Славик и Алиса. Отрывок 20 из романа «Встретимся у Амура или поцелуй судьбы»

Вернувшись с прогулки, Снегиревы обнаружили на двери записку от молодоженов, − те решили отчалить досрочно и желали соседям счастливого отдыха. В тот же вечер освободившуюся половину заняли новые соседи − та самая семейная пара с пацаненком. Его родители были примерно такого же возраста, что и родители Насти, − обоим уже за сорок. Они сообщили, что сами из Питера и что у них есть взрослый сын, постарше Насти. А завести еще одного решились, как сами выразились, «под занавес», когда вдруг страстно захотелось маленького. Ведь своего первенца они родили, будучи еще студентами. Трехмесячным крошкой отвезли к бабушке с дедушкой, и даже не видели, как сын встал на ножки, − были заняты сдачей очередной сессии.
Малыш у них получился прелестный: круглая головка на тонкой шейке, распахнутые глазищи, вздернутый любопытный носик − и неуемная страсть к исследованию окружающего мира. Слово «нельзя» было его личным врагом. А еще он был страстным игроком во что угодно, − и в свободное от проказ время постоянно занимался поисками партнера. В первый же вечер он буквально убил Галчонка, предложив с ним поиграть. Дело в том, что мать чрезвычайно гордилась своей моложавостью, − она, действительно, выглядела намного моложе своих лет и тщательно за этим следила. Утром на трассе ее спросили: «Девушка, вам сколько яблок взвесить?». Днем на пляже ее окликнули: «Женщина, это не ваше полотенце?» А вечером маленький негодник, потянув ее за подол, бесцеремонно изрек: «Бабушка, пойдем, поиграем». От таких ужасных слов Галчонок едва не зарыдала. Пришлось Насте срочно предложить Славику себя взамен и целый час ломать голову над составлением верблюда из кубиков «лего».
На следующий день море расходилось еще сильнее. Огорченные Снегиревы просидели все утро на пляже, ни разу даже не окунувшись. Когда Галчонок сунулась было в воду, ей на весь пляж пообещали, что спасать ее в эти волны никто не полезет, а если сама выплывет, то еще и оштрафуют. И она повернула назад.
Сидели, загорали. Взрослые играли в «кинга», Настя глотала Акунина, а малыш под грибком что-то мастерил из песка. Любители этой карточной игры знают, что она требует длительного расписывания и сложных вычислений. Этим занималась мама Славика, у которой в пляжной сумке нашлись тетрадь и ручка. Выигранные очки никак не сходились с проигранными, из-за чего партнеры постоянно спорили. Настя тоже увлеклась злоключениями Фандорина, поэтому они не сразу заметили, что под грибком пусто. Обнаружив отсутствие малыша, сначала не очень обеспокоились, − решили, что он где-нибудь поблизости заигрался с другими ребятишками. Но поиски на ближних и дальних участках пляжа с опросом отдыхающих, не видел ли кто мальчика в белой панамке и красных трусиках, не принесли положительного результата. Славик исчез.
Все запаниковали. Отец мальчика принялся бесцельно метаться по пляжу, громко выкрикивая имя сына, а у матери от ужаса пропал голос, − она только безмолвно разевала рот и тянула руки к морю. Настя первая сообразила позвать спасателей. Те сначала ни в какую не хотели лезть в чудовищные волны, обвиняя во всем родителей: мол, проиграли парня в карты, а теперь кто-то должен из-за них рисковать. Но когда отец мальчика, зарычав, пообещал их убить на месте, спасатели нехотя полезли в воду. К ним присоединились отец Славика, Олег Владимирович и Галчонок, а также несколько добровольцев из числа пляжников. Настя осталась с матерью Славика, продолжавшей безмолвно раскачиваться.
Искали, конечно, вблизи берега, − для поисков на глубине требовались водолазы, которых надо было вызывать из Сочи. Искали долго, но безуспешно.
− Ну не надо паниковать, − уговаривал пожилой спасатель обезумевших от горя родителей Славика. − Сынок ваш скорее всего отошел далеко и заблудился. Сейчас поднимем на ноги милицию, опросим всех, − может, кто видел похожего ребенка. Найдется, я уверен.
Его слова не внесли успокоения в души людей. Все понимали, что, если Славик зашел в воду и его захлестнула волна, то он уже утонул. Прошел час, другой. Пляж опустел. Родители Славика в отчаянии сидели на песке, не в силах даже встать. К ним подошел милиционер, о чем-то спросил и ушел.
Снегиревы сначала тоже метались вместе со всеми по пляжу, потом Галчонок вернулась к родителям мальчика на случай, если придется звать врача. А Настя с отцом долго ходили по ближайшим улицам, расспрашивая всех встречных о малыше.
Небо быстро темнело, приближалась гроза. У Насти от страха сильно сдавило грудь, даже дышать стало трудно. Как же они теперь будут жить, родители Славика? − билась в голове только одна мысль. Каждый день вставать, ходить, что-то делать − как? Наверно, легче умереть.
Устав от бесцельной ходьбы, они повернули обратно. У обоих не выходила из головы мысль − как жить дальше? Самым простым было уехать, ведь толку от их помощи все равно мало: поисками мальчика теперь должны были заняться те, кому положено. Но как оставить родителей Славика? И какая радость от дальнейшей поездки? Уж лучше сразу домой. Все эти мысли вертелись в голове у Насти, когда она вдруг увидела чудо неземной красоты, выпорхнувшее из-за угла. На чуде было розовое платье, украшенное розовыми блестками. На голове чуда красовался огромный розовый бант, а на стройных маленьких ножках − розовые лаковые туфельки. На вид чуду было лет шесть, у него были ярко-голубые глаза, розовые губки и золотые локоны до плеч. И оно держало за руку маленького мальчика в белой панамке и красных трусиках.
− Славик! − закричала Настя, бросившись к малышу. Она схватила его в охапку, крепко прижала к себе и обессилено опустилась на траву. − Папа, беги, скажи, что Славик нашелся, у меня ноги не идут. Мы потихоньку следом.
− Ты кто? − спросила она девочку, поднимаясь. − Где ты его нашла.
− Я Алиса, − важно ответило та. − Мне понравился ваш мальчик. Он красивый, поэтому я пригласила его в гости. Он ел инжир и виноград.
− Она взяла меня за руку, и я пошел за ней, как безвольный, − сообщил Славик. − А где мама?
− На пляже. Тебя милиция ищет. Ох, и влетит тебе сейчас! Разве можно так пугать маму и папу? Они думали, что ты утонул
− Не влетит. Мама обрадуется, что я нашелся, вот увидишь. Вон она бежит.
− Сыночка! Славик! Маленький мой! − Мать Славика смеялась и плакала одновременно. − Нашелся! Настенька, спасибо, спасибо!
− Видишь, я же говорил, что она радоваться будет, а не ругаться, − удовлетворенно сказал Славик. − Потому что она меня любит. А ругают, когда не любят.
− Эх, не мой ты сын! − Пожилой спасатель хмуро смотрел на мальчика. − Я бы тебе задницу так настрогал, надолго запомнил бы, как уходить без спросу.
− Очень хорошо, что не твой, − насупился Славик. − Маленьких бить нельзя. Папа говорит, что они от этого вырастают безинициативными.
− Ох, какие он слова знает! Надо же, и произносит без запинки. Видать, сильно умный. А если бы твоя мама умерла от страха? − Пожилая женщина погрозила ему пальцем. − Ты бы видел, как ей было плохо. А если бы у нее сердце не выдержало? Лежала бы сейчас мертвая на берегу.
Славик в упор посмотрел на нее, подумал и громко заревел.
− Ну, кажется, дошло, − одобрил его рев спасатель. − Больше не будешь так делать?
− Не-е-ет! − ревел Славик. − Если не будет ску-у-учно.
Все засмеялись и с облегчением разошлись. Снегиревы с соседями направились в свой кемпинг. Алиса пошла следом, − ей хотелось посмотреть, где живет ее новый знакомый.
− Ты сама-то не заблудишься? − обеспокоилась Галчонок. − А то опять будет переполох.
− Я же здесь живу. − Девочка гордо посмотрела на нее. − Я даже в горах не заблужусь. А можно мне приходить поиграть со Славиком? Я его полюбила.
− Приходи, только никуда больше не уводи. Обещаешь?
− Обещаю. Только к себе домой буду водить. А больше никуда. Он же еще не все у нас попробовал. Еще ежевику не попробовал. И кизил.
− Девочка, тебе же сказали, без мамы нельзя! − не выдержала Галчонок. − Шла бы ты к себе домой, пока он снова не потерялся.
− Ты плохая! − Славик сердито ткнул в нее пальцем. − А Алиса хорошая. Я тоже ее полюбил. И буду к ней ходить.
К Настиному удивлению его родители на этот диалог никак не отреагировали. По дороге малыш перебрался на руки к отцу, а мама все гладила сыночка по спинке и время от времени счастливо целовала в разные места. Только сказала:
− Если бы ты утонул, я бы умерла тоже. Мне без тебя никак.
После этих слов сынок снова заревел. Правда, ненадолго. Поплакав, он, изрек:
− Если буду уходить, подумаю о тебе, и вернусь.
− Я знаю, что надо делать, − вмешалась Настя. − Нужно купить вам сотовые телефоны. Славик знает цифры и быстро научится. Я могу ему показать, как им пользоваться.
− Да он его сразу потеряет, − засомневался отец мальчика. − Или кто отберет.
− Не потеряю, − уверенно заявил Славик, − и никому не дам. Я его привяжу на резиночку и спрячу в штанишки.
− А правда, давай купим! − взмолилась мать Славика, − один ему, один нам. Все будет спокойнее.
− Но у нас денег на обратную дорогу не останется.
− А давай займем у Вадьки. Он недавно какую-то операцию на фирме провернул, так ему шеф премию выписал, он сам хвастался.
− Кто это, Вадька? − неожиданно даже для себя спросила Настя. Сердце у нее почему-то замерло. Они ведь тоже из Питера. Хотя, что она себе вообразила, − мало ли в Петербурге Вадимов. И уж он никак не может быть тем Вадимом.
− Это наш старшой, − пояснила мать мальчика. − Он уже два года в строительной фирме. Как институт закончил, так его сразу и взяли.
− Ладно, идем на переговорный, позвоним ему, − согласился отец. − Он сейчас, наверняка, на работе.
− А вы попробуйте по моему сотовому, − расщедрилась Галчонок, − зачем вам куда-то тащиться, вот-вот гроза начнется. Звоните, вдруг получится.
− Ой, да нам неудобно. Это же, наверно, дорого.
− Пустяки, звоните.
К всеобщему восторгу, родители Славика сразу дозвонились до сына. Вкратце объяснив ситуацию, попросили выслать денег до востребования. Получив согласие, принялись горячо благодарить Снегиревых и настойчиво приглашать в гости, − они уже знали, что конечной целью тех был Питер.
− Непременно заезжайте к нам, − все повторяла мать Славика, − непременно! А Настенька, как приедет поступать в институт, может у нас остановиться, у нас квартира большая, места хватит. Наш дом в самом центре, возле Невского. Мы ей комнату выделим.
− Да ей еще два года учиться в лицее, − засмеялась Галчонок. − Еще, может, передумает от родителей уезжать за тридевять земель.
− Никогда не передумаю! − Дочь упрямо мотнула головой. − Питер и только Питер! После лицея только туда.
− Правильно! − поддержала ее мама Славика. − Мы тебя за нашего Вадьку выдадим, и будет у нас дочка. Всю жизнь я мечтала о дочке, а то в доме одни мужики.
− А может, ваш Вадька к тому времени уже женится. Что ж ему два года одному гулять?
− Не женится. Он, как вашу красавицу увидит, так больше ни на кого смотреть не захочет, я его вкус знаю.
− А я замуж не хочу выходить. − засмеялась Настя.
− Сейчас не хочешь − потом захочешь. Зато станешь настоящей ленинградкой. Ой, петербуржкой. Или как? Вот «москвичкой», «ленинградкой» − легко сказать, а «петерб-рр…» и не произнесешь. Может, петроградкой?
− Жительницей Петербурга, − улыбнулась Настя. − Это моя самая большая мечта. Только… надо же влюбиться, чтобы замуж. А я, по-моему, уже не смогу.
− Что ж так? Такая молодая, а уже в любви разочаровалась? − Мать Славика удивленно посмотрела на нее. − Когда ж ты успела?
− Люди с тобой шутят, а ты сразу всерьез, − поспешно вставил отец. − Еще столько разного произойдет, пока лицей окончишь, чего загадывать. Как сложится, так сложится.
− Я хочу к Алисе, − заявил Славик, которому надоел этот неинтересный разговор. − Хочу красненьких ягодок. И кота.
− А кушать? Мы сейчас пойдем в столовую.
− Он у меня покушает, − заявила Алиса тоном, не допускающим возражений. − Мама соус вкусный сварила. И котлетки. Я и Настю приглашаю. А вас не приглашаю, потому что вас много.
− Как тебя родители одну отпускают, такую розовую? − удивленно спросила Галчонок. − А вдруг украдут?
− Меня не украдут. Мой папа самый главный шашлычник, его все знают. А бабушка деток принимает, она акушерка.
− А мама твоя кем работает?
− Мама работает папиной женой. И моей мамой. Она русская, а папа грузин. Поэтому я полукровка, так говорит дядя Вазген. Ну, идемте, а то я тоже кушать хочу.
И взяв за руки Настю и Славика, она потянула их за собой. К Настиному удивлению родители не стали возражать, − и с их молчаливого согласия они со Славиком отправились к Алисе в гости. Правда, оглянувшись, обнаружили, что взрослые следуют в отдалении, − видимо все же решили проводить их до места.
Мама Алисы, милая светловолосая женщина, радушно приняла гостей и сразу пригласила в садовую беседку, где уже был накрыт стол. И чего только не было на том столе! Столько вкусных вещей сразу Насте никогда не видела. Котлетки, фаршированные помидорчики, маринованные огурчики, баклажаны, запеченные с сыром, грибочки. А на закуску целое блюдо спелого инжира, тающего во рту. Она остро пожалела родителей, вынужденных обедать в невкусной и дорогой столовой. Сидя в беседке под свисающими виноградными кистями рядом с прелестными ребятишками, Настя почувствовала себя почти счастливой.
Потом они пошли осматривать дом. Алиса показала им свою комнату с видом на море. Там стояла разноцветная детская мебель, на стенах висели картины, от которых трудно было оторвать взгляд. Вот красавица Мальвина прижимает к себе Буратино, а тот, вытянув руку с золотым ключиком, показывает, что сейчас не до нежностей, а надо срочно куда-то бежать. Вот царевна обняла за шею улыбчивого Серого волка, а тот, свесив язык, мчит ее к прекрасному замку, сияющему в просвете между деревьями. А вот крылатые кони уносят сани со Снежной королевой и Каем в небо, а Герда из окошка тянет к ним руки, умоляя вернуться. На широком подоконнике стояла клетка с большим белым попугаем. При виде незнакомцев попугай, приподняв хохолок, потешно завопил «Что происходит? Что происходит?» И принялся шумно хлопать крыльями. Но маленькая хозяйка накрыла клетку большим клетчатым платком, и птица успокоилась.
Вдруг Алиса задернула тяжелые портьеры на окнах, и комнат погрузилась в полную темноту. Потом включила яркую люстру и сразу выключила. И на глазах изумленной Насти потолок превратился в купол звездного неба. Иллюзия была полной: звездочки покрупнее казались близкими, помельче − отдаленными, они тихо мерцали, а между ними мелькали маленькие разноцветные кометы с яркими хвостами. В общем, это была не комната, а Страна чудес.
− Я под звездочками сплю, − важно сказала Алиса, раздвигая шторы. − Смотрю-смотрю на них, и не скучно засыпать. Мы со Славиком будем строить дом, − мне папа подарил такой конструктор со стенами и крышей. И с мебелью. А ты, если хочешь, посмотри на полке. Там много разных книжек и журналов.
Настя полистала журналы, потом спустилась в сад и долго ходила по дорожкам, любуясь красотой, созданной человеческими руками на крохотном клочке земли. Как сильно надо любить жизнь, думала она, и какой обладать фантазией, чтобы придумать все эти цветочные композиции, водопады, фонтанчики с лягушками и гномами. Как хорошо Алисе здесь расти, какой счастливой она выглядит. Конечно, вся эта роскошь стоит огромных денег, и не у всех папы главные шашлычники. Но пусть хоть кому-то будет хорошо, может, рядом с ними и другим станет теплее, как нам сегодня.
Они пробыли в гостях дотемна. Зашедшие вечером родители узрели идиллическую картину: Славик с Алисой, обнявшись, блаженствовали в гамаке, а Настя на скамеечке читала им сказку. Мальчик никак не желал уходить, все просился остаться у Алисы, бурно его поддерживавшей, − ему тоже хотелось поспать под звездным потолком. Но родители на это раз не пошли у него на поводу. Сказали, что соскучились и что завтра он с Алисой наиграется досыта. И сын без скандала подчинился.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *