Ночной гость. Глава 10 — Встречи и расставания

Гиркан в мрачном раздумье бродил по дворцу. Как гром среди ясного неба обрушился на уродливую голову Гиркана — Ларри жив! Меч из Небесного камня у принца. Вместе с ним девчонка, которую колдун считал погибшей.
Но почему Ларри остался жив? Где он был и зачем возвращается обратно? Эти вопросы мучили колдуна, не давая ему покоя ни днем, ни ночью. Гиркан попытался проникнуть в сознание юноши, чтобы выведать о его намерениях, и, к своему изумлению, внезапно натолкнулся на непреодолимую преграду. Та самая девчонка, которую он считал слабой и беспомощной, окружила сознание принца барьером, через который колдун не мог пробиться. Она была феей! Причем обладала большей силой, чем ее мать.
Гиркан задумался. Впервые в его черное сердце закрался страх. Неясная угроза его могуществу исходила от маленького отряда, который двигался к проходу в мир Санфлауэра. Гиркан решил устроить засаду у двух камней, где принц со своими спутниками должен был появиться в назначенный час.
* * *
Фрида бежала впереди, разведывая путь. С тех пор как отряд прошел по тайной тропе, и Венценосные горы остались позади, путников со всех сторон окружали зеленые пышные джунгли. Таких причудливых растений и необыкновенных обитателей тропических лесов пантера еще никогда в жизни не видела.
Однажды друзья едва не стали добычей гигантского богомола, который неподвижно сидел на пути отряда. Ларри и Фрида, идущие первыми, приняли это чудовищное насекомое за поваленное дерево. Они приблизились к нему уже почти вплотную, когда раздался испуганный крик Лины:
— Ларри, берегись!
В тот же миг чудовище молниеносно выбросило вперед две членистые лапы, усеянные изогнутыми, наподобие серпов, шипами. Пантера едва успела увернуться, но Ларри упал, сбитый с ног ударом. Но тут подоспели Гулл и Полдо. Бывший пират обрушил на богомола секиру, обрубив ему одну лапу, а Полдо выпустил стрелу, которая вонзилась в глаз ужасного насекомого. Богомол пронзительно заскрипел и снова ринулся в атаку.
Ларри успел вскочить и встретил врага с мечом в руках. Засверкала голубая сталь, кроша конечности чудищу. Гулл бросился напролом сквозь мельтешащие лапы богомола и, вложив всю силу в удар, отсек ему голову.
Щелкая жуткими челюстями, голова насекомого откатилась, а туловище завалилось набок, вспахивая землю дергающимися лапами.
Друзья отскочили в сторону и переглянулись, тяжело дыша. Все были целы и невредимы, если не считать нескольких небольших ран, которые получил Гулл, и ссадин на руках Ларри.
Подбежала Лина, испуганно прижала к лицу ладони.
— Ничего себе кузнечик! — проворчал Гулл, вытирая о траву секиру.
— Я услышала мысли богомола, готовящегося напасть на жертву, — растерянно произнесла Лина. — Но и предположить не могла, что он такой громадный и охотится на нас…
Дальше двигались плотной группой, держа оружие наготове. Вскоре густая растительность поредела, и впереди обозначился светлый просторный лес. Высокие стройные деревья тянулись вверх. Где-то там, в вышине, шумела их зеленая листва, а здесь, внизу, было тихо и спокойно. Гладкие ровные стволы без веток казались стройными колоннами бесконечного огромного зала, выстланного мягким мохом. Мелкие, как бусинки, голубые, розовые и белые цветочки пестрели на этом зеленом ковре. В лесу было спокойно и тихо.
До самого вечера шли путники этим завораживающим лесом. Чистый благодатный воздух освежал и успокаивал.
Уже когда солнце скрылось, и на лес накатили вечерние сумерки, отряд вышел на просторную поляну.
— Пожалуй, здесь мы остановимся на ночлег, — решил Ларри. — Лучшего места не найти. Никто не сможет подкрасться к нашему лагерю незаметно.
Сбросив на землю свой тюк, Гулл решительно направился к темной стене леса за дровами. Полдо последовал за ним.
Ларри распаковал поклажу и достал одеяла, а Лина разложила провизию для ужина.
Пантера лежала чуть в стороне. Казалось, ее что-то беспокоит, Она часто поворачивала голову в сторону леса, принюхивалась, вставала, снова ложилась, словом, вела себя необычно.
Ларри не обратил на это внимания. Но Лина заметила странное поведение Фриды. Она пристально посмотрела на пантеру. Их взгляды встретились. О чем они беседовали — никто не знает. Но девушка улыбнулась, а Фрида опустила голову на траву и смущенно накрыла морду лапами.
Вскоре вернулись Гулл и Полдо. Они принесли две охапки хвороста и несколько толстых коряг.
— Я думаю, этого нам хватит до утра, — сказал Гулл.
Быстро соорудив костер, путники уселись ужинать. Жаркое пламя разогнало темноту, бросая причудливые блики на верхушки сонных деревьев. На опушке леса засветились огоньки глаз ночных обитателей. Они с любопытством разглядывали людей, неизвестно откуда объявившихся в этих глухих местах. Робко попробовала голос какая-то ночная птица, а затем залилась мягкой нежной трелью.
Подкрепившись, друзья начали устраиваться на ночлег. Ларри вызвался дежурить. Он подбросил в огонь несколько веток. Словно пчелиный рой, взвились в ночное небо алые искры. Тепло и уютно было у костра. Где-то неподалеку в траве стрекотали цикады. Среди переплетения ветвей зажигались и гасли блуждающие огоньки светлячков. Вокруг лагеря копошились мелкие зверюшки, шурша высокой травой.
Ларри наклонился к девушке и заботливо укутал. Он с нежностью смотрел на нее, чувствуя, как сердце наполняется теплом и любовью. Невольно юноша подумал о том, что если бы не беда в Санфлауэре, то он никогда бы не встретил Лину. Но теперь его сердце всецело принадлежит только ей, и он радовался этому, стараясь гнать прочь мрачные мысли о неизбежной схватке с Гирканом.
* * *
Одна за другой на светлеющем небосводе меркли звезды. Легкие перистые облака окрасились розоватыми бликами. Приближался рассвет.
Путники наскоро позавтракали и собрали снаряжение.
— А где Фрида? — оглянулся вокруг Ларри.
— Фри-и-да! — громко позвал он.
— Не волнуйся, с ней все в порядке, — успокоила юношу Лина.
Над кустарником мелькнуло черное тело. В несколько прыжков Фрида оказалась возле Ларри и, преданно урча, потерлась о его ноги.
— Смотрите, еще одна пантера! — удивленно воскликнул Полдо, протягивая руку в сторону леса.
— Это черный леопард… — поправила его Лина.
Из кустов выскользнул черный зверь и в нерешительности остановился, настороженно глядя на людей, державших в руках оружие. Он был чуть крупнее Фриды.
— Стойте на месте, — тихо произнесла Лина.
Она спокойно направилась к леопарду, который сначала оскалил клыки, а затем успокоился и сел на землю. Девушка подошла к зверю и протянула руку. Леопард замурлыкал и, прижав уши, ласково потерся о ладонь феи. Сказав зверю несколько слов, Лина вместе с ним вернулась к друзьям.
— Это — Джерни, — сказала девушка. — Он проведет нас через леса прямой дорогой.
— Ну и чудеса! — воскликнул Гулл, не удержавшись. — Как ты с ним договорилась?
— Лина — дочь лесной феи, — ответил за девушку Ларри. — Она знает язык птиц, зверей и растений.
Гулл только головой покачал, уважительно глядя на девушку. Он с опаской приблизился к Джерни и, протянув руку, осторожно погладил его. Зверь не шевельнулся, но внимательно следил за каждым движением человека. Ларри и Полдо по очереди подошли к Джерни. Так состоялось знакомство с проводником отряда. После этого выступили в дорогу.
Теперь все чувствовали себя уверенней. Леопард и пантера охраняли отряд днем и ночью, и другие хищники обходили отряд стороной, опасаясь встречи с Фридой и ее другом.
Уже три дня пробирались путники тропическим лесом, нигде не обнаруживая малейших признаков человеческого жилья. На четвертый день Джерни, идущий впереди, глухо заворчал. Тут же рядом с ним появилась Фрида. Она принюхалась и громко фыркнула.
— Фрида и Джерни почуяли дым костра, — сказала Лина. — Где-то впереди находятся люди.
— На всякий случай будем двигаться осторожней, — решил Ларри. — Подберемся к их лагерю поближе и разведаем, кто они такие.
Друзья крадучись двинулись вперед. Фрида и Джерни разошлись в стороны и бесшумно растворились среди папоротниковых зарослей.
Вскоре послышалось мелодичное журчание воды. Лес посветлел. Впереди, в просвете деревьев, блеснула зеркальным бликом неглубокая речушка с песчаными берегами. Она весело перекатывалась на поросших водорослями валунах и убегала куда-то в глубь леса. На берегу вокруг костра сидели люди. Их было трое.
Ларри неслышно подкрался ближе и, притаившись за крайним деревом, осторожно выглянул. Два человека сидели спиной к юноше, а третий — напротив них. Они о чем-то оживленно беседовали. Широкоплечий человек могучего телосложения, сидевший лицом к Ларри, выпрямился и пристально посмотрел на дерево, за которым прятался юноша. Ларри от изумления едва не выронил меч.
— Это же Ридлер! — радостно крикнул он, выбегая из леса.
Восторженно рыча, Фрида и Джерни громадными прыжками помчались к добродушно улыбающемуся Ридлеру. Двое его собеседников вскочили и с радостью бросились навстречу юноше. Это были Фимбо и Снапер.
— Дедушка! Снапер!
Лина подбежала к Фимбо и, плача от счастья, бросилась ему на шею. Полдо и Снапер крепко обнялись. Встретившись после долгой разлуки, друзья не могли нарадоваться. Они тискали друг друга в объятиях, смеялись и плакали от радости.
Из-за дерева появился Гулл. Он медленно и неуверенно приближался к шумной компании. Снапер, обнимавшийся в этот момент с Ларри, поднял голову и заметил бывшего пирата. Не раздумывая, он рванулся к нему, сжимая от ярости могучие кулаки.
— Ах ты, бандит! — гневно закричал моряк. — Теперь я с тобой рассчитаюсь сполна!
Гулл остановился, опустив руки. Секира с глухим стуком упала на землю. С хмурым видом стоял бывший предводитель пиратов, ожидая своей участи, хотя страха в его глазах не было.
Ларри бросился наперерез, встав между Снапером и Гуллом. Он схватил моряка за руки.
— Ларри, отпусти меня! — воскликнул Снапер, пытаясь освободиться. — Знаешь ли ты, кого защищаешь?! Это пират, убийца, он продал нас в рабство!
— Успокойся, — попросил юноша. — Я все знаю. Гулл нам рассказал.
Снапер недоуменно уставился на него.
— И после этого ты его оправдываешь?! — возмутился моряк.
— Я не оправдываю, — покачал головой Ларри. — Но мы спасли его от гибели в темнице Мордаха, а он, в свою очередь, выручил меня, когда я едва не стал добычей гигантского богомола. Мы взяли его в отряд. Теперь он один из нас.
Снапер тяжело дышал, гневно глядя на Гулла и судорожно сжимая кулаки. Бывший пират стоял молча и ждал решения.
Фимбо кашлянул, словно собираясь что-то сказать, но в последний момент передумал и, прижав к себе внучку, наблюдал за происходящим. Полдо смущенно переминался с ноги на ногу, не зная, что сказать в данной ситуации. С одной стороны, Снапер был его старым приятелем, а с другой — Гулл оказался неплохим малым и действительно спас жизнь Ларри, да и в дороге показал себя с лучшей стороны.
Ридлер подошел к Снаперу и, мягко опустив ему на плечо могучую руку, рассудительно произнес:
— Месть — плохой советчик. А судить человека за его поступок может только тот, по чьей высшей воле живет этот человек на земле. К тому же не ради наживы идет Гулл вместе с Ларри. Неведомо, как сложится его судьба, и какая участь уготована ему свыше, но лишать отряд такого воина — неразумно.
Снапер постепенно успокоился, и Ларри отпустил его. Глянув исподлобья на Гулла, моряк тяжело вздохнул и неуверенно сказал:
— Не знаю, может быть, и так… Но мне трудно будет все забыть…
— Ладно, — подал голос Фимбо. — К счастью все закончилось хорошо, и мы снова вместе. Да и, честно говоря, не известно, что было бы, если бы пираты нас не подобрали. Вспомни акул…
— Пусть будет так! — нехотя согласился Снапер.
Друзья вернулись к костру. Ридлер, подозвав Гулла, усадил его между собой и Ларри. Потом, достав из своего бездонного мешка флягу с вином, пустил ее по кругу, а сам подбросил в огонь несколько веток. В каждом его движении чувствовалась уверенность и скрытая сила.
Терпкое вино взбодрило путников, а запах подрумянившейся дичи раздразнил аппетит. Все набросились на еду, один лишь Ридлер не притронулся к пище. Он только передавал ее друзьям и лукаво посмеивался, пряча улыбку в бороду.
Когда подкрепились, снова завязался разговор. Каждый хотел узнать, что приключилось с друзьями, пока они были в разлуке.
Ларри первым поведал о приключениях на острове Провидения, о перелете через океан на Сандере, о подлости Мордаха и его гибели, о схватке с гигантским богомолом. Умолчал он лишь о Драконьих горах. Но Ридлер понимающе подмигнул юноше, и Ларри догадался, что Защитнику все ведомо.
После этого Снапер рассказал о странствиях с Фимбо и грумбером Дрогмой. Когда жители пещерного поселка провели Фимбо и Снапера по лабиринту к северному склону Венценосных гор, беглецы еще не знали, что их ждет дальше. Какова же была их радость, когда, выйдя на солнечный свет, они увидели Ридлера. Он-то и поведал о том, что Ларри, Лина, Полдо и Фрида живы. Ридлер привел с собой лошадей, поэтому путь к нынешней стоянке преодолели всего за два дня.
— Скажи, Ридлер, — спросил Ларри, — как ты узнал о том, что случилось с нами, и о том, что мы пойдем именно этой дорогой?
— Ты забываешь, — усмехнулся Защитник. — Жрецы Храма Пурпурного Лотоса знают все. Они меня послали. Правда, о том, что к вам присоединится еще и Джерни, не знали даже они.
— Значит, ты пойдешь с нами?! — обрадовалась Лина.
— Нет, я только привел лошадей, чтобы вы могли быстрее добраться до магического перехода в другой мир.
Увидев, что друзья приуныли, Ридлер добавил:
— Я не могу покинуть эту землю и живу, пока жива земля, породившая меня. Дальше вы поедете на лошадях, а я, Снапер и Полдо отправимся в рыбачий поселок. Зло в нашем мире начало набирать силу — мы должны бороться с ним здесь.
— Понимаю, — согласился Ларри. — В таком случае мы не будем задерживаться. Боюсь, как бы не опоздать…
Мрачная тень пробежала по лицу Ридлера. Нахмурив брови, он сурово произнес:
— Да, тебе нужно спешить. Полчища Гиркана уже почти у самых стен столицы, но сам колдун ждет тебя у выхода из магического прохода. Будьте осторожны! Джерни доведет вас до Тенистой рощи. Дорогу через пустыню найдете?
— Да, я хорошо ее запомнил, — кивнул Ларри.
— Ну, тогда — в путь!
Ридлер повернулся к реке и призывно свистнул. В ответ донеслось ржание, и на противоположном берегу появились лошади. Они быстро переправились через мелководную реку. Ридлер что-то прошептал каждой из них на ухо и потрепал по холке. Теперь они смирно стояли, не обращая внимания на пантеру и леопарда.
Друзья вскочили на лошадей. Полдо подошел к Фимбо и, протянув ему лук со стрелами, произнес:
— Я возвращаю тебе оружие. Оно не раз выручало нас в пути. Прощай! Да хранит вас Всевышний!
Подавая Ларри на прощание руку, Ридлер негромко сказал:
— Береги Лину — с ней связано будущее твоего мира и твоя судьба!
Ларри крепко пожал руку Ридлера, попрощался с Полдо и Снапером, затем, привстав в стременах, оглядел небольшой отряд и скомандовал:
— Вперед!
Гулл, Джерни и Фрида уже ждали остальных на другом берегу реки. Как только отряд переправился, они углубились в лес. Последний раз оглянулись, прощаясь со своими друзьями, и на этот раз, чувствовали, что навсегда.
Три фигурки у костра на противоположном берегу реки подняли над головой руки, посылая последний привет.
— Удачи вам! — донеслись их голоса.
— Прощайте, друзья… — одними губами прошептал Ларри.
Он почувствовал, как слезы навернулись на глаза, и к горлу подкатил ком. Опустив голову, юноша въехал под сень деревьев, и густой кустарник сомкнулся за его спиной.
Теперь дорога лежала только вперед, туда, где грозная лавина неумолимо приближалась к сердцу гордого и свободолюбивого Санфлауэра, захлестывая его кольцом.
* * *
Король Элдуин сидел на троне с закрытыми глазами. Его мужественное лицо было изрезано глубокими морщинами. Воспаленные веки мелко подрагивали. Тягостные думы одолевали его.
За окном со стороны дозорной башни раздались тревожные звуки сигнальной трубы. Послышались торопливые шаги, и в зал вбежал капитан гвардии. Вслед за ним появился Камилл.
— Ваше величество! — воскликнул капитан Грэм. — Тревога! Враги приблизились уже на расстояние видимости!
Король выпрямился.
— Трубить общий сбор! — приказал он. — Всех воинов — на крепостную стену! Королевскую гвардию держать в резерве в полной боевой готовности. Как только враг приблизится к оборонительному рву, зажигайте костры и грейте смолу. Лучникам не стрелять, пока враги не подойдут вплотную! Я вскоре сам поднимусь на крепостную стену. Все ясно?
— Так точно, ваше величество! — отчеканил капитан и удалился.
Элдуин поднялся с трона и в сопровождении мага вышел на балкон.
В городе наблюдалось волнение. Отряды воинов направлялись к крепостной стене, занимая места у бойниц. Натягивали заводные канаты катапульт, подготавливая их к стрельбе. Входные ворота закрыли на мощные запоры и завалили огромными валунами. Все население высыпало на стены, наблюдая за приближающимся вражьим войском.
Из омертвелого леса выползали громоздкие и неповоротливые хорбуты — порождения болот Неизведанных земель. Опираясь на короткие перепончатые лапы, они судорожными толчками неуклюже двигались в направлении города. Грязно-зеленые спины, покрытые толстыми чешуйчатыми наростами, напоминали живые холмы, оканчивающиеся могучими хвостами с тремя ужасными шипами. Уродливые морды с костяными гребнями венчали эти жуткие создания.
За хорбутами тащились грыжли. Больше всего они были похожи на громадных гусениц, покрытых густой щетинистой шерстью, да и двигались они точь-в-точь, как гусеницы.
Вся эта кошмарная лавина неотвратимо перла к стенам города.
— Где же Ларри? Что с ним? — горестно вздохнул Элдуин.
— Он должен вернуться завтра, на заре, — отозвался Камилл.
— Сможем ли мы продержаться до его возвращения?
— Если Гиркан не будет лично участвовать в сражении, то мы справимся. Но главное — это Ларри! От него зависит дальнейшая судьба Санфлауэра.
— Ну что ж, — решил король. — Значит, до утра мы обязаны продержаться любой ценой!
Камилл и Элдуин вернулись в тронный зал. Подойдя к одной из колонн, находящейся за троном, король нажал на крупный рубин, расположенный в центре затейливого орнамента. В стене бесшумно открылась дверь, и обозначился проход в маленькую комнату.
Король и маг вошли в нее, затворив за собой потайную дверь. Мягкий свет лился из хрустального светильника, расположенного над дверью. На противоположной стене висел портрет белокурой женщины с голубыми глазами. Под портретом на изящной резной подставке красного дерева покоился длинный ларец, украшенный серебряной инкрустацией. Он был опечатан тремя магическими печатями.
Элдуин опустился на колени перед портретом матери Ларри.
— Анабель, — произнес он, обращаясь к ней. — Я поклялся, что если ты родишь мне сына, то никогда больше не возьму в руки меч, и буду править только с помощью справедливости. Я свято хранил клятву, доказательством служит мой меч, покоящийся в этом ларце. Но сегодня, в час тяжких испытаний, я прошу твоего позволения вновь взять в руки оружие, чтобы защитить Санфлауэр от черного зла!
Голубоватое сияние светильника померкло на мгновение, а затем вспыхнуло с новой силой.
— Благодарю тебя, любимая… — прошептал король. Он поднялся на ноги и произнес:
— Камилл, снимай печати, разрешение получено!
Старый маг приблизился к ларцу и торжественно прочитал заклинание. Тотчас печати растаяли розоватыми струйками дыма. Крышка ларца поднялась. Внутри на белоснежной подстилке лежал меч, схожий с мечом Ларри как две капли воды. Это был клинок короля Элдуина. Он также был выкован из Небесного камня. Никто, кроме Элдуина и Камилла, не знал о том, что существует два совершенно одинаковых меча.
Король взял оружие. Голубоватые холодные сполохи пробежали по благородному металлу, отразившись на суровом лице Элдуина. Казалось, король на глазах помолодел. Плечи его расправились, в глазах вспыхнул гордый свет. Перед алтарем вновь стоял Элдуин — воин.
Поклонившись портрету Анабель, король и маг быстро вышли из комнаты и направились к крепостным стенам.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *