,— кричит он, растерянно поглядывая по сторонам.

Гражданин, который бьёт, тоже недоволен.

— Что же ты кричишь? — спрашивает он, нанося последующие удары.— Не кричи, а то душу выну.

Второй гражданин, оказавшийся в затруднительном положении (будет кричать — убьют, не будет кричать — тоже убьют), подымает отчаянный визг.

Собирается большая, меланхоличная толпа и молча смотрит.

— Спасите! — надрывается жертва. Толпа безмолвствует. Ободрённый общим молчанием, хулиган приводит в исполнение свою угрозу — начинает вынимать из «другого гражданина» душу.

Душа покидает своё место со стонами и криками.

— Что же вы стоите, черти! — верещит душа.— Не видите, человека убивают?!

Толпа отлично видит.

Но на всякий случай молчит.

— Зачем впутываться не в своё дело! — бормочут в толпе.

Процесс вынимания души длится до прихода милиционера.

Тут толпа проявляет необыкновенное оживление. Все разбегаются. Не то ещё в свидетели возьмут.

Из милиции хулигана отпускают через полчаса. Свидетелей нет. И кто кого бил, понять невозможно.

На другой вечер хулиган ловкими движениями вынимает душу из следующего гражданина.

———————

Вечером в прохладном помещении клуба идёт заседание по чистке финансового учреждения. Один товарищ, стоящий перед столом, забивает баки другому товарищу, сидящему за столом.

Товарищ, которому забивают баки, недоволен.

— То, что вы отмежевались от своих родителей, мне известно,— говорит он,— и это не так важно. Расскажите нам, как вы работаете!

Товарищ, который забивает баки, тоже недоволен.

— Так вот и работаю,— говорит он обиженно,— работаю, можно сказать, не покладая рук, как полагается!

— Всё это общие фразы,— морщится товарищ за столом.— Вы введите нас в курс своей работы.

Большая меланхоличная толпа сидит на скамьях и молчит.

— Кто хочет высказаться, товарищи?

Толпа безмолвствует.

Ободрённый общим молчанием первый товарищ начинает выматывать душу у председателя. Он уныло бубнит о своих общественных заслугах: организация кружка мандолинистов и одна стенгазетовская заметка «Почему чай подаётся без сахара?».

— Что же вы молчите, товарищи? — кричит председатель, обращаясь к толпе.— Разве вы не знаете, что это бюрократ?

Толпа отлично знает.

Но молчит. На всякий случай.

— Зачем впутываться не в свои дела! — бормочут на задних скамьях.

Мало-помалу все расходятся.

Бюрократ остаётся на службе.

И на следующее утро он лениво глотает чай, умышленно не глядя за перегородку, где уже полтора часа топчутся растерянные посетители.

1929