Как сказать

От нашего посёлка до города по прямой через лес всего каких-то семь километров, но дачники предпочитают ездить по объездной дороге, хотя так получается в три раза длиннее. Говорят, что как раз на участке короткой дороги через лес, прямо перед спуском в овраг каждый раз происходят какие-то неприятности. То колесо спустит, то двигатель заглохнет – да так, что только парой лошадей можно автомобиль из лесу вытащить. А другим автомобилем или трактором – никак, сами могут на той дороге застрять! Будто, в тех местах обитает самый настоящий леший, который и закрыл дорогу таким магическим способом. Ну да кто ж в наше время верит в сказки?
Когда я обосновался на старенькой даче по соседству с пасечником — дедом Филиппом, то почти неделю просидел на ней безвылазно, что-то ремонтируя, подкрашивая и поправляя. Здесь в тишине и покое я собирался написать серию деревенских пейзажей. Ну а после косметического ремонта нужно было с соседями обзнакомиться. Одним словом – только через две недели я и смог в город вырваться.
Мой «жигулёнок» хоть и старенький, да надёжный. Приятель автомеханик мне его каждую осень перебирает и, если понадобится, ремонтирует. В общем, машинка у меня проверенная. Вот и рванул я, вопреки предостережениям деда Филиппа, короткой дорогой через лес.
Июль был уже, как говорится, на излёте. Над степью стоял неумолчный гомон обитателей разнотравья, который не смог заглушить даже ровный гул двигателя. Солнце упорно карабкалось к зениту, нещадно накаляя крышу автомобиля, и я мечтал поскорее нырнуть в прохладу леса, быстро приближающегося навстречу. Кто-то из жителей посёлка, заготавливающих сено в поле перед лесом, остановился, заприметив мою машину. Опершись на косу, он долго смотрел вслед, а затем сокрушённо покачал головой и махнул рукой – я отчётливо увидел это в зеркале заднего вида.
Не придав особого значения этому жесту, я принялся беззаботно насвистывать мотивчик старой детской песенки про зелёного кузнечика в траве. Серое полотно асфальта, окаймлённое поверху дрожащим знойным маревом, с ровным шелестом ложилось под колёса, приближая меня к заветной тени. Справа мелькнула группа тоненьких берёзок, одиноким островком стоящих перед самым лесом, и в следующее мгновение «жигулёнок» окунулся в зелёную прохладу.
Ах, как стало хорошо! В открытые окна автомобиля хлынули живительные струи свежего воздуха. Запахло хвоей. Жизнь была прекрасна!
Дорога плавно изогнулась влево, а затем вправо, огибая кряжистый дуб, нависающий огромными ветвями над трассой. Сразу за поворотом справа открылась, залитая солнечным светом, маленькая лужайка, в конце которой дорога ныряла в затенённый высокими деревьями овраг. Слева вплотную подступали старые сосны.
Неожиданно что-то скрипнуло под капотом, двигатель дважды чихнул, автомобиль дёрнулся и остановился, как вкопанный. Я чуть головой не грохнулся по инерции в лобовое стекло.
Со всех сторон мгновенно придвинулась тишина. Вернее, мне так показалось, хотя на самом деле звуки присутствовали – щебетали лесные птахи, гудели стрекозы. Но вот ровный умиротворённый рокот двигателя смолк.
Я несколько раз нетерпеливо повернул ключ в замке зажигания, но безрезультатно – двигатель не откликнулся ни единым звуком, даже попытки завестись не было.
— Ерунда какая… — пробормотал я, выбираясь из автомобиля.
Открыв капот, заглянул внутрь в надежде увидеть слетевшую с аккумулятора клемму, отвалившуюся свечу зажигания или что-то подобное. Но всё было на своих местах. Тогда я вновь плюхнулся на водительское сиденье и предпринял ещё одну отчаянную попытку завести автомобиль – результат не изменился.
«Вот не везёт, так не везёт!» – мысленно воскликнул я и снова выбрался наружу.
— Да уж, мациклетка – не кобыла, на ней судьбу по кривой не объехать…
Ворчливый голос раздался рядом. От неожиданности я резко дёрнулся, попытался развернуться, но ноги переплелись, и я неуклюже шлёпнулся на горячий асфальт.
В двух шагах на обочине, опираясь на суковатую дубину, стоял невысокий старичок и сердито глядел на меня зелёными глазами из-под кустистых седых бровей. Курчавая, седая же борода окаймляла его обветренное лицо. Одет был незнакомец в простецкие холщовые штаны и рубаху, а его голову венчала широкополая плетёная шляпа из соломы.
— И чего это ты, мил человек, расселся тута без дела? – нетерпеливо спросил он. – Зачем в лес-то пожаловал?
— Да я тут в город ехал… — удалось выдавить мне из себя. – А машина заглохла…
— И правильно! Нечего шуметь – лесных жителей пугать.
Поднявшись на ноги, я отряхнул брюки и почему-то принялся оправдываться:
— Да ведь и не шумел я вовсе…
— Ежели не ты, так твоя мациклетка шумела.
Я с недоумением посмотрел на старичка, и он сердито ткнул корявым пальцем в сторону «жигулёнка».
— Ах, вот оно что, — усмехнулся я, сообразив, о чём шла речь. – Это не мотоциклетка, а автомобиль.
— А мне всё едино: шумит – и всё тут! Понаехало всяких пришлых… никакого покою нету…
Старичок почесал затылок, как-то лукаво глянув на меня из-под бровей, и добавил:
— Вона и пчёлок распугал, почём зря – теперича с перепугу-то и мёду хорошего к зиме не принесут…
На эти его слова даже не нашлось, что ответить.
Старичок был не наш, не поселковский – это точно. Я там уже со всеми перезнакомился. А этот какой-то странный, и говорок у него тот ещё. Пока мы с ним беседовали, из травы у ног старичка высунулись настороженные серые уши, а за ними следом и любопытствующая мордашка зайца. Он посмотрел на меня, глянул вверх на моего собеседника и снова перевёл взгляд в мою сторону. Показалось мне или нет, но вроде бы в глазах косого сверкнули озорные искорки. Но что меня удивило больше всего, так это то, что заяц совершенно не боялся моего визави, да и меня, похоже, тоже.
Пока я размышлял над этим, прилетели несколько пёстрых пташек и, усевшись на крышу автомобиля, словно зрители уставились на меня. Боковым зрением отметил ещё какое-то движение справа и резко повернул голову. Там, на краю кустарника стоял огромный лось, с любопытством прислушивающийся к беседе. Его челюсти монотонно перемалывали какую-то зелень.
Повсюду шевелилась трава, выдавая скрывающихся в ней лесных обитателей. У меня было такое ощущение, что все они собираются сюда, чтобы послушать наш разговор.
И тут мне припомнились рассказы жителей посёлка о лешем, который, якобы, обитает в этом лесу, и не даёт проезда автомобилям. Конечно же, я этому не верил, но вот сейчас был вынужден признать факт необъяснимого появления на лесной дороге этого странного дедули. Кстати, чем он так был расстроен? И что это он о пчёлах говорил?.. А! У меня же с собой был трёхлитровый бутыль с мёдом, которым я разжился у деда Филиппа, и теперь вёз его в качестве угощения друзьям в город. Но, судя по всему, сегодня туда я уже не попаду, а пожилому человеку настроение поправить было бы неплохо.
— Сейчас, погодите минутку…
Я шагнул к автомобилю и достал из багажника, завёрнутый в мешковину, бутыль с мёдом. Предварительно протерев его, бросил мешок обратно в багажник, а сам бутыль протянул старичку.
— Вот, возьмите, пожалуйста. Может быть, это как-то подсластит ваше огорчение…
Он цепко ухватил бутыль и с явным нетерпением поднёс его к глазам, рассматривая на просвет. Солнечный лучик, пробившись сквозь густую листву могучего дуба, пронзил бутыль насквозь и зажёг в нём горячую янтарную искру.
— Хорош медок-то, видать, — одобрительно хмыкнул старичок. – С пасеки Филиппа, небось?
— А как вы догадались? – удивился я.
— Чего уж тут догадываться, — самодовольно усмехнулся мой собеседник. – Мне ведомо всё, что деется в округе. Да и на пасеке евойной я бывал не раз, токмо Филиппу про то не сказывай…
— Не буду, — пообещал я.
Неожиданно мне в голову пришла совершенно невероятная мысль: «А что, если?.. Абсурдно, нелепо, но почему бы и нет?!»
— Послушайте, может быть, вы меня отпустите? – попросил я, мысленно обзывая себя болваном-фантазёром. – Я ведь вовсе не хотел шуметь и пугать кого-либо в лесу. Мне просто нужно было срочно в город, а по этой короткой дороге быстрее.
— Это уж точно, что быстрее, — согласился старичок.
Он поднёс бутыль к самому носу, принюхался, зажмурившись от удовольствия, и констатировал:
— Эх, хорош медок… может, ещё когда побалуешь старика…
Открыв глаза, он окинул меня пристальным взглядом с головы до ног и произнёс:
— Стало быть, так: можешь ездить по этой дороге. Токмо не части, а особливо никому не сказывай про нашу встречу. Да и не шуми без надобности, а то намедни тута шумел один, так теперича ужо нескоро в лес заявится по доброй воле…
Старичок многозначительно помахал корявым пальцем, словно предупреждая. Позади что-то хрустнуло, и я непроизвольно оглянулся. Но это была всего лишь сухая ветка, упавшая с дуба на дорогу. Снова обернувшись к собеседнику, я с изумлением обнаружил, что он исчез. Вместе с ним куда-то самым загадочным образом внезапно подевалась вся живность, и только там, где минуту назад стоял лось, ещё качались ветви кустарника.
В недоумении пожав плечами и потоптавшись на месте, я снова забрался в автомобиль и неуверенно повернул ключ зажигания. Двигатель тотчас завёлся и умиротворённо загудел, как в старые добрые времена. Включив передачу, я аккуратно двинулся вперёд, особо не нажимая на педаль газа. «Жигулёнок» мягко скатился по спуску в овраг и резво выбрался из него с противоположной стороны. Вскоре лесной массив остался позади, а впереди показался город.
Все свои дела я порешал быстро и к вечеру отправился в обратный путь.
Добравшись до развилки дороги, остановился в раздумье. Ехать вправо – дальней дорогой долго, а короткой — через лес как-то боязно. Но всё же решил рискнуть.
В сумерках лес казался угрюмым, но я не осмелился включать фары дальнего света, ограничившись ближним, и на педаль газа особо не давил. Двигатель работал негромко, но ровно. Когда огибал старый дуб, мне померещилась рядом с ним знакомая фигура. Но, возможно, мне лишь показалось.
В посёлок я въехал уже в темноте. Загнав автомобиль во двор, я пошёл закрывать ворота и нос к носу столкнулся с Фёдором – нашим поселковым трактористом, который попыхивал в темноте смятой папироской.
— Эй, сосед, — обратился он ко мне. – Говорят, сегодня ты в город ездил через лес?
— Ну…
— Баранки гну, — хохотнул Фёдор. – Неужто проехал без приключений? Тамошний хозяин леса просто так никого не отпустит.
— Смотря как себя вести, — попытался пошутить я.
— А ты что, взятку ему дал?
Физиономия Фёдора расплылась в самодовольной ухмылке.
Вот не умею я врать, а правду сказать – так ведь никто не поверит. Да я и сам не уверен до конца в том, что моя встреча со странным старичком не была случайным совпадением. Поэтому смущённо отвёл глаза. Но Фёдор тотчас учуял, что я пытаюсь уйти от ответа, и уже серьёзно и настойчиво переспросил:
— Так ты что, взаправду с тамошним лешим договорился?
Я неуверенно пожал плечами и пробормотал:
— Ну, как сказать…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *