Активность

  • Чья-то Брошенная Анкета сообщение в ленте группы Логотип группы (Книга прозы)Книга прозы 1 неделя, 4 дня назад

    ПОЧТИ ВЕЧЕР
    .
    .

    Аристид рассмеялся.
    .
    — Что тебя опять развеселило? – спросила Алесса.
    .
    — Вспомнил разговор с одним «алтарником» православного храма, который сказал, что «служит Богу», и тогда я спросил у него о том, что значит «служить Богу»?
    .
    — Он ответил?
    .
    — Сказал, что «служить Богу» — это соблюдать Его заповеди, и хоть это тяжело, но стремиться к этому нужно. И вот так он служит Богу, и помогает в алтаре, и сказал, что хотя его служение не является священством, но это тоже служение.
    .
    Аристид замолчал.
    .
    — И? — нетерпеливо спросила Алесса.
    .
    — Я ответил, что само выражение: «служить Богу» — оно сомнительное. Что может человек для Бога сделать? Богу не нужно человеческое служение. Задача человека не Богу служить, а научиться правильно жить на земле. А какую «службу» человек может выполнить для Бога?
    И сказал, что фраза: «Я ведь и так служу Богу. Я помогаю в алтаре» — в алтаре он помогаете, а Самому Господу Богу, что от этого алтаря? Ибо в Писании сказано: «Бог в нерукотворном храме живёт. Разве вы не знаете, что вы храм Божий и Дух Божий живёт в вас?» — Дух Божий в человеке живёт, а не в каменном изваянии.
    Соблюдение заповедей — это не Богу нужно, а человеку, чтобы приблизиться к Господу Богу. Это дано для того, чтобы человек через соблюдение заповедей встал на путь ведущий к Господу Богу.
    .
    Аристид вновь, прервал рассказ, о чём-то задумавшись.
    .
    Алесса, не перебивала, сложив несколько лежащих у камина книг в стопку.
    .
    — Любишь порядок?
    .
    — Скорее, стремлюсь понять причины хаоса!
    .
    — А, что его понимать, — улыбнувшись, произнёс Аристид. — Хаос — это…
    .
    — Лучше расскажи, что было дальше? — попросила Алесса.
    .
    — И тогда, он ответил, что Храм и есть дом Божий на земле, а Иисус Христос глава Церкви, а Церковь — это люди.
    Затем сказал, что я говорю всякую ересь, и рассуждаю, как сектант.
    .
    Алесса рассмеялась.
    .
    Улыбнувшись, Аристид продолжив, произнёс:
    — Я сказал ему, что никто и не оспаривал, что «Храм и есть дом Божий на земле, а Иисус Христос глава Церкви, а Церковь — это люди» — но, только Дух Божий живёт в человеке. Если вывести людей из храма — каменного изваяния, и что там Господу Богу делать? А насчёт слов: «на пути к вере» — там ошибка, должно быть: «на пути к Богу».
    И сказал ему, что в его словах переход в обвинительные формы: «говоришь ересь», «сектант» — но, эта такая позиция, которая определяется тем, что у человека нет аргументов, то есть аргументация отсутствует, но нужно что-то выразить… и происходит переход на личности.
    Секты возникли по причине различного духовного уровня, а протестантизм возник в поисках утраченного учения Христа, которое было утрачено уже во втором веке. Почитайте Златоуста — столько там пренебрежения к людям, и там Христово учение уже отсутствует.
    И сказал, что если он с чем-то не согласен, то пусть скажет, что неправильно и как должно быть, и выразит своё мнение, и понимание, а не занимался лжесвидетельством.
    .
    Алесса вновь рассмеялась.
    .
    Небо окончательно потемнело.
    И ливень обрушился вниз.
    .
    .

    ДЕЙСТВИЕ ТРИ
    ПРОСТО ВЕЧЕР
    .
    .
    Безымянный окончил рассказ.
    .
    Кошка, вновь раскрыла нотную тетрадь, но тут же отодвинула её.
    .
    — Почти вечер, — произнёс Безымянный, подойдя к окну. — В такие минуты хочется услышать испанскую…
    .
    Кошка рассмеялась, и тут же ответила:
    — Просто, вспомнился один случай.
    .
    — Что-то особенное.
    .
    Безымянный, нажал несколько клавиш на фортепиано, и резкие звуки наполнили помещение чем-то…
    .
    И Кошка произнесла:
    — Yo no soy yo. Soy este Que va a mi lado sin yo verlo; Que, a veces, voy a ver Y que, a veces, olvido. El que calla, sereno, cuando hablo, El que perdona, dulce, cuando odio, El que pasea por donde no estoy, El que quedera en pie cuando yo muero.
    .
    — Вonitas palabras? — ответил Безымянный.
    .
    — Скажите, как вы думаешь: о чём идёт речь в этих стихах? — спросила Кошка.
    .
    — Я думаю о любви, — неуверенно ответил Безымянный, — Но, почему возник такой вопрос?
    .
    Эти стихи очень странные, или перевод у них такой?
    «Я- не я. Я — другой, что идет со мной рядом, и его я не вижу. Кого иногда вспоминаю, а потом вновь забываю. Тот, кто молчит, трезвый, когда я болтаю. Тот, кто прощает, добрый, когда ненавижу. Тот, кто проникает, куда мне не дано. Тот, кто устоит, когда я сгину».
    .
    Безымянный промолчал.
    .
    — Разве эти стихи о любви? — спросила Кошка.
    .
    — Нет, — покачав головой, ответил Безымянный.
    .
    — Тогда о чём?
    .
    — Может быть о раздвоении личности? И ты вообще уверена, что это именно стихи?
    .
    — Это перевод стихов Хуана Римона Химеса сделанный одним из преподавателей испанского языка, и он сказал, что…
    .
    — В таких случаях, нужен весь текст, а не отрывок вырванный из контекста, — произнёс Безымянный, не дав Кошке договорить.
    .
    — А разве полная версия этих стихов даст более развёрнутое понимание?
    .
    — Шансов нет совсем? — сделав грустное лицо, спросил Безымянный.
    .
    — А что интересует тебя? — спросила Кошка.
    .
    — Самообразование!
    .
    — И что же туда входит?
    .
    — Абсолютно все: от осваивания новых техник держания ложки с вилкой до вот таких вот стихов!
    .
    — А есть какое-то любимый писатель, или произведение…
    .
    — К сожалению — нет, как и нет любимого художника, покачав головой, ответил Безымянный, достав из ящика письменного стола и раскрыв ещё одну нотную тетрадь. — «Ксеноэль, парила над волнами».
    .
    — Повествования о том исчезнувшем мире, и разговоре мужчины и человека неопределённого возраста.
    .
    — Да, — рассеянно произнёс безымянный. — Речь идёт о храмах и…
    .
    .
    ИСПИСАННЫЕ СТРАНИЦЫ
    .
    Ксеноэль парила над волнами.
    .
    — Ты не прав был, — ответил человек неопределённого возраста, отойдя от окна.
    .
    — В чём? — спросил мужчина.
    .
    — В том, что храмы содержатся и строятся на государственные средства.
    .
    — Откуда такая уверенность?
    .
    — Я знал иерея, который собирал деньги с прихожан и волонтёров, на ремонт храма, который был областного значения и построен в середине восемнадцатого века.
    .
    — Строительство храмов, по всей России, — вздохнув, произнёс Имичет. — Сколько их строится — не у какой епархии нет таких средств — вот это факт, а то, что хотят восстановить какие-то руины восемнадцатого века «областного значения» — это ни о чём не говорит.
    Чтобы содержать храмы и священнослужителей: никакие сборы и пожертвования не соберут таких средств.
    И я знаю, что есть города, где храмы строятся из регионального бюджета: регион выделяет средства и строится храм, и это входит в государственную программу. Не было бы это запущенно сверху, то кто бы в строительства храмов вкладывал деньги? Если только какой-нибудь «криминал» часть похищенных средств для отпущения грехов не вложит в строительства храма.
    А ты думаешь просто так чиновники лобызаются с церковниками? Это целая программа. Эти церковники уже и Думу залезли, и управы на них нет никакой. Придумали себе закон об оскорблении чувств верующих, и протянули этот закон, и возникает вопрос: а чем чувство верующего отличается от общепринятого человеческого чувства? В чём их различие? Да ещё и отдали принимать решения в мирской суд, чтобы этот суд определял глубину оскорблённых чувств… это такое безрассудство. И как только люди этого не видят. В самом православии раскол: староверы и Никоновские раскольники, и вот значит православие жило до раскола по староверским традициям, а потом Никон произвёл раскол, и вот эти раскольники отвергли то, что было старое, и несут вот это «новое» православие. Сами в себе миру не найдут, что их служать.
    Обратись к народному фольклору и увидишь, что церковник — это персонаж отрицательный, и он никогда не был положительным — вот и всё православие.
    .
    ОКОНЧАНИЕ
    .
    .
    — Какой-то грустный мир, — произнесла Кошка, отдав обратно исписанные листы. – Но, что ты здесь делаешь, среди всего этого?
    .
    — Подготавливаюсь к загробной жизни, — ответил Безымянный.
    .
    — А можно узнать поподробнеё? – пряча улыбку, спросила Кошка. — Что стоит за этим?
    .
    Кивнув головой, Безымянный ответил:
    — Раньше я думал, что буду «пить-есть, гулять, а перед смертью покаюсь и попрошу Прощения», но оказало
    .
    .
    (сокращено)
    .