Сиреневые сны в дождливую погоду — 4 часть

4.
В один из дней мать пришла домой с незнакомой женщиной. Она показалась Артурке забавной. У незнакомки было тонкое бледное лицо с длинным, как у цапли, носом, большие выразительные глаза и густые черные локоны ниже плеч. На ней прекрасно сидело длинное в крупных цветах вязанное платье. Тетя назвалась Мейрансой, рассказала, что у нее три сына и заверила, что Артурка с ними подружится. Он еще подумал: а зачем ему дружить с ее сыновьями, если он их и не видел? Тетя угостила пирожными из магазина. Говорила она быстро, словно сорока, иногда глотая окончания. Много смеялась. Мальчуган сразу понял, что женщина добрая. Еще узнал, что пару недель, чтобы пересидеть морозы, они поживут у нее. Артурка заметил, что мама суетится, старается угодить гостье. Ему показалось, что она ведет себя несколько уничижительно. В какой-то момент Артурке даже стало обидно. В тот же вечер мама стала собирать вещи, а сынишке наказала собрать школьные принадлежности.

В субботу, как только Артурка пришел со школы, сын хозяйки отвез их к Мейрансе. Ее дом находился выше по Шемякина, напротив школы. У ворот их радушно встретил крупный, лысоватый мужчина, представившийся Артурке дядей Хусейном. Он галантно перехватил тяжелые сумки и внес во двор. Несмотря на мороз, он был лишь в легком трико и майке. Хозяин широко улыбался и источал добрую энергию. Руки, плечи и грудь его были покрыты роскошной растительностью. Таких волосатых людей мальчуган еще не видел. Но более всего мальчика поразило то, что все зубы у дяди Хуссейна были золотыми. Поймав его изумленный взгляд, тот по секрету сообщил, что зубы не золотые, а лишь крашенные. Говорил он с особым акцентом, нараспев, отчего речь его звучала забавно. За колоритным дядей переминались два подростка. Они хмуро разглядывали Артурку и хранили молчание.

— А это Али и Гафур, наши сыновья! — представила ребят вышедшая из дома уже знакомая тетя Мейранса. Она пригласила пройти в дом, где их ожидал накрытый стол. Артурка сначала стеснялся, а потом принялся уплетать так, что мама под столом несколько раз двинула его ногой. Им отвели небольшую уютную комнатку между залом и кухней. По словам радушных хозяев, раньше это была комната их старшего сына, Вадика. В тот же вечер, укладывая Артурку, мать шепотом поведала, что Вадик на работе зарезал человека и теперь его разыскивает милиция.

В доме у тети Мейрансы стояли странные запахи. Но вскоре все выяснилось, пахло кожей и клеем: дядя Хуссейн был сапожником. Одна из комнат была отведена под мастерскую, где глава семьи шил на заказ обувь. Это искусство передавалось и сыновьям. Придя со школы, Али и Гафур наскоро обедали и принимались за работу. До самого вечера из мастерской раздавался дружный стук молотков. Впрочем, подобный звук в этом доме был привычен. Даже оранжевый кот, любимец дяди Хуссейна, любил вздремнуть рядом с мальчиками. Артурка подружился с котом и вскоре, в порядке эксперимента, подстриг ему усы. Дядю Хуссейна чуть не хватил удар, а мальчугану попало от матери.

Артурка с неделю ездил в школу на автобусе. Мейранса предложила временно перевести его в свою, напротив. Она работала продавщицей в овощном магазине и, видимо, имела знакомства. Артурка стал ходить в новую школу вместе с ее сыновьями.

Дом Мейранса содержала в идеальной чистоте. Царил какой-то особый уют. Все вещи от позолоченной изогнутой мебели, штор и ковров были яркими, с незнакомым орнаментом и несли на себе нездешний колорит. Книжный шкаф притягивал Артурку как магнит. Он был заставлен толстыми фолиантами в красочных обложках на незнакомом языке. Дядя Хуссейн заметил его интерес.

— Вот, гляды этот книгэ, — он достал с верхней полки том в золоченой обложке. — Это наш «Шахнэмэ, эго написал велыкий Фирдуси. Ты знаешь Фирдуси?

Артурка не знал.

— Мы, эранцы, очэн дрэвний народ, — увлекся дядя Хуссейн, — мы дрэвней чем эврей, чем русский и всэх других! Ты слышал наш язык?

Артурка не слышал. Дядя Хуссейн нараспев начал торжественно декламировать, покачивая головой, пощелкивая пальцами и дирижируя себе правой рукой. Дядя Хуссейн читал ему на иранском. Мальчуган не понимал ни слова, но певучий язык потряс.

