Хорошо при свете лампы
Книжки милые читать,
Пересматривать эстампы
И по клавишам бренчать,— Щекоча мозги и чувство
Обаяньем красоты,
Лить душистый мёд искусства
В бездну русской пустоты… В книгах жизнь широким пиром
Тешит всех своих гостей,
Окружая их гарниром
Из страданья и страстей: Смех, борьба и перемены,
С мясом вырван каждый клок!
А у нас… углы, да стены
И над ними потолок. Где событья нашей жизни,
Кроме насморка и блох?
Мы давно живём, как слизни,
В нищете случайных крох. Спим и хнычем. В виде спорта,
Не волнуясь, не любя,
Ищем Бога, ищем чёрта,
Потеряв самих себя. И с утра до поздней ночи
Все, от крошек до старух,
Углубив в страницы очи,
Небывалым дразнят дух. Но подчас, не веря мифам,
Так событий личных ждёшь!..
Заболеть бы, что ли, тифом,
Учинить бы, что ль, дебош? В книгах гений Соловьёвых,
Гейне, Гёте и Золя,
А вокруг от Ивановых
Содрогается земля. На полотнах Магдалины,
Сонм Мадонн, Венер и Фрин,
А вокруг кривые спины
Мутноглазых Акулин. В звуках музыки — страданье,
Боль любви и шепот грёз,
А вокруг одно мычанье,
Стоны, храп и посвист лоз. Отчего? Молчи и дохни.
Рок — хозяин, ты лишь раб.
Плюнь, ослепни и оглохни,
И ворочайся, как краб! . . . . . . . . . . Хорошо при свете лампы
Книжки милые читать,
Перелистывать эстампы
И по клавишам бренчать. 1909 | 