МИХАИЛ  ЗОЩЕНКО

КИТАЙСКАЯ  ЦЕРЕМОНИЯ

Удивительно, товарищи, как меняется жизнь и как всё к простоте идёт.
Скажем, двести лет назад тут, на Невском, ходили люди в розовых и зелёных камзолах и в париках. Дамы этакими куклами прогуливались в широченных юбищах, а в юбищах железные обручи...
Теперь, конечно, об этом и подумать смешно, ну а тогда эта картина была повседневная.
А впрочем, братцы, и над нами посмеются лет через сто.
Вот, скажут, как нелегко было существовать им: мужчины на горлах воротнички этакие тугие, стоячие носили, дамы — каблучки в три вершка и корсеты.
И верно: смешно. Да только и это уж уходит и ушло. Всё меняется, всё идёт к простоте необыкновенной. И не только это во внешней жизни, но и в человеческих отношениях.
Раньше для того, чтобы жениться человеку, приходилось ему делать чёрт его что. И смотрины-то он делал, и свах зазывал, и с цветками по пять раз в сутки хаживал, и папашу невесты уламывал, и мамашу улещивал, и тёткины ручищи целовал, и попу богослужение заказывал... тьфу!
Ну а теперь это куда как проще. Небось сами знаете... Полфунта монпасье, тары да бары, комиссариат — и все довольны.
Да, братцы мои, всё меняется. И лишь одно не меняется, лишь одно крепко засело в нашей жизни — это китайская церемония.
Думаете какая? А вот какая. Чего мы делаем при встрече? При встрече-то, братцы мои, мы за ручку здороваемся, ручки друг другу жмём и треплем.
А смешно! Вот, братишки, берите самый большой камень с мостовой и бейте меня этим камнем по голове и по чём попало — не отступлюсь от своих слов: смешно. Ну вот так же смешно, как если бы при встрече мы тёрлись носами по китайскому обычаю.
И мало того, что смешно, а и не нужно и глупо. И драгоценное время отнимает, ежели встречных людишек много. И в смысле заразы нехорошо, небезопасно.
Эх-хе-хе, братишки! Глупое это занятие — при встрече руку жать!
Конечно, бывали такие люди, делали они почин — не здоровались за руку, но только ничего из того не выходило. Не время было, что ли...
Как помню я, братцы мои, лет этак десять назад. Приехал один немчик в Россию. По коммерческим обстоятельствам. Ну, немчик как немчик — ноги жидкие, усишки, вообще, нос.
И была у этого немца манеришка — не здороваться за руку. Так, рыльцем кивнёт, и хватит.
И задумал он такую манеришку привить России. Прививал он, прививал, месяц и два, а на третий заскочило.
Привели раз немца в «Коммерческий» — знакомиться с Семён Саввичем, с кожевником, с сенновцем. 1
Ну — здрасте, здрасте... Немец рыльцем кивнул, а Семён Саввич хлесь его в личность.
— Ты что ж, говорит, бульонное рыло, не здоровкаешься? Гнушаешься?
Ну, ударил. Немчик — человек сентиментальный — заплакал. Лепечет по-ихнему: гобль, гобль...
А купчик официанта кличет.
— Дай-ка, говорит, братец, ему ещё раз по личности, я, говорит, тебе после отдам.
Ну, официант развернулся, конечно,— хлесь обратно.
Немец чин чином с катушек и заблажил: гобль-гобль.
Чего дальше было — неизвестно. Известно только, что прожил немец после того в России месяц и уехал в Испанию. А перед отъездом знакомому и незнакомому первый протягивал руку и личность держал боком.
Вот какая это была история.
Но, конечно, это было давно. И другие были тогда обстоятельства. И жизнь другая. И до того, братцы мои, другая, что, на мой ничтожный взгляд, только сейчас и подошло время отменить китайские церемонии.
А ну, братцы, начнём. Небось теперь по личности никто не хлеснет... А я начну первый. Приду, скажем, завтра к дяде Яше. Здорово, скажу, брат. А руки не подам.
Чего дядя Яша со мной сделает — сообщу, братцы мои, после.

1924


1.  ...с сенновцем — торговец на петроградском Сенном рынке.
Edited by Alexej Nagel: alexej.ostrovok.de
Published in 2005 by Ostrovok: www.ostrovok.de

Rambler's Top100 Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки. TOP.germany.ru Rambler's Top100