Мальчуган не мог оторвать глаз от страниц. Таких необычных и ярких картинок он еще не видел. Впоследствии «Шахнамэ» он мог рассматривать часами.

— Шэхмат мы придумал, а не эндус, — сказал в заключение дядя Хуссейн, — ты играешь в шэхмат?

Шахматы Артурка любил. Уже в четыре года он умел расставлять фигуры, а в семь лет, если отец давал фору в ладью, мог его обыграть. Дядя Хуссейн принес большие шахматы ручной работы. Таких необычных искусных фигурок Артурка тоже не видел. Воодушевленный, он без труда одолел дядю Хусейна, а затем разгромил его сыновей. Али получил детский мат, а с молчаливым Гафуром пришлось повозиться до пятнадцатого хода. Женщины следили за ходом поединка и каждую его победу встречали одобрительными возгласами и аплодисментами. Мама смотрела на него с любовью, а мальчуган чувствовал себя героем!

В нижней части шкафа он обнаружил книги на русском и глотал их одна за одной.

— Умный будэт малчык, много читайт, — говорил дядя Хуссейн маме, кивая на Артурку, погрузившегося в очередную одиссею.

Мать улыбалась, ей было приятно слышать эти слова.

Дядя Хуссейн был иранцем, а тетя Мейранса азербайджанкой. Сыновья разделялись по темпераменту. Старший, Али, был эмоциональным и походил на мать. Младший, выдержан и рассудителен как дядя Хуссейн.

Стряпала Мейранса необыкновенно вкусно, но пища тоже была непривычной. Как правило, птица или баранина в пикантных ароматных соусах с фасолью или горохом, голубцы в виноградных листьях. По воскресеньям за плиту вставал сам дядя Хуссейн и готовил «туранский», как он его называл, плов из длинного риса с пахучими травами. Вскоре произошло явление старшего сына, скрывающегося от милиции. Артурка его не видел, так как спал. Он узнал от матери, что после полуночи тайно приходил Вадик. Ему растопили баню, накрыли шикарный стол. Мейранса не отходила от сына, плакала, старалась закормить. Дядя Хуссейн уверял, что скоро заплатит кому надо и остановит дело. Али и Гафур, по словам матери, смотрели на старшего брата с завистью и восхищением.

На следующий день пришел участковый и заставил подписать бумагу, что при появлении беглеца родители обязаны сообщить в милицию. Участковый намекнул, что им стало известно о ночном приходе старшего сына. После того, как дядя Гуссейн закрылся с офицером на кухне, выяснилось, что за домом установлено наблюдение.

Было десять вечера, Артурка дочитывал приключения Миклухо-Маклая, когда из кухни позвала мама. За столом сидели Мейранса и дядя Хуссейн. Они объяснили, что надо отнести передачу Вадику. Сыновья для подстраховки предпримут отвлекающий маневр. Они выйдут чуть раньше, но направятся в другую сторону, а настоящую сумку понесет он, Артурка.

— Ээ, нэ бэспокойся, — успокаивал дядя Хуссейн маму, — рэбенк ничэго не будет, даже, эсли поймают. Там толка хлэб, сигарэт, трус-мус э всо!

Вадик ждал у озера Пархач, в маленькой роще. У озера надо было постоять и посчитать до ста, затем идти в сторону рощи. Пархач мальчуган знал, он там катался на лыжах с Али и Гафуром. Артурку тепло одели, повесили на плечо сумку и он отправился на встречу с таинственным Вадиком.

— Вадик сам тебя найдет, не волнуйся, — успокоила тетя Мейранса.

Мальчик прошел несколько кварталов, оставалась еще одна улица. Дальше начинался заросший пустырь, а за ним лежало озеро. В конце улицы его окликнули.

— Эй, пацан! Тащи сюда!

Артурка оглянулся и увидел человека в тулупе с высоким воротником, машущего ему рукой из-за трансформаторной будки. Он зашел за будку. Вадик осторожно выглянул из-за угла и внимательно осмотрелся. Улица была пуста.

— Это ты у нас живешь с мамашей?

Артурка молча кивнул. Вадик был чернобровым и белолицым, с тонкими, словно нарисованными усиками. Он забрал сумку и взамен сунул в руки другую, полегче. Затем передал записку и потребовал, чтобы при нем Артурка спрятал поглубже в карман. Он тут же спустился в овраг за будкой и исчез.

На обратном пути, когда оставалось совсем немного, мальчуган увидел в свете фонаря шатающегося мужчину в телогрейке и в трусах. Он стоял посреди улицы, расставив широко босые ноги, задрав голову к звездам и тихо стонал. Руки его, словно крылья, были заведены за спину, словно он намеревался взлететь. С трусов стекала какая-то жидкость и окрашивала снег в желтый цвет. Мальчик понял, что таким необычным способом тот справляет нужду. Поравнявшись, Артурка неуверенно остановился, он вдруг заметил, что у того в руке длинный нож. Надеясь, что тот его не заметит, попытался прошмыгнуть. Неожиданно мужчина повернул к нему голову и оглядел трезвым и осмысленным взглядом.

— Что, сучонок, по мою душу пришел? — тихо спросил он.

Артурка даже не успел ответить, как мужик, размахивая ножом, бросился на него. Мальчуган рванул что есть силы обратно к озеру. Пьяница, к его удивлению, бежал быстро. Артурка с ужасом слышал за спиной хриплое дыхание и стук босых ступней. Что-то чиркнуло пару раз по куртке. Несколько раз мужик чуть не упал, но оставался на ногах. Артурке сильно мешала ноша. Чувствуя, что тот его настигает, он скинул ее с плеча и тут же услышал, как преследователь упал. Сопровождаемый проклятиями, Артурка со страху пробежал несколько кварталов, нырял в какие-то переулки, пока не остановился в темной подворотне. Он простоял в темноте больше часа и сильно замерз. Наконец, поняв, что его никто не преследует, осторожно двинулся к дому. Местности он не узнавал. Поплутав, он опять вышел на знакомую улицу и увидел Али.

— Э, ты где ходишь!? — воскликнул тот недовольным голосом. — Мы тебя все ищем! Сумка валяется, а тебя нет!

Артурка рассказал, что с ним приключилось. Али выругался. Он знал этого мужика. Тот страдал алкоголизмом и Артурка нарвался на него во время приступа белой горячки. У ворот стояли мама и Мейранса. Увидев сынишку, мама кинулась к нему с упреками. Но Али все объяснил. Вскоре подошли дядя Хуссейн и Гафур, они тоже искали Артурку. Дома выяснилось, что куртка мальчугана порезана ножом. Дядя Хуссейн тут же подарил ему другую, что раньше носил один из сыновей. Мама категорично заявила, что больше его не отпустит, если надо, пойдет сама. Ее заверили, что больше не попросят.

Две недели растянулись на всю зиму. В последнее время Артурка стал замечать, что дядя Хуссейн стал оказывать матери удвоенное внимание. Это почувствовали все. К нему он стал обращаться не иначе как «мой сынок», а Али и Гафура заставлял называть его младшим братом. На мамин день рождения он подарил ей золотое кольцо с красным камнем. Мейранса загрустила, а братья перестали с ним общаться. В один из дней, в отсутствии домашних, дядя Хуссейн зашел на кухню, где мама мыла посуду и прикрыл дверь. Артурка слышал все до единого слова.

— Выходы за мэна, Рэйка! — горячо заговорил дядя Хуссейн, — Я Артур сын сдэлаю, куплю дом тэбе!.. У меня дэныг много, нам до конца жизнь хватит!.. Нэ смотри, что сапожнык, я дэнь зарабатываю столько, сколько энжинер в мэсиц получает!.. В масле будэш катаца, золотэ хадыт!..

— А как же Мейранса, дети? — спокойно возразила мать, гремя посудой.

— Развэдус ради тэбя. Онэ бэдным нэ останутся, нэ пэрэживай. У мэнэ всэ мысль о тэбе! Подумай, сколько такой красивый жэнщин можна нищета жить? Ты нэ старый, эшо сын мнэ родыш, буду лубыт тэбя как королэв! Я тожэ не старык, мнэ только сорок сэм!.. Я!..

Он запнулся, потому что мать громко рассмеялась. В этом смехе было что-то, от чего Артурке стало страшно.

На следующий день они покинули гостеприимный дом. На прощание Мейранса обняла мать и незаметно протянула деньги. Мать отказалась, тогда она сунула деньги в карман Артурке, тот не протестовал. Братья подарили ему кожаный футбольный мяч. Дядя Хуссейн провожал молча, глаза его были грустны. Он лишь погладил Артурку по голове.

— Слушай мама, сэнок!

* * *

До Алма-Аты оставалось еще около трех часов.

Мужчина вспомнил, как в первом классе у них в школе проходил новогодний маскарад. Накануне мама не спала ночь и сшила ему костюм петрушки. Он сильно стеснялся, ему казалось, что в этом костюме он выглядит нелепо и все будут смеяться. Он прижимался к родителям и никак не ходил выходить в круг, пока отец за руку не вывел его к елке. К его удивлению мамин костюм занял первое место и его премировали большой шоколадкой. Это воспоминание вызвало улыбку.

Картина за окном изменилась, сквозь разрывы облаков, виднелась земля.

продолжение следует…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *