Ночной гость. Глава 13 — Лицом к лицу

Сверкающий коридор уходил к молочно-белой вуали, мягко и задумчиво колышущейся впереди. Яркие искры, вращаясь подобно водовороту, уносились вперед, увлекая путников за собой. Мелодичный звон невидимых колокольчиков нежными волнами обволакивал сознание, словно предлагая остановиться и остаться навсегда в этом царстве покоя и умиротворения. Казалось, само всевластное время замерло без движения. Здесь, в этом безвременье, покоились прошедшие и грядущие тысячелетия бесчисленных миров.
Постепенно стены сверкающего коридора начали исчезать. Обозначилась темная беспредельность Вечности, усеянная неисчислимым количеством мерцающих звезд.
Подчиняясь какому-то тревожному предчувствию, Лина достала из сумки флягу с животворной водой и теперь крепко держала ее в руках.
Белая вуаль была уже рядом. Еще несколько шагов, и она плавно раздвинулась, открывая магический выход в мир Санфлауэра. Лина покачнулась от мощного мысленного удара, обрушившегося на ее сознание. Ее взору предстала картина, способная поколебать мужество бывалых воинов.
Вокруг Ларри и его соратников безмолвным кругом стояли мурлоги. А чуть дальше за ними на глинистом бугре возвышался уродливый змееголовый колдун. Скрестив на груди руки, он вперился в юную фею тяжелым взглядом. Словно два бездонных колодца дохнули на нее могильной сыростью.
— Вот мы и встретились, — глухо произнес Гиркан. — Больше вам ничто но поможет. На этой земле вы полностью в моей власти!
Ларри поднял меч, сверкнувший холодной молнией.
— Никогда не будет твоей власти на землях Санфлауэра! — пылко ответил юноша. — И тебя не будет!
Гиркан лишь презрительно скривился и небрежно взмахнул рукой. Тотчас мурлоги, словно очнувшись ото сна, двинулись вперед.
— Держитесь рядом со мной, — крикнул Ларри. — Только не попадите под мой меч!
Не дожидаясь пока первое чудище приблизится к нему, юноша сделал молниеносный выпад. Клинок блестящим веером очертил полукруг, отсекая мурлогу жуткую голову. Обезглавленное туловище сделало еще один шаг и завалилось на бок. Ларри отскочил назад, уворачиваясь от смертоносных когтей, и тут же рассек пополам следующую тварь, протянувшую лапу к Лине.
Фрида и Джерни бросались на слуг Гиркана, сбивая их с ног и быстро отпрыгивая в сторону, чтобы не попасть под удары монстров. Они не могли ранить мурлогов, но создавали суматоху в их рядах, мешая сомкнуть гибельное кольцо вокруг Ларри. Но так не могло продолжаться бесконечно. Мурлогов было слишком много.
Одно чудище успело дотянуться до Джерни. Когтистая лапа ударила в бок леопарда, дробя и ломая ребра. Взвыв от боли, Джерни откатился к ногам Лины, обагряя сухую землю кровью. Он попытался встать, но смог лишь приподняться, опираясь на передние лапы: задние отказались ему повиноваться.
Мурлоги окружили людей. Гулл и Фимбо отбивались из последних сил. Казалось, ничто уже не может остановить мурлогов. Именно в этот момент Лина вспомнила пророческий сон Той, Которая Видит Странное. Подчиняясь какому-то порыву, девушка плеснула на землю животворной воды из хрустальной фляги и упала на колени, шепча:
— Вечная Земля, колыбель всего живого! Я пришла из другого мира и, хоть я не твоя дочь, молю тебя во имя жизни — помоги и защити от прислужников зла! Возьми мою жизнь, но защити остальных!
Дрожь пробуждения пробежала по истерзанной земле, с тяжким вздохом раскрылись многочисленные трещины, из которых, извиваясь, подобно щупальцам, вздыбились могучие корни. Они обвивались вокруг мурлогов, рвали их на куски и утаскивали под землю. Даже бессмертные твари не могли противостоять всепобеждающей силе живой природы.
Одно из чудищ Гиркана в конвульсиях случайно зацепило Ларри и выбило из его рук Небесный меч, который со звоном отлетел в сторону. Юноша остался совершенно безоружным в окружении мурлогов. Увидев это, Гулл бросился к мечу, к которому уже потянулись лапы чудовищ. Он схватил его и бросил юноше.
— Ларри! Лови меч! — это были последние слова отважного капитана. Его голос захлебнулся жутким криком, когда мурлоги навалились на него.
В отчаянном прыжке Ларри сумел дотянуться до летящего меча и, еще не успев опуститься на землю, хлестнул им по протянутым лапам чудовищ. Слезы гнева и боли за погибшего товарища застилали ему глаза. Не раздумывая, он рубил направо и налево. Опыт тренировок, ненависть к врагам и неукротимая жажда мести слились воедино, превратив Ларри в несокрушимого бойца.
Внезапно с бугра, на котором стоял Гиркан, ударил испепеляющий огненный смерч, сжигая корни, уничтожающие мурлогов. Вновь содрогнулась земля от жестокой боли. Обугленные дымящиеся корни ушли в землю, очистив поле битвы. Но не всех мурлогов они уничтожили, и оставшиеся опять двинулись вперед.
Защитная сфера, которой Лина успела оградить отряд, спасла друзей от всепожирающего пламени, но остановить чудовищ она была бессильна.
Воспользовавшись кратким мгновением, Ларри тяжело дышал, опираясь на меч. Рядом с ним хрипло рычала Фрида. Она была вся изранена, кровь сочилась из ее многочисленных порезов, но глаза пантеры горели грозным огнем. Она яростно хлестала себя по бокам хвостом. За Фридой и Ларри стояли Лина и Фимбо, сжимающий в руках бесполезный меч. У их ног лежал Джерни, обессилено рыча и скребя землю передними лапами.
Громкий выкрик раздался над местом жестокой схватки, и мурлоги замерли, словно наткнувшись на невидимую преграду.
С глинистого бугра сошел Гиркан, вытаскивая из складок темного плаща огромный черный, как мрак забвения, меч. Торжествующая гримаса исказила судорогой отвратительный рот колдуна.
— Никто и ничто не может противостоять мне! — грозно провозгласил Гиркан. — Даже Небесный меч!
Он взмахнул гибельным клинком, обрушив на Ларри сокрушительный удар. Мечи встретились, осыпав землю голубыми и багровыми искрами. Покачнувшись от жестокого натиска, юноша устоял на ногах, но следующий удар колдуна швырнул его на колени. Гиркан вновь занес меч над головой Ларри и тут с удивлением увидел, что юная фея бесстрашно бросилась к нему. Жуткое подобие кровожадной ухмылки скривило морду змееголового колдуна. Он придержал свой меч, намереваясь одним ударом покончить с обоими. Гиркан с холодным спокойствием смотрел, как Лина взмахнула хрустальной флягой, выплеснув на него воду. Почувствовав в последний миг что-то неладное, колдун шарахнулся в сторону, пытаясь увернуться, но уже было поздно — вода попала на него. Дикая нестерпимая боль пронзила все тело Гиркана с головы до пят. Он ощутил, как силы черной магии покидают его. Жуткий вопль вырвался из горла колдуна и, взметнувшись до небес, тоскливым воем умчался в безвестную даль.
Дрогнули фигуры мурлогов и рассыпались черным прахом. На изрытой страшными когтями земле остались только корчащийся Гиркан и Ларри с друзьями.
Собрав остатки исчезающих колдовских сил, Гиркан глухим голосом произнес заклинание, и черный вихрь, закрутившись бешеным смерчем, подхватил его и умчал в сторону Заокраинного леса. Где-то там, далеко, возник разбухающий лиловый шар, который с глухим рокотом рухнул на землю, опалив небеса багровыми языками пламени.
Ларри без сил опустился на землю. Небесный меч выпал из его онемевших от напряжения пальцев.
— Победа! — прошептал юноша.
Присев рядом, Лина заплакала. Обняв ее одной рукой, Ларри огляделся по сторонам. Развороченная дымящаяся земля, обрывки могучих корней — все, что осталось после жестокой битвы. Воинство Гиркана сгинуло бесследно.
Фрида легла на землю, рядом с Джерни и нежно лизала его, тоскливо повизгивая. Леопард был еще жив, но глаза его уже подернулись мутной поволокой. Он жалобно скулил. Мелкая дрожь сотрясала его мускулистое тело.
— Гулл погиб… — захлебываясь слезами, промолвила Лина.
— Он погиб как отважный воин, — ответил Ларри. — Но, может быть, тебе еще удастся спасти Джерни…
Не говоря ни слова, Лина встала и направилась к пантерам. Опустившись на колени, девушка прикоснулась к голове леопарда. Закрыв глаза, она мысленно обратилась к земле за помощью и получила ее. Живительная сила наполнила Лину и через ее пальцы потекла в истерзанное тело Джерни, возвращая ему жизнь и залечивая страшные раны.
Опираясь на меч и прихрамывая, Ларри доковылял до Фимбо, который, опустив голову, стоял над останками капитана Гулла.
— Я обязан ему жизнью… — тихо произнес юноша.
— И я… — слабым эхом отозвался старик. — Ценой своей жизни он спас нас всех от ужасной смерти. Гулл с лихвой оплатил свои счета…
Фимбо беззвучно заплакал.
Сколько они так стояли, Ларри не помнил. Солнце уже поднялось в зенит, когда, словно очнувшись от забытья, он с трудом сказал:
— Мы должны похоронить капитана, а потом идти в столицу. Гиркан все еще жив, и мне предстоит уничтожить его! До тех пор, пока он ходит по этой земле, не будет мне покоя, а его черная тень будет нависать смертельной угрозой над Санфлауэром!
Старик молча кивнул, и они принялись рыть могилу на краю поляны у корней старого вяза. Подошла Фрида. Усевшись на землю, она стала помогать, углубляя могилу когтями. Вскоре к ним присоединилась Лина. Джерни был еще слаб, но уже мог передвигаться. Прихрамывая, он подошел поближе и лег у края ямы, печально опустив голову на передние лапы.
Останки капитана завернули в одеяло и бережно опустили в могилу. Туда же сложили все его вооружение. Насыпав земляной холм, обложили его камнями, а сверху поместили хрустальную флягу, в которой еще оставалось несколько капель животворной воды. Слов не говорили, лишь обратились к Всевышнему, моля о прощении мятежной души отважного капитана Гулла.
— Пора в путь, — сказал Ларри, поднимаясь. — Мы еще не завершили предначертанное.
Оглянувшись последний раз на могилу, все пошли к пустынной дороге, ведущей в столицу Санфлауэра.
* * *
Через три дня пути по безлюдной дороге Ларри и его соратники встретились с разведчиками. Принцу, Лине и Фимбо дали лошадей, а Фриду и Джерни устроили в обозной повозке. Часть разведчиков отправилась дальше к Заокраинному лесу, а остальные остались для сопровождения наследного принца и его друзей в столицу.
Через два дня безрадостного пути впереди показался город. Мелкий моросящий дождь уныло сыпался на землю, занавешивая даль серой кисеей. Сердце Ларри болезненно.
В городе шли восстановительные работы. Изодранные ужасными когтями хорбутов, крепостные стены смотрели на принца безжизненными провалами закопченных бойниц. Купол одной из дозорных башен, сорванный сокрушительным ураганом, сиротливо лежал по другую сторону защитного рва с осыпавшимися краями. На изломанном шпиле купола восседали большие черные вороны, недобро косясь на приближающихся всадников. Они сварливо перебранивались, хрипло каркая и тяжело хлопая крыльями.
Проехав распахнутые настежь ворота, по краям которых стояли угрюмые стражники, отряд вступил на главную улицу столицы, мощенную серым булыжником.
Тут царило шумное оживление. На повозках, а то и просто на плечах люди тащили бревна и доски. Крестьяне, ремесленники и свободные от несения караульной службы гвардейцы все вместе восстанавливали разрушенные стихией дома, подводили свежесрубленные стропила, покрывали крыши новой черепицей. В боковых переулках дымили костры. Над ними в больших воинских котлах, по приказу короля Элдуина, готовилась пища для оставшихся без крова людей.
С трудом продвигаясь по запруженной людьми улице, отряд наконец выбрался на дворцовую площадь. У широкой лестницы, ведущей к главному входу королевского дворца, спешились и, отдав поводья прислуге, начали подниматься по каменным ступеням мимо взявших на караул гвардейцев охраны. Волнение от предстоящей встречи с отцом и Камиллом заставило Ларри невольно ускорить шаг, и по оставшимся ступеням он уже буквально взбежал, придерживая рукой ножны меча.
На пороге принца приветствовал незнакомый капитан гвардии.
— А где капитан Грэм? — Ларри на мгновение остановился, предчувствуя недоброе.
— Погиб… — коротко ответил гвардеец.
Юноша бросился внутрь дворца и вбежал в тронный зал. Навстречу ему шагнул король Элдуин.
— Отец! — кинулся к нему в объятия Ларри.
— Сын мой… — голос Элдуина дрогнул. — Хвала Всевышнему, ты цел…
Отец и сын обнялись и долго стояли молча, не проронив ни звука.
В сопровождении гвардейцев в зал вошли Лина и Фимбо. Они остановились в отдалении.
Элдуин отстранил от себя сына и окинул теплым взглядом.
— Ты возмужал и окреп, — гордость за сына прозвучала в словах короля. — Теперь ты настоящий наследник престола!
Юноша смущенно улыбнулся.
Внезапно Элдуин бросил тревожный взгляд по направлению к двери, а затем оглядел зал.
— А где же Фрида? — быстро спросил он, хмурясь.
Но Ларри не успел ответить, потому что в этот момент в проеме дверей промелькнуло черное тело. Фрида, в три прыжка преодолев расстояние до Элдуина, едва не сбила короля с ног, бурно проявляя радость по случаю встречи.
— Ну-ну, малышка, я тоже рад тебя видеть! — улыбнулся Элдуин, потрепав пантеру по загривку.
В этот момент он с удивлением заметил еще одного зверя, который, войдя вместе с Фридой, осторожно уселся подле Лины, наблюдая за происходящим.
— А это кто?
— Это Джерни, он пришел вместе с нами из другого мира.
Ларри оглянулся по сторонам.
— Отец, где Камилл? — обеспокоено спросил юноша.
— Я здесь, мой принц… — от тяжелой шторы у окна отделилась фигура старого мага.
Ларри подбежал к нему, и Камилл заключил его в свои объятия. Они вместе вернулись к Элдуину, с любопытством взирающего на незнакомцев. Ларри взял Лину и Фимбо за руки и подвел их к отцу.
— Знакомьтесь, — сказал он. — Это Фимбо и Лина. Я обязан им жизнью. Они вместе со мной прошли весь путь и сражались с Гирканом!
От внимания Элдуина не ускользнуло то, с какой нежностью его сын произнес имя девушки. Приблизившись к ней, король обнял ее и поцеловал в лоб, как родную дочь, а затем крепко пожал руку старику.
— Благодарю вас! Мой дом полностью в вашем распоряжении!
Лина открыто посмотрела в глаза Элдуина и произнесла:
— Ваше величество, мы признательны вам за гостеприимство и доброту. Но мы пришли сюда, чтобы сокрушить черного колдуна и освободить моих родителей, томящихся в темнице его дворца. Лишь после этого сможем принять ваше предложение…
Элдуин кивнул:
— Мы как раз собираем войско и через несколько дней выступим в поход к логову колдуна. А пока — отдохните, Камилл проведет вас в гостевые покои. Простите, что не сопровождаю вас лично, но дела государственной важности незамедлительно требуют моего участия. Ларри освободится чуть позже — нам нужно о многом с ним поговорить. А пока, прошу прощения, я удаляюсь.
Поклонившись гостям, Элдуин в сопровождении Ларри и капитана гвардии направился в свой кабинет.
— Прошу вас следовать за мной, — пригласил Камилл Лину и Фимбо.
Старый маг провел гостей по коридору и, распахнув золоченые двери, вошел в просторную светлую комнату.
— Располагайтесь. В вашем распоряжении все, что только пожелаете. Сейчас я пришлю прислугу, а когда отдохнете с дороги, мы с вами побеседуем, если вы, конечно, пожелаете.
Камилл направился к двери, но неожиданно остановился и, пытливо взглянув на Лину, спросил:
— Скажи мне, дитя, знакома ли ты с магией?
— Да, — просто ответила девушка. — Я — лесная фея.
— Вот оно что… — удивленно вскинул седые брови старый маг. — Я сразу почувствовал в тебе силу, но не мог понять, какова ее природа. В нашем мире нет лесных фей, поэтому я хотел бы обсудить с тобой некоторые вопросы… Впрочем, это позже, а пока — отдыхайте. — И Камилл вышел, тихо притворив за собой дверь.
* * *
Новый капитан гвардии — Орлин занял пост у кабинета короля, а Ларри с отцом расположились за большим прямоугольным столом, на котором были разложены карты королевства. Вскоре к ним присоединился Камилл.
Ларри поведал отцу и магу-наставнику историю своих приключений на землях мира, в котором он побывал. Когда принц закончил повествование, старый маг кивнул головой и, задумчиво теребя седую бороду, произнес:
— Да, я слышал о таинственных и загадочных эльфах в годы своей юности. Мой учитель рассказывал о них много прекрасных легенд…
— Но почему я никогда не слышал про эльфов у нас в Санфлауэре? — удивился Ларри.
— Потому что их никогда не было здесь. Эльфы обитают лишь в тех мирах, где есть источники животворной воды. Оттого, наверное, так сильна магия живой природы в том мире, где ты побывал. Жаль, конечно, что в нашем мире нет эльфов…
Камилл тяжело вздохнул и, скрестив на столе сухие жилистые руки:
— Может быть, лесная фея, которая пришла вместе с тобой, сможет проникнуть в мир живой природы Санфлауэра и возродить его. Я почувствовал в ней могучие светлые силы… После сражения с Гирканом леса омертвели, и не в моих силах пробудить их к жизни. Как знать, возможно, приход Лины — это знак свыше. Я побеседую с ней чуть позже. А сейчас поведай нам о битве с колдуном и о том, куда он сам подевался.
Юноша подробно изложил ход битвы с Гирканом. Он рассказал о самоотверженном поступке капитана Гулла, ценой своей жизни спасшего всех от неминуемой гибели, о том, как Лина сумела пробудить и призвать на помощь саму землю Санфлауэра.
— Что же случилось с самим Гирканом? — спросил Элдуин.
— Черный вихрь умчал его в сторону Заокраинного леса… — глухо промолвил Ларри. — Я чувствую, что в нем еще осталась какая-то темная сила…
Сцепленные в напряжении пальцы старого мага едва заметно дрогнули. Мрачная тень пробежала по его строгому лицу.
— Какая же сила пришла ему на помощь, — тревожно пробормотал Камилл, — если даже животворная вода не смогла его полностью одолеть? Мне необходимо попытаться проникнуть в его черные помыслы…
— Но ведь это опасно! — воскликнул Ларри.
Камилл положил свою ладонь на руку Ларри и слегка сжал ее.
— Порой незнание страшнее, чем самые жуткие подробности о силе врага. В этот раз я буду осторожнее. Разузнаю, что замыслил Гиркан и разу же вернусь обратно.
Камилл кивнул Элдуину и торопливо направился к выходу.
— Будь осторожен, Камилл! — напутствовал его король, и в этих простых словах прозвучала неподдельная тревога за судьбу старого и верного друга.
* * *
Душа мага, окруженная защитными заклинаниями, скользила по мрачному коридору лабиринта подсознания, к черной душе Гиркана. Призрачные твари устремлялись к Камиллу, но, натыкаясь на невидимую преграду, корчились в бесплодных попытках пробить броню заклинательной сферы. Некоторое время они преследовали Камилла, но затем разочарованно отставали. Впереди обозначился выход из тоннеля. Маг замедлил свое движение, стараясь уловить хоть какие-то обрывки мыслей колдуна. Но все было тихо. Подкравшись к самому выходу, Камилл осторожно выглянул в огромный мрачный зал.
Вместилище души Гиркана было пустым. Под высокими сводами, уходящими во тьму, не было ничего, если не считать большого черного кристалла, зловеще поблескивающего непроницаемыми для взора поверхностями. Кристалл покоился на круглом постаменте в половину человеческого роста. На его поверхности вспыхивали и медленно меркли багровые хитросплетения колдовских символов.
«Если бы Гиркан погиб, то вместилище его души должно было исчезнуть… — подумал маг. — Значит, колдун жив. Но где же тогда его душа?!»
Единственный вывод заключался в том, что Гиркан отправил куда-то свою душу, и теперь, возвращаясь обратно, Камилл мог встретиться с ней в темном лабиринте подсознания. От этой мысли старый маг вздрогнул. Нужно было быстрее убираться отсюда. Но загадочный черный кристалл притягивал его взор, завораживая таинственной игрой огненных надписей.
«Что же это такое?» — подумал Камилл.
Его душа скользнула к постаменту и замерла. Багровые колдовские символы вспыхнули и начали наливаться яростным жаром, словно пытаясь вырваться из плена черного кристалла.
«Это ловушка!» — молнией сверкнула запоздалая догадка.
Душа мага рванулась к выходу, и тут Гиркан нанес поистине страшный удар. Словно тысячи раскаленных игл вонзились в сознание Камилла. Тьма рухнула сверху, погребая под собой защитную сферу мага, надобно горному обвалу.
Камилл в последний момент все же сумел удержать трещавшие по всем швам охранные заклинания, и это спасло ему жизнь. Но маг оказался в ловушке, откуда не было выхода. Вырваться из нее самому не хватит сил. Камилл узнал ужасное заклятие Предначальной Тьмы Хаоса и содрогнулся. Никто и никогда из тех немногих магов и колдунов, знавших об этом заклятии, не пользовался им даже под страхом смерти. Гиркан в своей лютой злобе далеко шагнул за границы дозволенного…
— Вот ты и попался, книжный червь! — голос Гиркана прозвучал неожиданно. — Я знал, что ты придешь сюда, как только Ларри, доложил тебе о моем поражении. Но знай: поражение привело меня к победе! Я сломал вселенские запоры и получил доступ к безграничному могуществу сил Предначальной Тьмы!!! По сравнению с этими силами даже могущество Нгала — ничто!
— Безумец! — прохрипел старый маг. — Ты уготовил погибель для всей Вселенной!
— Ха! Что такое Вселенная?! Всего лишь ничтожная пылинка в просторах бесконечной Вечности, и я, именно я буду править этой Вечностью! Доходит ли это до твоего умишки, жалкий старик?! Такое могущество не снилось даже богам!
— Не по росту одежку примеряешь! — ответил Камилл. — лишь Тот, Кто Сотворил Все Сущее, может управлять вечностью, ибо он сам и есть Вечность!
— Мне недосуг сейчас заниматься тобой, старик. Дела, более важные, чем бесполезные споры с глупцом, ждут меня. Но очень скоро я вернусь и выпью по капле всю твою душу!
Голос Гиркана смолк. Тяжелая глыба безысходности навалилась на Камилла непомерным грузом. Помощи ждать было неоткуда…
* * *
После дальней дороги Лина прикорнула на диване в гостевых покоях и забылась в коротком тревожном сне. Болезненный толчок в сознании мгновенно пробудил ее. Где-то в пределах этого мира в сети черного колдовства попала душа белого мага. Отзвуки этой беды, подобно волнам от брошенного в воду камня, разошлись по бескрайним просторам подсознания. Лина села, озабоченно озираясь по сторонам.
Дедушка спал, очевидно, не ощущая возмущений магической среды. Девушка быстро оделась и тихонько выскользнула из комнаты.
Гвардеец, стоявший на страже у гостевых покоев, провел Лину по открытой террасе, опоясывающей восточное крыло дворца, до белой мраморной лестницы, спускающейся во внутренний двор.
— Его величество и принц сейчас находятся здесь, — с поклоном объявил гвардеец.
Во внутреннем дворе королевского дворца располагался небольшой, уютный сад. Это было единственное место в столице Санфлауэра, где после опустошительного урагана сохранились листья на ветвях деревьев и кустарников. Посреди сада в окружении приземистых деревьев с тихим шорохом рассыпался алмазными искрами фонтан, бивший из белокаменной чаши, выполненной в форме раскрытых ладоней. Возле фонтана на широкой резной скамье сидели Элдуин и Ларри.
«А ведь они похожи как две капли воды… — подумала Лина. — И только разница прожитых лет отличает их друг от друга…»
Глядя на короля, девушка осознала, что видит перед собой Ларри таким, каким он будет, возможно, через тридцать лет, и невольно улыбнулась. Что ж, король и в самом деле был хорош собой…
Заметив спускающуюся по ступеням Лину, Элдуин и Ларри тотчас прервали свою беседу и поднялись ей навстречу.
— Простите, что нарушила ваше уединение, — взволнованно произнесла девушка. — Но я чувствую, что в магических сферах происходит что-то неладное, это связано с черным колдовством! Мне необходимо срочно посоветоваться с кем-нибудь из опытных магов…
— Лучше всего поговорить с Камиллом, — сказал король. — Но боюсь, что сейчас он занят.
— Но это очень важно!
— Дело в том, что именно сейчас Камилл пытается разведать планы Гиркана, — терпеливо пояснил Ларри. — И его душа блуждает где-то в неведомых лабиринтах подсознания.
— Ах! Боюсь, что именно Камилл попал в беду, — прошептала девушка, словно враз лишившись сил. — Где находится его тело? Мне нужно взглянуть на него немедленно!
За время долгого путешествия Ларри привык доверять ощущениям юной феи. Поэтому, долго не размышляя, юноша взял Лину за руку и побежал к дому Камилла, бросив Элдуину на бегу:
— Отец, мы все выясним!
* * *
Отворив двери кабинета, Ларри и Лина замерли на пороге.
Камилл сидел, откинувшись на высокую спинку резного кресла. Его тело казалось неестественно выпрямленным, словно окаменевшим в момент наивысшего напряжения. В побелевших от неимоверного усилия пальцах старый маг сжимал прозрачную хрустальную сферу, внутри которой тлела золотистая искра.
Ларри бросился, было, к своему наставнику, но резкий вскрик Лины остановил его на полпути к застывшему телу Камилла.
— Стой! Не дотрагивайся до него!
Голос юной феи был решителен. Юноша не посмел его ослушаться. Он ступил в сторону, пропуская Лину вперед, и замер в ожидании.
Девушка подняла руки над головой Камилла и очень медленно повела ладонью над его закостеневшим лицом. Через некоторое время она с тяжким вздохом опустила руки. Внезапная бледность и темные круги, появившиеся под глазами Лины, испугали юношу.
— Все очень плохо, — сказала девушка. — Душа Камилла угодила в ловушку и теперь не может вернуться в тело. Искра жизни в хрустальной сфере еле-еле тлеет, ты видишь это?
Ларри лишь кивнул в ответ, не в силах произнести ни слова.
— Если душа Камилла не вернется в ближайшее время в тело, то связь прервется, и тело умрет… — продолжала Лина. — Но хуже всего то, что в этом случае душа мага навечно останется в плену у Гиркана. Даже страшно подумать, какие ужасные пытки придумает для нее колдун!
— Что же делать? — Ларри с надеждой смотрел на девушку.
— Камилл не может сам вырваться из плена, я попытаюсь помочь ему… Сделаем вот что: я сейчас отправлюсь к темнице, в которой заключена душа Камилла. Ты же будешь внимательно следить за нашими телами и хрустальной сферой. Как только увидишь, что жизнь вернулась в наши тела, сразу же уничтожь сферу, потому что вслед за нашими душами придет черный мрак колдовства. Если ты уничтожишь сферу еще до того, как наши души вернутся в тела, то Камилл и я погибнем. Если же ты опоздаешь хоть на миг, и черный мрак успеет вырваться из сферы, то тогда погибнешь ты…
— Я все сделаю, как нужно, — ответил Ларри.
Лина повернулась лицом к хрустальной сфере и положила свои ладони поверх ладоней Камилла. Тотчас ее тело вздрогнуло, словно от неимоверного напряжения, выгнулось и одеревенело, а рядом с золотистой искоркой вспыхнула еще одна, окруженная зеленоватым ореолом. Ларри до боли в глазах вглядывался в сферу, держа наготове Небесный меч.
Долгое время ничего не происходило. Но вот искры вспыхнули ярче, словно приближаясь, и почти одновременно с этим в глубине хрустальной сферы появилась черная точка, которая начала разрастаться, превращаясь в шевелящуюся чернильную кляксу. Непроглядные крылья тьмы, медленно расползаясь внутри хрустальной сферы, пытались поглотить яркие искры, затмив их своей чернотой. Уже более половины объема сферы занимала шевелящаяся чернота, когда тело Камилла вздрогнуло, словно приняв на себя удар, и расслабилось. Хриплый вздох сорвался с обескровленных губ старого мага. Ожило и тело Лины. Больше не раздумывая, Ларри рукоятью меча выбил из ослабевших пальцев мага хрустальную сферу и стремительным взмахом клинка рассек ее на две части. Ослепительная вспышка сверкнула перед глазами, заставив Ларри зажмуриться. Крик, преисполненный жуткой яростью и болью, захлестнул сознание юноши. Его ноги подкосились, и, словно тряпичная кукла, он опустился на пол…
* * *
Ужасный крик потряс угрюмый дворец до основания. Прижав правую руку к груди и поглаживая ее левой, Гиркан корчился от боли и бессильной ярости. Это было невероятно: уже второй раз придворный маг короля Санфлауэра ускользнул из рук колдуна. Теперь ему на помощь пришла юная фея. Она разрушила мощные сторожевые заклятия, державшие душу Камилла. Узнав о случившемся, Гиркан устремился в погоню за беглецами, предвкушая миг расправы с душами мага и феи. Но в тот самый момент, когда колдун уже готов был торжествовать победу, он получил сокрушительный удар.
Любому другому колдуну это стоило бы жизни, но не Гиркану. После поражения у Белых камней он использовал все остатки своих сил на то, чтобы сломать вселенские запоры и получить доступ к неукротимым силам Предначальной Тьмы. В отчаянной попытке ему удалось это сделать, нарушив при этом равновесие мироздания. Теперь Гиркан был самым могущественным колдуном во всех существующих мирах, потому что обладал Короной Тьмы, дающей ему власть над такими силами, о которых даже невозможно было говорить без содрогания. Но Гиркану была известна и обратная сторона медали. Корона Тьмы, даруя практически всесилие, порабощала своего обладателя и превращала его в безвольное орудие для осуществления своих, никому не ведомых, грозных замыслов.
Постепенно колдун начал успокаиваться. Боль из руки ушла, и лишь слабое покалывание напоминало об ударе Небесного меча. Было ясно, что теперь король, маг и наследный принц постараются любой ценой найти дворец колдуна и не оставить от него камня на камне.
— Я буду ждать этой встречи с нетерпением… — глухо вымолвил Гиркан, злобно стискивая кулаки.
— Тебе предстоит еще одна встреча, последняя… — раздался шелестящий голос.
Гиркан дернулся, в панике озираясь вокруг. Ледяная змейка страха проползла по его позвоночнику и сплелась в тугой клубок на затылке. Этот клубок останется с ним уже до самого конца — Гиркан понял это и содрогнулся. Он догадывался, кому мог принадлежать пророчествующий голос, но боялся признаться в этом даже самому себе…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *